сейчас. Я чувствовал усталость и хотел, чтобы этот внезапно возникший кошмар поскорее закончился. Закончился как можно быстрее. Но отдать Люнь…
— Поклянись, — внезапно произнесла призрачная подружка, обращаясь отнюдь не ко мне, а к своей второй половинке. Всё это время прячась во мне, она выплыла вперёд, будто заслоняя меня собой во весь рост. Даже недобрая Люнь сделала полшага назад. — Поклянись, что ты не тронешь никого, если он отдаст меня тебе. Что ты не тронешь даже его.
Недобрую Люнь аж перекосило.
— Или тебе никогда не быть полноценной, а я могу это устроить, — добавила она холодно.
Казалось, что недоброй Люнь легче прирезать меня, чем взять на себя такую ответственность. Она переглянулась с товарищами, после чего вновь посмотрела на призрака. Они не могли слышать её, но, возможно, они поняли всё по взгляду недоброй Люнь.
— Люнь… — начал было я, глядя на призрака, который прошёл со мной и огонь, и воду, который стал частью моей собственной души, но она, казалось, даже не слышала меня. Она смотрела на саму себя, на собственное отражение, готовая стоять на своём до последнего.
— Поклянись своей жизнью, что не тронешь никого, если я вернусь обратно.
Я не был уверен, что недобрая Люнь согласится на это, но…
— Клянусь, — прошипела она, после чего выхватила из сумки кристалл и вложила мне в руку, да так, будто пыталась её оторвать.
Я знал, что для таких людей, как недобрая Люнь, клятвы ничего не значат, но… может сама Люнь знала больше, чем было известно мне о ней? Я вновь посмотрел на других членов своей команды, которые стояли на коленях, не в силах даже поднять головы. Готов я был променять их на ту, кто прошёл весь путь от и до со мной?
Готов ли я был выбрать, кому из моей команды придётся исчезнуть, а кому — нет? Как выяснилось, не готов. Особенно отпустить ту, что была частью моей души.
— Юнксу, — негромко позвала меня Люнь и улыбнулась. — Это было самое удивительное путешествие, но даже оно рано или поздно подошло бы к концу.
— Люнь, я…
— Давай. Ты знаешь, что нужно делать, — улыбнулась она ещё теплее. — Я была счастлива быть рядом с тобой, но сегодня наши пути разойдутся. Такова судьба.
Я посмотрел на недобрую Люнь, которая следила за мной холодным взглядом.
— Она тебя не тронет, раз поклялась собственной жизнью, — сказала уверенно и мягко Люнь. — Иначе её жизнь станет твоей.
— Я…
Я даже не понимал до этого, насколько для меня много значила Люнь, пока не настал момент, когда я должен был её потерять.
— Всё в порядке, — повторила она и положила руку на камень. — Давай.
И я…
Я сделал то, что она просила, заставив кристалл, до этого пустой, засветиться мягким светом. И в то же мгновение в душе стало как-то пусто. Люнь, моя призрачная Люнь, растворилась в воздухе, напоследок улыбнувшись и шепнув:
— Всё будет хорошо…
Оставив меня один на один с миром, который одичал в конец.
— Готово! — вырвала из моих ладоней кристалл недобрая Люнь, кивнув остальным. — Можно уходить.
И, к моему ужасу, главный уёбище этой компании схватил за плечо Лин, с которой спали все путы.
— Вы сказали, что не тронете никого! — взревел я вне себя от злости.
— А никто и не собирался её убивать, — ответил невозмутимо главный урод. — В конце концов… она моя родня, пусть и далёкая.
И с этими словами он просто исчез. А следом за ним исчезли все остальные, издав напоследок негромкий хлопок. Даже тело главного ублюдка забрали с собой. Осталась только Люнь.
И её взгляд мне не понравился.
Она медленно переводила взгляд с меня на Совунью и Мимань, будто о чём-то размышляя.
— А знаешь, насчёт клятвы, — негромко произнесла она. — Я передумала.
И с этими словами шагнула к Совунье, схватила её за волосы, дёрнув голову вверх, после чего резанула той клинком по горлу.
Я не помню, что я орал. Я не помню, как взревел, источая жажду убийства и пытаясь подняться, пока цепи надёжно меня удерживали. Не помню, что кричал ей и как проклинал, потому что всё моё внимание было на Сове. На женщине, которую я когда-то ненавидел.
И которая сейчас истекала кровью на моих глазах, с полным пониманием происходящего глядя на меня и будто говоря взглядом, что всё в порядке, что я сделал всё, что мог. Истекала кровью несколько минут, даже не дёрнувшись, пока жизнь наконец не покинула её.
— Не злись, — негромко произнесла Люнь зловещим голосом. — Очень скоро ты с ней встретишься, будь уверен.
И что самое страшное, я действительно не злился. Совсем нет, я просто чувствовал внутри себя пустоту. Пустоту и одно-единственное желание, холодное и спокойное, как тьма, которая теперь всегда будет окружать меня — желание убивать. И, глядя на то, как она подходит ко мне с окровавленным клинком, я тихо прошептал.
— Я клянусь, что не найду покоя, пока не убью тебя за это, Уню Люнь Тю. Даже если мне придётся спуститься за тобой в ад.
Без злости, без ненависти и ярости.
Я констатировал простой факт.
Я убью её. Я убью Уню Люнь Тю собственноручно, даже если мне придётся восстать из мёртвых. Даже если это будет значить убить и призрачную Люнь. Уверен, она бы хотела того же самого.
И в тот момент, когда клинок недоброй Люнь описал дугу, чтобы срезать мою голову…
Раздался громкий металлический звон.
Золотой шест воткнулся прямо передо мной, не дав клинку коснуться моей шеи. А откуда-то сбоку раздался до раздражения спокойный и даже весёлый голос:
— И что мы тут делаем?
Только его нам ещё и не хватало…
Глава 369
Ни я, ни Лисица не смогли найти источник голоса, так как там, откуда тот только что прозвучал, уже никого не было. А через мгновение гость приземлился ровно на кончик воткнутой в землю трости, встав на него носочком.
— Вижу, вы тут не унываете и веселитесь, да? — спросил он спокойным, будто ничего не происходило, голосом. — Мне нравится такой настрой! Но увы, я должен немножко вмешаться.
Люнь отпрыгнула назад метров на десять, глядя на незваного гостя испепеляющим взглядом, после чего её меч
