С Колокольни Времени прозвенел о себе синий час. Вот и пришла пора. Сумерки стали достаточно густы, чтобы проявился ВЫХОД. Тим стиснул зубы, зажмурился – так бросался он с мостков в прохладную реку, когда из жары да сразу в воду, ох студено! Шагнул вперед. Ша‑шаг‑шаг. Хватит, наверное, и открыл глаза. Будто угадал, до столбов – руку протяни, достанешь. И знаки, они тоже тут. Знал уж, что делать дальше. Вытянул ладонь, коснулся робко, словно бы просил о чем. А так и есть. Просил ВЫХОД, чтоб помог, чтоб дал ему одолеть эту загадочную ИНСТРУКЦИЮ. Не успел про себя помолиться Радетелю, как она уж и вспыхнула, белая, словно пронзенная лучистой луной‑бродягой. Что дальше‑то делать? Может, слова какие надо произнести? Но это вряд ли. Радетелю он и без того молился, так что это не поможет. Дурень он дурень! Надо ладонь свою приложить опять! Если в первый раз сработало, отчего бы и вдругорядь не случиться посему? Тим вытянул руку вновь. Пальцы его словно бы гладили сверкающие знаки, уважительно и с нервным трепетом.
ИНСТРУКЦИЯ замигала, вроде и одобрительно, может, хвалила Тима за сообразительность. Потом пропала так же внезапно, как и появилась. А на ее месте… На ее месте вспыхнули знаки иные:
ВАШЕ ИМЯ? – и под ними повисла в воздухе еще целая гирлянда разнообразных знаков, обрамленных строгой, отдельной рамкой приторно‑желтого света.
Тим замер в замешательстве. ВАШЕ ИМЯ? Почему ВАШЕ? Он, Тим, здесь один‑одинешенек! А если бы было много, так неужто имя одно на всех? Ох, хоть голову сломи! Машинально, вне его желания, губы раскрылись сами собой, из горла вылетело короткое: ТИМ. Никакого ответа. Значит, не так. Ему ни с того ни с сего стало стыдно. Ну соображай же, увалень! Медленней тебя мозгой ворочает разве толстяк Туор! Ну же! Чего от него хотят‑то?
Знаки в рамке: А, Б, В, Г… Свет, ты мой! Это же простой список «Азбуки». Вот и не стой, чай, не пограничный столб! Набирай Т…
Нет, нет! Нельзя так! Внутреннее чувство, то самое, которому не было названия, остановило его, как если бы поймало за опрометчивую руку. Что, если? Указательный палец его последовательно вывел: ТРЕФ. Так звали дальнего соседа, жившего по другую сторону от площади, добродушного молчуна, забавно сопевшего носом – трижды он выигрывал конкурс по распитию елочной шипучки, будто и не живот у него был, а настоящая прорва. Стало быть, ТРЕФ. Теперь вроде и поздно на попятный.
ВАША ЗРЕЛОСТЬ?
Этот вопрос Тим прочел влет. Уже вошел во вкус. Да и что тут сложного. Занятно лишь, что вновь к нему обращаются, как принято говорить нескольким людям сразу. Лихо набрал ответ: ВТОРАЯ. А какая же еще? У Трефа‑то двое внучат, поди, давно не юнец.
ВАША ЦЕЛЬ?
Рано он радовался. Вот так задачка! Что же ответить‑то? Какая у Трефа может быть цель – найти озера шипучки, что ли? Надо сказать про свою. А у него? Поиски Аники – нет, не годится. Тут Радетели спасибочки скажут, мол, за старание, но без него обойдутся – сами сыщут, так что вдруг и не пустят. Вопрос, смогут ли найти? До сих пор что‑то не вышло! Но это к его делу сейчас не относится. Значит, придется снова врать. Если бы не пропала, положим, Аника, зачем бы он отправился по ту сторону границы? В другой поселок на обмен и поселение? Так это к летучим шарам обращайтесь, милости просим! Нет, тоже не годится. Зачем бы пошел… Ах, свет мой! Ноги его дрожали, по спине то бежали колкие, леденящие сердце мурашки, то, наоборот, бросало от внутреннего жара в обильный пот. Знаки стали тускнеть. Тим на грани испуганного обморока осознал, что сейчас исчезнут совсем. Да сообщи хоть что‑нибудь, пока не поздно! Дрожащие пальцы его набрали из азбучных символов:
ХОЧУ ЗНАТЬ И СМЕТЬ.
Слова перестали расплываться, вспыхнули трижды. Исчезли. Чтобы смениться иными:
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ! И сразу вслед за тем: ДЛЯ ПОЛУЧЕНИЯ НОВОЙ ИНСТРУКЦИИ ВСТАНЬТЕ НА УКАЗАННОЕ МЕСТО!
Между тонкими красными столбами образовался дугообразный просвет шириной, может, в несколько шагов. Тим послушно сделал, что велено. Новая ИНСТРУКЦИЯ! Хорошо бы! Наверное, он и прежде все исполнял как надо. В ушах его вдруг зазвучал резкий, но и приятный женский голос. СОБЕРИТЕСЬ. ПРИГОТОВЬТЕСЬ СЛУШАТЬ, КАК ВАМ НАДЛЕЖИТ ПОСТУПИТЬ ДАЛЕЕ. Тим понял так, что это говорила с ним ИНСТРУКЦИЯ. Он подобрался, как молодой кот перед прыжком, даже ступни его вспотели от напряженного внимания. Ну же, ну! Он давно готов!
ВЫ ДОЛЖНЫ ПРОЙТИ СТРОГО ПО НАПРАВЛЕНИЮ…
Дослушать до конца у Тима не получилось. Он ощутил жесткий и грубый толчок в спину, неведомая сила сбила его с ног, он покатился в траву, ошеломленный и слегка оглушенный падением, только и успев осознать, что теперь находится по ту сторону границы. Все произошло, как он хотел. Хотя и не по его воле.
Когда Тим пришел в себя и смог кое‑как сесть, ощупать ушибленные бока – сумка, хвала судьбе, все еще на боку, – и дальше оглядеться, он обнаружил темную, островерхую фигуру, возвышавшуюся над ним в рост. Ба, да это некто, одетый в защитный плащ, такой же, как у него самого, трудно ли догадаться? Только и разницы, что куколь накинут на голову. Уж точно никакой не Радетель. А вполне человек, тут и думать нечего.
– Прости, что так вышло. Ты, часом, не расшибся? А то с Лечебницей теперь покончено, – несколько виновато спросил его знакомый голос.
Над Тимом склонился в заботе никто иной, как старый Фавн собственной особой.
Ну и дела! Будто рыба, лишенная родной стихии, Тим разевал рот, хэкал, гэкал, но ни одного вразумительного звука! Фавн похлопал его отечески по спине, подумал, наверное, что поперхнулся. Да тут впору онеметь от изумления!
– Ты здесь чего? Зачем? Это мой ВЫХОД! – скороговоркой зачастил Тим, понимая задним умом, что последнее его утверждение куда как далеко от истины.
Фавн, по самые уши закутанный в защитный плащ и оттого весь черный, как грех, только хмыкнул в ответ. Зато и руку протянул, чтоб Тиму легче было подняться с земли.
– Спасибо на добром слове! – поблагодарил Тим, вставая. А что еще сказать?
– Пойдем‑ка отсюда, да поскорее, – свистящим шепотом, будто забоялся чего‑то, ответил ему Фавн и потащил Тима прочь от красных столбов, вновь засиявших ровным кровавым светом. Никакой ИНСТРУКЦИИ на них уже и в помине не было.
Они пошли по равнине, но не в сторону лесистых холмов, за которыми исчезало солнце, а совсем в ином направлении. Тим, растерявшись, на первых порах покорно следовал по пятам за Фавном, будто неразумный дитенок за «домовым», но потом сообразил, окликнул старика:
– Ты, как хочешь, и не моя в том забота. Иди, куда шел. А мне иная дорога надобна.
– Куда же тебе? – удивился неподдельно Фавн, остановился даже, серебристые глаза его крохотными звездочками сверкали из темноты надвинутого на самые брови куколя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
