Демос окинул четыре разноцветных тома различной степени убитости задумчивым взглядом. Сел на стул рядом со сосредоточенной ведьмой, и зачем-то понюхал одну из книг.
— А что тебе предложили? — свои книжки Аннабель аккуратно отодвинула в сторону, не будучи до конца уверенной что именно ей предстоит там найти. И насколько более гуманным должен оказаться способ, описанный внутри.
— Поверь, ничего хорошего для тебя, и всех, кто живёт в месте контракта Дженны и Мёртвых.
— А они уже нашли это место? — удивлённо спросила девушка. Деймос уже приступил ко вдумчивому чтению, и больше, похоже, не слушал разговор. Хотя однозначно отвлёкся бы на него, если бы появилась какая-то интересная информация.
— Ты думаешь, в СКИР совсем не работают? То, что их перебила эта тварь вовсе не значит, что они не были осведомлены об опасности. Просто она оказалась сильнее чем мы рассчитывали. А тот, кто отвечал за ход операции уже сидит за решёткой.
— А его то за что посадили?
— За то, что по его вине погибло по крайней мере трое карателей, два следопыта и несколько простых солдат. — резко ответил Вольфганг.
— Такое чувство, что если бы ты принимал решение о наказании для него, ты бы его вообще казнил. — в голосе Аннабель скользило лёгкое раздражение. Она вины за координатором не чувствовала, а вот за собой ещё как. На соседнем стуле подавился смешком дух крови. — Что такое?
— Я и принимал это решение. — отпечатал чернокнижник. — Ещё вопросы?
— Понятно. — коротко бросила Бель, осознавая, что дальше эту тему продолжать бессмысленно. Особенно если пост Вольфа в СКИРе гораздо выше, чем она думала. — Что я должна найти?
— Любую информацию, связанную с призывом и изгнанием Мёртвых. Всё что найдёте, записывайте. Как можно более развёрнуто. После чего сопоставим и будем думать, что делать дальше. Времени в обрез. — мужчина облокотился ладонями на стол. — С момента нападения прошло два дня, значит она вернётся очень скоро, с каждым днём стоит быть всё больше на стороже. Ясно?
— Куда уж яснее. — меланхолично произнёс Деймос, лениво кладя голову подбородком на стол, а книжку выставляя перед собой ширмой.
Шкатулка, стоявшая на кухне всё это время, теперь была переставлена на стол. Аннабель начала именно с её изучения, то и дело замечая, с каким кошачьим любопытством на сокровище косится дух крови. Непонятно, чем его привлекала «кусающаяся» игрушка, но мужчина не мог упустить возможности хоть немножечко к ней прикоснуться.
Едва стоило открыть шкатулку, как знакомая мелодия опять напевала, как когда-то мама ведьмочки. И становилось хорошо, светло, и радостно. Вот только чернокнижник брезгливо морщился, не воспринимая светлое целительство. А Деймос, прикрыв глаза, ритмично покачивался из стороны в сторону, наслаждаясь звуком. Бель же поглаживала фарфоровую балерину по струящимся волосам, и целиком уходила в свои воспоминания.
Там её мама ещё была жива, и всегда приходила на помощь, если девочке было грустно или тяжело. Если кто-то обижал, если где-то поранилась. Она постоянно была рядом. Добрая, светлая, надёжная. И та противная злобная гарпия, её сестра, смотрелась на фоне светловолосой Марии настоящим порождением ада. В общем-то, с течением времени, как оказалось, она свой образ целиком оправдала.
А теперь не осталось практически ничего. Ни семьи, ни дома. Только эта белая шкатулка с позолотой, единственное, что сохранило в себе звуки маминого голоса, и теплоту прошлого.
От прикосновения тёплой ладони к запястью Аннабель вздрогнула всем телом, и облизнула от чего-то солёные губы. Повернулась к Деймосу, по лицу которого невозможно было понять о чём он думает. Но дух явно был обеспокоен тем, что девушка… кажется, плачет.
Поняв это, Бель спешно вытерла непрошенные слёзы и закрыла шкатулку.
— Я в порядке. — соврала она голосом, не очень похожим на свой собственный. — Просто задумалась.
— Я заметил. — Деймос скептически кивнул головой.
Первый день корпения над книгами не принёс должного результата. Найти что-то полезное получилось разве что у кровавого духа. Но тот и читал текст последовательно, не пропуская ни строчки, в отличие от Вольфа и Бель.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
По первой информации было понятно то же, что в целом до этого. Место сделки с Мёртвыми — это одновременно и слабость, и сила призвавшего, в данном случае Дженны. Но самое интересное было то, что в этом месте сами Мёртвые оказывались слабее, в то время как Дженна приобретёт больше мощности. На данный момент это было уже полезным знанием, так как позволяло выстроить какой-никакой, но план дальнейших действий.
Весь следующий день был практически не отличим от предыдущего. Разве что Вольф теперь зачем-то подсел с другой стороны к Аннабель, чем немало нервировал саму девушку, и вызывал некоторое любопытство у её призванного духа.
К вечеру стало понятно, почему Дженна остановила свой выбор именно на Мёртвых, а не, скажем, на том же кровавом духе. Первопричина, конечно, в их огромной силе и практически безграничных возможностях передвижения. Тогда как кровавые духи могли разве что ускорять перемещение по миру с помощью некоторых особо подходящих для этого мест. Жители же мира мёртвых шли сквозь саму структуру мироздания, оставаясь бесплотными сущностями. Они могли войти в свой мир в любой точке, и выйти из него в наш, где вздумается.
Ещё один день, прошедший в поисках информации, закончился небольшой перебранкой между Вольфгангом и Деймосом. Если сама Аннабель дипломатии ради не обращала внимания на всё более близко подбирающегося чернокнижника, то дух крови себе такой роскоши позволить не мог. Ревность в нём оказалась сильнее спокойного характера.
— А может ты прекратишь к ней приставать? — пока что ещё спокойно поинтересовался он у Вольфа.
— У тебя паранойя. — но мужчина всё же немного помрачнел.
— Ты уже полчаса трёшься о плечо моей девушки.
— Она не твоя девушка. Да, Аннабель?
Ведьме остро захотелось вжать голову в плечи, а лучше закопать её в песок, чтобы мужские разборки с их неудобными вопросами саму Бель никак не касались.
— Тебе мало того, что я попросил отстать от неё? — голос Деймоса всё-таки постепенно становился более холодным и менее расслабленным.
— Я тебе повторяю, у тебя паранойя. — Вольфганг отчего-то даже немного оскалился.
— А я повторять не буду. — дух встал из-за стола, заставив Бель немножечко пригнуться. Мало ли, вдруг полетят клочки по закоулочкам, а она встанет на пути у одного из них. — Не трогай мою Бель.
— С чего ты взял, что эта мышь мне вообще интересна? — чернокнижник тоже поднялся со своего места, и даже не поленился подойти к Деймосу практически вплотную. И всё это происходило прямо за спиной у сжавшейся в комочек девушки.
— С того что ты можешь делать каменное выражение лица, притворяться что тебе плевать, никак не выдавать своих эмоций, но от меня, будь ты хоть трижды загонщиком со своей ментальной защитой, настоящие эмоции скрыть не сможешь. — Деймос ткнул пальцем в грудь чернокнижника, за что тут же получил лёгкий удар по этому пальцу. — И знаешь, мне даже стало интересно, кого это ты пытаешься подменить моей ланью?
— Да пошёл ты. — с силой толкнув духа в плечо, Вольф быстрым шагом прошёл мимо и покинул гостиную.
— Можешь мне не верить, но мне правда его жалко. — мужчина вернулся на своё место, и снова открыл фолиант.
— О чём ты? — подала голос девушка, но тот прозвучал так пискляво, что ей пришлось прокашляться, чтобы не звучать смешно. — О чём ты говоришь?
— Я не думаю, что он бы хотел, чтобы ты узнала. — Деймос опять был совершенно спокоен и расслаблен, будто бы ничего и не произошло. Задавать дополнительные вопросы Бель не стала, даже несмотря на то, что было очень интересно. Но так уж она привыкла, что совать нос в чужие дела порой может дорогого стоить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Да и какое-никакое уважение к чернокнижнику у неё всё-таки было. Если Деймос считает, что тот не хотел бы раскрытия подобной тайны, значит лучше прислушаться к своему призванному духу.
