очередной оргазм пронзил моё тело. Юлия наконец успокоилась и прижалась к моей груди, осыпая поцелуями голову и лицо. — Ты в порядке? — спросил я и с удивлением обнаружил, что голос немного охрип. Откашлявшись, чтобы прочистить горло, оглянулся, Юлия улыбнулась мне усталой, но счастливой улыбкой.
— Ты просто великолепна! Твоя сущность удивительна… как наркотик. Оглядев её понял, что она действительно казалась немного под кайфом или пьяной. Женщина снова прижалась ко мне, всё ещё подрагивая, и я в очередной раз поразился тому, как мало весит её тело. Никогда нельзя было утверждать наверняка, сколько именно составляет её вес, он постоянно варьировался, но сейчас в ней явно было меньше пятидесяти фунтов. Усмехнувшись отбросил пустые мысли: — Как думаешь, сможешь сейчас сделать дверь в наши комнаты?
Юлия кивнула, и её щупальца принялись за работу, разминая реальность. Я задумчиво поглаживал пальцами длинные волосы женщины, пока она создавала портал, и это дало несколько минут для размышлений о последних двух месяцах. В то время как я с головой ушёл в обучение медитации с бабушкой Нон и в боевые тренировки с тёмными эльфами, дамы работали над собственными проектами. Юлия консультировалась с дворцовыми целителями, изучая их методы манипулирования маной при лечении травм. Антонина изучала проклятия, гексы и историю Повелителей Демонов, а также проводила время с семьей. Мне так и не удалось встретиться с отцом и матерью Антонины, которые находились в длительном путешествии.
Тёмные эльфы показали Лилии самую большую алхимическую лабораторию, и она не переставала удивлять их своими методами зельеварения. Один из тёмных эльфов осмелился назвать её однажды Кровавым Ветром, и Лилия так взглянула на него, что тот начал лепетать извинения едва ли не быстрее, чем я успел услышать само прозвище. Женщине-кошка попросила меня не копаться в этом, и я уважил просьбу, но начал подозревать, что это как-то связано с тем, почему её артефактом оказалась именно огромная коса.
Анна и Алиса временно начали брать уроки в дворцовой школе магии. Хотя она и не была такой престижной, как Академия, но позволила им многому научиться. У тёмных эльфов было несколько действительно продвинутых магов-растениеводов, и Алисе больше не приходилось скрывать своё происхождение. Видимо поэтому учёба давалась ей на удивление легко.
Каждый раз, когда замечал, как Алиса смотрит на одно из огромных деревьев, немного нервничал: казалось, что её контроль над растениями растёт семимильными шагами. Успехи Анны тоже были довольно значительными. Тренировочные сражения с тёмными эльфами, накопившими мастерство и опыт ведения боя за многие века, подтолкнули её к развитию скорости и точности использования физической маны, и многое из этого она передала Фиби.
Хотя тёмные эльфы и были лучшими фехтовальщиками, чем Фиби, но никто из них не мог сражаться с драконом по той простой причине, что её физическая сила пробивала их любую защиту насквозь, а огромный меч ломал клинки, как стекло, и никто из эльфов не мог парировать или отразить её удары.
Юлия потёрлась лицом о мою щёку, и, моргнув, я вернулся в настоящее. Портал искривлённого пространства распахнулся перед нами и мгновенно перенёс в комнату. Не обращая внимания на щупальца, сжимающие пространство позади нас, осторожно снял женщину с себя и усадил на кровать. Она озорно усмехнулась и указала на мой член, который благодаря её магии всё ещё стоял.
— Тебе помочь? — промурлыкала она. Не дожидаясь ответа, подогнула колени под себя и, наклонившись вперед, взяла ствол в губы, а затем всосала его в горло. Глаза Юлии закрывались от удовольствия, когда она скользила ртом по моему мужскому достоинству. Положив руку ей на голову, я застонал.
— Мне действительно очень хочется провести время со всеми… — произнес сиплым голосом. Одно из её щупалец ловко подхватило кувшин с водой, налило воду с стакан и подало мне. Проглотить прохладную воду, не поперхнувшись, одновременно получая удовольствие от движений Юлии, оказалось непросто, но мне удалось справиться и с этой задачей. С улыбкой слегка потрепал её по макушке: — Ты — чудо!
Её хихиканье чуть не свело меня с ума, когда завибрировало на члене. Воспользовавшись моментом, схватил Юлию за волосы, с силой ещё ниже опуская её голову. Ни рвотного рефлекса, ни одышки, ни даже способности чувствовать боль… Трахать Юлию было просто волшебным опытом. Влажные булькающие звуки, издаваемые её ртом и языком заводили меня и быстро приблизили кульминацию. Я потерял контроль над собой: голова откинулась назад, крылья распахнулись, а хвост, непроизвольно дёрнувшись, опрокинул стул.
Юлия рассмеялась и упала на спину на кровать: — О боже, тебе так понравилось, да? Ведь точно понравилось⁈
Я рассмеялся и покачал головой: — Ты неисправима и знаешь это, верно? Ты привьешь мне дурные привычки, и в итоге я начну обделять своим вниманием кого-нибудь из других женщин.
Юлия прищёлкнула языком и выпрямилась: — Этого не случится никогда. Ты сильный, и я видела, как ты смотришь на них. Но признай, с ними ты бы никогда не смог настолько потерять контроль над собой, и это одна из причин, по которой я тебя люблю.
Обняв её, поцеловал в лоб: — Как насчет того, чтобы позвать остальных и одеться. Я серьёзно собирался пригласить вас всех за покупками.
Юлия подняла бровь: — Что будем покупать?
Постаравшись сделать лицо как можно серьёзнее, произнёс: — Просто немного про… — оставшаяся часть фразы утонула в громком звуке — Юлия выдернула себя из нашей физической реальности так быстро, что воздух на том месте, где только что она была с силой схлопнулся. Я споткнулся и упал на кровать, рога вонзились в матрас и разорвали ткань. Поднявшись на ноги, закашлялся, выплевывая изо рта перья. — Что ж, похоже, ей понравилась эта идея.
Поднявшись на ноги, посмотрел в одно из больших зеркал, чтобы решить, что на себя надеть. — Интересно, могу ли я поступить так же, как Маледикт, и просто превратить свою чешую в одежду? Стоило только хорошенько сосредоточиться, и чешуйки поползли по всему телу, а затем начали уменьшаться и разглаживаться. На секунду они превратились в тунику, доходившую мне до колен, но затем концентрация ослабла, и одежда исчезла, растворившись в коже. — Лучше не рисковать, не хотелось бы оказаться совершенно голым в чужом городе прямо посреди улицы.
