– А ты что сразу с цепи сорвалась, Эль? С тобой разговаривать невозможно, ты бы глаза свои видела, – Андрей зачесывает ладонью назад свои волосы, окидывая меня оценивающим взором. – Мы сейчас поссоримся, если я не уйду, верно? – замечает он, поймав мой испепеляющий взгляд. Видимо, понял, что я могу в порыве злости припомнить ему все грехи прошлого и в сердцах кричать про развод.
– А вот и уходи. Хоть в аэропорт прямиком. В третью командировку за неделю. Не во Владивосток случайно? Чтобы подальше и на подольше, – с сарказмом отвечаю я, скрестив на груди руки.
– Я в гольф клуб пойду. Ребята там сегодня собираются, – Андрей бросает мимолетный взор на часы и поджимает губы, вновь глядя на меня. – Хотелось бы провести вечер в постели с любимой женой, но ты сегодня совершенно неадекватна. Невольно задумываюсь о том, что для жены, которой можно доверять, реакция у тебя слишком острая.
– А какая она должна быть, Андрей?! Такая же, как несколько лет назад, когда ты чуть было не изменил мне, а я это проглотила?! – рычу я и убегаю в ванную комнату, хлопнув дверью так, что все люстры задрожали в доме.
Упираясь ладонями в рукомойник, включаю из-под крана воду и ополаскиваю свое лицо, чтобы прийти в себя. Не знаю, сколько времени торчу в ванной, но, когда выхожу, Андрея уже дома нет.
Намереваясь успокоить себя печеньками с чаем, я снова опускаюсь за барную стойку. И снова раздражающий звонок в дверь.
Черт, я совсем забыла, что Мила сегодня в гости напросилась. У нее там какая-то очередная любовная драма случилась, и ей срочно нужна жилетка. Богдана сегодня забрали бабушка с дедушкой со стороны Андрея, а это значит, что истерики Милы не побеспокоят его сон.
– У нас все было так хорошо. Ты не представляешь, насколько идеально. Его словно из моей головы достали, – через десять минут Мила уже вовсю изливает мне душу, залпом осушая второй бокал шампанского. Я тоже пью, только куда медленнее и не на голодный желудок. – Две недели провели словно в сказке. Он на Мальдивы пообещал меня свозить, – всхлипывает блондинка, вытирая слезы наманикюренными пальчиками.
Слушая подругу, я тянусь к шкафчику и достаю оттуда пачку сухих салфеток, с сочувствующим видом протягиваю их ей.
Весь ее рассказ заключался в том, что три недели назад она познакомилась с шикарным мужчиной. Баснословно богатым, чертовски сексуальным и влиятельным. Это все, что я о нем знаю, не считая того, что осведомлена о его красивых ухаживаниях за Милой: мужчина дарил ей огромные букеты цветов, колье с брильянтами и отправлял в лучшие SPA города. В один прекрасный день он исчез без объяснения причины и перестал отвечать на ее звонки и сообщения. Для Милы эта история звучит как трагедия, а для меня обычная ситуация: мужчины часто так делают. Покупают себе живую куклу и играют с ней, пока не надоест. А там и новая поставка «Барби» в Москву не за горами…
– Ну и зачем тебе такой мужчина? Который то исчезает, то появляется. Даже не вздумай за ним бежать, – успокаивая Милу, даю совет я, поглаживая хрупкое плечико подруги.
– Может, все-таки написать ему? То, на что он точно ответит? – с горящими глазами восклицает Мила безумным тоном. Осушает третий бокал вина, и я подумываю над тем, что стоит убрать бутылки с алкоголем из поля ее зрения.
– Не вздумай! Сразу упадешь в его глазах. Он будет думать, что ты вся в его власти, еще и сама написываешь. Ну уж нет. Это он должен тебя искать и думать, стоит ли тебе писать. А в идеале – писать и не думать ни о чем, потому что чертовски хочет тебя видеть. Поняла меня?
– А вдруг он хочет написать, но не может… по каким-то причинам, непредвиденным обстоятельствам. Или работы много, просто нет времени?
– А может, он умер, Мил? – останавливаю ее надежды я. – Тогда да, действительно нет ни времени, ни возможности. Все остальное – ложь, фарс и наши женские фантазии. Мужчине если нужна женщина, он всегда напишет, приедет, успокоит, позаботится. Он все для нее сделает. А если нет… то зачем тебе такой? Даже если его достали из твоей головы. Себя любить надо больше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ты права, – пряча лицо в ладонях, Мила заходится глухими рыданиями. Я как могу поддерживаю ее около часа, пока сама не растворяю свою злость на Андрея в большой дозе выпитого вина.
– Эля! Эля! Он написал! – вдруг визжит Мила, сжимая в руках айфон. – Боже, он написал! – соскакивая со стула, она начинает подпрыгивать на месте, задирая голову к потолку.
– Успокойся. Что пишет? – пытаюсь отрезвить Милу я.
– «Давно хотел показать тебе одно место, малыш. Уверен, оно тебе понравится. Это клуб, о котором я тебе рассказывал. Встретимся там. Одевайся. Я пришлю такси через час».
– Странно, что он в клуб тебя вызывает. А не на свидание…
– Не странно, Эль. Мы давно хотели в клуб сходить, чтобы поиграть в «случайное знакомство».
– Это еще что?
– Это когда вы со своим парнем делаете вид, что абсолютно незнакомы, и он подсаживается к тебе за баром, чтобы познакомиться вновь и потрахаться так же, как в первый раз. Только лучше, – со знанием дела фыркает Мила. – Поехали со мной, Эль? Прошу тебя, умоляю, – Мила складывает ладони в умоляющем жесте, бросая на меня взгляд глаз рыжего котика из Шрека.
– Зачем тебе я там? Да и какой мне клуб? Я же мать…
– Не хочу одна быть. Хочу предстать перед ним гордой, независимой и незаинтересованной. Не хочу, чтобы это выглядело так, словно я примчалась к нему по первому зову. Скажу, что не ради него приехала. Что мы и так тусить собирались.
– Я не хочу, – твердо заявляю я, мотнув головой. Хотя, если честно… возможно, мне стоит куда-то выбраться. Назло Андрею.
– Одевайся, и поехали! – приказывает мне Мила.
Недовольно скривив губы, я бросаю:
– Но только ненадолго. И мне совсем нечего надеть в клуб.
– Надень это! – как только мы оказываемся в моей спальне, Мила находит мне наряд для вечера в моей гардеробной. Это одно из самых откровенных платьев, которое у меня когда-либо было. Я покупала его для ужина с Андреем, но в тот вечер он задержался на работе, и оно так и осталось невостребованным.
Самая пикантная деталь в нем – это выразительное декольте и красивый разрез на бедре, драпированный дождем из страз, что красиво блестят и звенят при ходьбе.
То ли это гнев на Андрея так действует, то ли четыре бокала вина, но я таки решаюсь влезть в это платье, которое в обычной жизни не могу себе позволить. Это десять лет назад я примерно так и одевалась, но сейчас я молодая мама, а не вертихвостка, что жаждет привлечь приключений на свою задницу.
Все-таки оно не соответствует моему статусу… но боже, как же я в нем сексуальна.
Все остальное происходит словно в тумане. Мы с Милой накручиваем друг другу волосы, как в старые добрые времена, быстро красимся и выходим из квартиры, пошатываясь на высоких каблуках.
Кураж, адреналин, ярость – все эти чувства несутся по венам, рождая в крови невероятный бодрящий коктейль, толкающий на сумасбродные поступки. Хочется потанцевать, повеселиться… хочется вспомнить беззаботную юность, когда мы жили моментом, находились «здесь и сейчас» и не думали о завтрашнем дне.
Я вообще после пары бокалов превращаюсь в свою молодую версию Элины. Поэтому пью редко, чтобы не ударять в грязь лицом, все-таки уже не по статусу.
Что ж, чувствую, эта ночь будет очень веселой.
– Вы есть в списке? – вход в клуб находится в каком-то мало примечательном подвале, на котором даже нет банальной неоновой вывески. Это первое, что меня настораживает, но Мила вполне уверенно вступает в диалог с амбалом-охранником.
– Есть. Нас пригласил Ладор, – называет псевдоним своего возлюбленного Мила. Кстати, подруга до сих пор не выдала мне его личность, не показала ни одной фотографии. Говорит, что он крупный чиновник, поэтому в подобные места ходит под выдуманным именем, что вполне нормально и правильно.
Некая маска для безумной Московской ночной жизни.
– Такой есть. Проходите. Но телефоны сдаем здесь. По желанию, вы можете надеть маску, хоть мы и гарантируем строгую конфиденциальность наших клиентов, – декларирует встречающий нас амбал, и от его слов у меня мурашки бегут по коже. Такое чувство, будто мы собираемся заняться чем-то противозаконным или намереваемся посетить бордель.
