Она медленно отняла у него свою руку и прижала ее к пылающей щеке. Потом подняла вторую руку и тщательно потерла лицо, словно пытаясь прогнать наваждение.
– Понимаю, – с невеселой усмешкой сказал Фрэнк. – Мое признание прозвучало для тебя, как гром с ясного неба. В таком случае, нам лучше пока расстаться. До свидания, Шерон, увидимся вечером у Сары.
Когда Шерон пришла в чувство, ни Фрэнка, ни его машины уже не было на площади. Посмотрев на часы, Шерон обнаружила, что ее обеденный перерыв давным-давно закончился, и, возможно, клиенты или сотрудники ее фирмы уже обрывают телефон. Не хватало еще, чтобы из-за Фрэнка Боуленда пострадала не только ее личная жизнь, но и работа!
Проведя носовым платком по взмокшему лицу, Шерон торопливо зашагала в сторону своего офиса. Она чувствовала себя настолько выбитой из привычной колеи, что едва разбирала дорогу. Она находилась в таком шоковом состоянии, что не могла понять, какие чувства вызвало у нее признание Фрэнка. Радость? Безусловно! Но еще больше страх – за то, что ее стабильная, налаженная жизнь теперь уж точно полетит кувырком.
Но хуже всего было то, что Шерон не могла полностью доверять Фрэнку. Как она может быть уверена, что он говорил серьезно? Она же совсем не знает его! А то, что она знает о Фрэнке Боуленде, не внушает ни малейшего оптимизма. Он опасный, непредсказуемый человек, от которого благоразумная девушка должна держаться подальше. И если она, Шерон Адамс, не хочет кучи неприятностей на свою голову, ей следует держаться с ним предельно осторожно. Но, к сожалению, это легче сказать, чем сделать.
– Милосердное небо, помоги мне!.. – простонала Шерон, возводя глаза к небесам.
9
Стоя перед большим зеркалом, Шерон хмуро смотрела на свое отражение. Час назад, когда она перебирала свою одежду, ей казалось, что она нашла именно то, что надо. Но теперь Шерон понимала, что оделась не совсем удачно. На ней были белая, из легкого шелка блузка с коротким рукавом, розовато-кофейного цвета юбка прямого покроя, длиной до колен и с небольшим разрезом сзади, и белые босоножки на высоких каблуках. Казалось бы, все скромно, но в то же время все это было таким невесомым… и так легко могло сняться. К тому же блузка, которую Шерон еще ни разу не надевала, оказалась слишком прозрачной, и через нее просвечивал белый кружевной бюстгальтер. Прелестно, ничего не скажешь. Не хватало, чтобы Фрэнк подумал, что она оделась так с намерением соблазнить его.
Представив, как они с Фрэнком встретятся и посмотрят в глаза друг другу, Шерон ощутила приступ легкого головокружения. Да она, наверное, совсем сошла с ума, если согласилась на это свидание. Да еще где? В Лесли-Фарм, то есть на территории Фрэнка. Хотя Шерон понимала, что это самое безопасное место для тайного свидания. Не могла же она пойти с Фрэнком в бар или в ресторан! Гринфилд слишком маленький городок, чтобы подобная выходка благополучно сошла ей с рук. Их непременно кто-нибудь заметит, и это дойдет до ушей Мартина. И что она тогда скажет ему? Шерон просто не представляла этого. По крайней мере, Лесли-Фарм расположен в уединенном месте и там не живет никто из знакомых Мартина.
Фрэнк признался Шерон в любви во вторник, а сегодня была уже суббота. В последний раз Шерон видела Фрэнка во вторник вечером, у Сары, где проходило очередное внеплановое собрание женского клуба. Перед этим Фрэнк позвонил Шерон в офис и предложил не встречаться до субботы. Он сказал, что им обоим нужно время все хорошенько обдумать и что ему не хочется срывать рабочий график Шерон, который и без того уже находился на грани срыва. Шерон нашла его предложение разумным. Одно было плохо: ей пришлось придумывать объяснение для Мартина по поводу того, что они не смогут встретиться в субботу. Не придумав ничего лучшего, Шерон сказала, что ей нужно снова поехать к Саре и обсудить некоторые моменты организации приюта. Мартин пришел в бешенство от такого заявления, и они снова поскандалили.
– Ты помешалась на своем женском клубе! – кричал он, топая ногами. – Мне не нужна жена-феминистка, мне нужна нормальная женщина, для которой на первом месте стоит семья!
На случай если Мартин вдруг вздумает разыскивать ее, Шерон попросила Сару подтвердить, что она находится у нее, но не может подойти к телефону. К счастью, Сара была поглощена общественными делами, и ей было некогда о чем-то расспрашивать и строить предположения. К тому же Шерон могла сказать, что подвернулся срочный заказ, а Мартин не одобряет, когда она заменяет своих сотрудников.
Проще говоря, Шерон максимально обезопасила себя. Вот только от самого Фрэнка она не могла себя обезопасить. Конечно, никто не мешал ей позвонить и отменить свидание. Или вообще не звонить ему, а просто взять и не поехать. Но Шерон прекрасно осознавала, что не сможет так поступить. У нее не хватит твердости и силы воли для такого подвига. Отказаться от встречи с Фрэнком, человеком, которым заняты все ее помыслы, о котором она грезит днем и ночью… было выше ее сил.
А раз так, то нечего предаваться бесплодным терзаниям, сердито сказала себе Шерон. В конце концов, что здесь такого ужасного? Можно подумать, что Фрэнк набросится на меня и изнасилует, как только я переступлю порог его дома.
Проведя щеткой по волосам, Шерон побрызгала на себя духами, взяла сумочку и вышла из дома. Потом села в машину и поехала в Лесли-Фарм. Было начало двенадцатого, а она обещала приехать в одиннадцать. Что ж, ничего страшного, если Фрэнк немного поволнуется. Не все же ей волноваться из-за него.
Неподалеку от Лесли-Фарм машину Шерон обогнала другая машина. И на Шерон внезапно нахлынул страх. Что, если кто-то из знакомых Мартина увидит ее автомобиль возле коттеджа Барбары? Ведь все знают, что Барбара сейчас в Нью-Йорке, а в коттедже живет ее странноватый племянник. Пожалуй, это вызовет различные сплетни и догадки, а уж Мартину непременно донесут…
Внезапно Шерон охватил приступ истеричного смеха. С тех пор как Фрэнк поселился в Лесли-Фарм, она несколько раз приезжала туда и оставляла машину на дороге. И ей ни разу не пришла в голову мысль, что кто-то может превратно истолковать ее пребывание в доме молодого и симпатичного холостяка. А теперь вдруг она стала чего-то бояться. Впрочем, Шерон отлично понимала, откуда этот страх. Раньше она не боялась сплетен, потому что приезжала в Лесли-Фарм по делам и ее совесть была чиста. А сейчас она ехала туда с преступным намерением – наставить рога своему жениху, или, во всяком случае, близко к тому. Вот ее совесть и забила тревогу. В самом деле, ведь тем, у кого помыслы чисты, словно родниковая вода, нечего бояться сплетен и пересудов. А вот если они не чисты…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
