Безумие. Просто безумие!
Казалось, что разум оставлял меня. И эта дымка, вуаль, туманила и его, не только зрение.
— Ты, — указала на того, кто хотел до этого броситься на меня с трубой, смотря правым глазом на него сквозь пальцы. — Умрешь через три дня. Двадцать шестого мая в одиннадцать ночи сорок шесть минут.
Метка над ним вспыхнула алыми цифрами.
Мужчина побледнел, роняя из ослабевших рук оружие и пятясь, что-то бормоча под нос.
[Смерть подтверждена!]
— Ты, — глянула на его соседа и широко улыбнулась. — Смерть через три дня. Двадцать шестого мая в одиннадцать ночи сорок шесть минуты. Ха-ха!
[Смерть подтверждена!]
Толпа в панике заметалась. Одна часть бросилась к выходу из коридора, толкая друг друга. Другая — на меня.
— Сейчас, — выдохнула я и бросила нож в отчаянного человека.
Реальность искажалась, превращаясь в сумрачный мир из слов и цифр. Звуки доносились издалека, будто под толщей воды.
[Смерть подтверждена!]
Лезвие воткнулось в шею мужчины, и тот, захлебываясь и хватаясь за рану, упал мне под ноги.
Ощутила удар по плечу и пошатнулась, скривившись от боли. Кинула взгляд на молодого мужчину, который со страхом смотрел мне в глаза.
— Сейчас, — без лишней эмоции произнесла я и вогнала следующий нож ему в ухо.
[Смерть подтверждена!]
Реальность расплывалась. От мельтешения в полумраке людей, от паники и криков. Я отбивалась, пока все не затихло. Не погрузилось в оглушающую пустоту, состоявшую из черной дымки и моего лихорадочного стука сердца.
В коридоре остались только я и Джунхёк, который приближался, перешагивая трупы.
Заметила, как он вытащил руки из карманов плаща, что-то сжимая в левом кулаке. Покачнулась, найдя опору в стене.
Что-то я устала…
Похоже, много магии ушло на навык.
[Магия — 7/100 %]
— Ешь, — приказал мужчина, присаживаясь на колено.
А? Когда я успела опуститься на пол?
Черт.
Это слишком сильный стресс для моего тела. Руки тряслись, взгляд плыл, а ноги не слушались.
Все еще обуза…
Не дождясь от меня реакции, Джунхёк раздраженно цыкнул и сунул мне в рот что-то. Я разгрызла непонятную штуку, напомнившую мятный леденец.
Пока жевала, смотрела на мужчину, мрачно следившего за мной.
— Ты… — пробормотала я, подняв взгляд выше его головы.
На метку.
И нахмурилась.
— Выключи.
Он накрыл ладонью мой правый глаз, не давая распознать цифры. Я упрямо мотнула головой, но он держал крепко, а я слишком ослабла по сравнению с мужчиной. Пока сон не стал захватывать тело.
А-а, понятно, что он мне дал. Зелье лечения. В обмен на два часа сна исцеляет тело полностью.
— Что ж… — вяло пробормотала я, закрывая глаза. — Все равно не позволю тебе умереть… Я и отменять смерть могу ведь… теперь…
Хотелось бы увидеть лицо Джунхёка после таких слов.
— Ты бредишь. Успокойся.
…Но я уснула на его руках.
Глава 18
Джунхёк пристально следил за Ренатой с самого начала.
Ее осведомленность казалась странной. Она смотрела на мир так, будто уже знала, если не все, то многое, и была знакома с новыми правилами. Девушка спокойно принимала ответы самого мужчины, как должное, игнорируя то, что за столь короткий срок невозможно раздобыть информацию без специфических навыков. Она послушно следовала за Джунхёком. Но и сама ориентировалась во всем без проблем.
Рената бы пошла дальше в одиночку, если бы он ее отпустил, как она того и просила.
Но он не собирался отпускать столь подозрительного и полезного человека, с которого и начались все изменения в этой регрессии.
А Джунхёку очень хорошо известно такое поведение.
Но Глаз Мудреца не выявил в ней регрессора.
Поэтому причину мужчина искал в другом — влияние навыков.
Могла ли это быть Адаптация, благодаря которой она вжилась в новый мир? А знание и понимание новых правил выживания от Анализа?
Вполне.
По сути, то, что Джунхёк подслушал из ее слов на станции, отчасти это объясняло. Она видела этот мир как компьютерную игру. Не зря у нее имелся атрибут «Геймер», а в навыках «Интерфейс», превращавший при активации реальность в виртуальною, действовавшую и жившую по игровым условиям.
Но это никак не удовлетворяло подозрительность мужчины.
Он искал ответы и истину. Он должен убедиться.
Но даже Глаз Мудреца не смог выявить скрытый цензурой атрибут, на который и грешил Джунхёк, пока тот… не расцвел.
Преодолевшая Смерть.
В который раз Джунхёк убедился, что изменения в этой регрессии — его вина.
Что он создал Ренату такой, какой она стала.
Он своими руками повлиял на появление этого легендарного атрибута, ставшего мифическим.
Предвестница Смерти.
Она видела Смерть… и могла отсрочить ту.
Сможет ли девушка остановить его, если он снова потерпит неудачу и погибнет?
Джунхёк хотел убить Ренату, но не мог этого сделать. Руки тянулись к мечу, но лишь силой воли мужчина останавливал себя на полпути.
Он не сможет ее убить. Пустая трата времени. Ведь стигма вернет девушку в мир живых.
Поэтому оставалось держать Ренату ближе к себе и следить.
Тем более, что теперь Глаз Мудреца на нее не работал — после расцвета ее атрибута, девушку окутала невидимая простым зрением черная дымка. И попытки заглянуть за нее вызывали болезненные спазмы.
Как это было с Ким Докча, когда Джунхёк хотел увидеть профиль того человека.
С каждым днем Рената становилась все более полезным приобретением.
И опасным противником, если сможет развиться должным образом. Учитывая, как щедро ее поддерживал спонсор, который, невзирая на ограничения сценария, пытался обходными путями помочь в выживании. Ножи, которые ей подарили, можно приобрести только после сценария с катастрофами. Это, конечно, не звездная реликвия, но качество этого оружия превосходное — даже сам Ю Джунхёк оценил.
Все-таки… что Торговец Желаниями, что Рената — крайне подозрительные личности, появившиеся будто из воздуха. Почему их не было в прошлых регрессиях? Почему именно сейчас?
Мог ли Джунхёк доверять девушке?
Так же, как и она ему.
Нет.
В противном случае, она бы не напрягалась рядом с ним. Не держала бы его в поле зрения. И не пыталась бы свернуть разговор к ее уходу.
Рената явно боялась его.
Но вредить не собиралась, как он проверил.
Еда, что он готовил, осталась нетронутой, хотя для Ренаты был отличный шанс таким образом избавиться от мужчины, который не давал ей сбежать.
И девушка не воспользовалась моментом, когда Джунхёк спал. Конечно, в первый раз он долго следил за ней, притворившись уснувшим, прежде чем задремать на самом деле. Но Рената и не сбежала, и ничего не предприняла против него.
Ни тогда.
Ни этой ночью.
Разве что в этот раз пыталась тихо ускользнуть, но Джунхёк проснулся от ее возни и незаметно последовал за девушкой, став свидетелем занятного зрелища.
Рената смогла преодолеть свои барьеры и все-таки осознанно убила человека. Она не просила о жалости и не молила о помощи. В неравном бою, где у девушки были лишь характеристики, а у противника его число, с которым тот мог и подавить девушку с должной организацией, Рената продолжала упрямо стоять на своем, несмотря на страх и неуверенность.
Джунхёк видел, как тряслись ее руки с ножом, как ее напуганный взгляд блуждал между сворой мусора, окруживших ее в жажде легкой наживы. Она не имела навыков боя, не умела контролировать толпу и реагировать на ход сражения. Но не отступала.
Вспоминалась битва на поверхности, где девушка, даже осознавая свою слабость, все равно предлагала помощь. Хоть какую.
