5.4
– Я… я не могу этого допустить, – возразила она заикаясь.
– Госпожа Гийер, – обратилась я к ней, едва сдерживая насмешку в голосе, – разве вы с папенькой не хотели, чтобы я сблизилась с женихом? Думала, меня отправили сюда именно для этого.
Надзирательница зло поджала губы и, сверкнув на меня глазами, снисходительно обратилась к лорду Грэмту:
– Хорошо, Ваша Светлость. В качестве исключения я любезно удалюсь в свои покои раньше. Но всё-таки не стоит слишком часто пренебрегать правилами приличия. Даже если моя подопечная, как вы ранее заметили, порченая, – мегера перевела на меня ликующий взгляд.
Какое же удовольствие она, должно быть, испытала, оскорбив меня между делом.
– Я ничего подобного не имел в виду, – ответил лорд Грэмт. – А лишь напомнил, что леди Мунтэ знает о мире чуть больше, чем многие незамужние девушки.
Боевой настрой, который я поддерживала в себе на протяжении ужина, постепенно начинал таять. Я смотрела на жениха и едва сдерживала порыв в очередной раз устроить скандал. Не знаю, чего он пытался добиться подобными фразами, но защитить меня у него уж точно не получалось. Он лишь прибавлял горького яда словам Лукреции.
– Именно, – согласилась надзирательница. – Но это не значит, что можно забыть о правилах. Только в качестве исключения, Ваша Светлость, сегодня я оставлю вас с Эмили наедине, – она взглянула на меня оценивающе и, кивнув собственным соображениям, поднялась из-за стола.
– Не засиживайся, – велела она мне и наконец-то удалилась.
Мы же с лордом Грэмтом вдвоём направились в гостиную.
– Почему вы попросили госпожу Гийер удалиться? – поинтересовалась, не найдя его поведению логичного объяснения.
– Вы говорили, что её компания вам не по душе, – ответил он так, будто я спросила о чём-то очевидном.
– Сделали это для меня? – переспросила я, силясь поверить в услышанное.
– Леди Мунтэ, – лорд Грэмт наклонился ко мне так близко, что между нами оставалось не больше полуметра, – даже у моего, как вы это называете, равнодушия есть предел. Я не слепой и вижу, что происходит. Если госпожа Гийер вновь перейдёт черту, обязательно расскажите об этом мне. Думаю, я смогу поставить её на место.
– Отправите её обратно в Эргейб? – невольно усмехнулась.
– Возможно, – ответил он со всей серьёзностью.
– Ваша Светлость… – начала я, но лорд Грэмт меня перебил.
– Алан, – сказал он. – Вы можете называть меня по имени.
– Наверно и вам тоже хотелось бы называть меня по имени? – поинтересовалась, не веря, что спрашиваю его об этом.
– Мне было бы… – он запнулся. – Мне было бы это приятно, – закончил уже более уверенно.
– Что ж, – кивнула я. – Пожалуй, так и правда будет лучше, – стоило этим словам сорваться с губ, как я вновь ощутила удушливую неловкость, за которой последовало чувство вины. Я оставила родной дом и возлюбленного всего пару дней, но уже преспокойно сидела наедине с нежеланным женихом и позволяла ему называть себя по имени.
– Лорд Грэмт… Алан, – поправила себя, – пожалуйста, не поймите мои расспросы насчёт госпожи Гийер неправильно. Какими бы ни были наши с ней отношения, она ваш лучший союзник. Поверьте, если она покинет этот замок, вы останетесь наедине с неизбежным поражением.
– А если не покинет? – спросил он.
– Тогда в поражении у вас будет компания, – усмехнулась я, за что удостоилась очередного внимательного взгляда лорда Грэмта. Он жёг и пробирал до костей одновременно. Будто жених смотрел в глубину моей души, минуя не интересовавшее его тело. И столько в том взгляде было голода, столько желания, отчаянного, тоскливого, что мне захотелось прикрыться. Отгородиться от него или вовсе уйти.
– Сегодня вы ведёте себя иначе, – сказала, не выдержав.
– Вы тоже, – лорд Грэмт наконец отвёл взгляд и отвернулся к зажжённому камину.
– Потому что мне было интересно, – ответила, взвешивая, раскрывать ли карты сейчас или подождать, когда партия будет доиграна. Но наш задушевный разговор настолько выбивал меня из колеи, что изображать из себя счастливую невесту больше не было сил. – Хотела убедиться, что в вас можно вызвать хоть какие-то чувства, – ответила, разрушив дружелюбную атмосферу между нами.
Лорд Грэмт напряжённо замер и вновь взглянул на меня, но на этот раз в его взгляде читалась боль. Не такая, на которую способны обычные люди, но приглушённая и едва заметная. Однако я безошибочно её разглядела.
– Вам удалось? – спросил он сдавленным голосом.
– Да, – ответила, ощущая, как на душе делается гадко от собственного поведения. – Иногда вы становитесь похожи на человека, – вновь попыталась его уколоть и даже догадывалась, зачем так поступила.
Его равнодушие с нашей самой первой встречи не давало мне покоя. Я реагировала на него, словно бык на красную тряпку. Мне хотелось разорвать его бесчувственность в клочья, тряхнуть его так сильно, чтобы наконец разбудить. Именно поэтому я с такой лёгкостью нацепила на себя яркое платье и улыбалась во время ужина, потому же осыпала жениха обидными словами. Боль – это тоже эмоция.
