— Нам не удается поговорить наедине уже два дня, — с претензией заявила она. — Я не знаю, что мне делать, Лен! Егор приставал ко мне и прямо заявил, что хочет меня. Еще и в спальню заявился!
Лена не казалась особо уязвленной или удивившейся такому повороту событий.
— Пошли его и все, — спокойно ответила она.
— Я так и сделала! — оскорбилась Даша. — Но он ведь так просто не отстанет!
— Мужчина ничего не сможет сделать, если девушка его не хочет, — как глупой, объяснила ей сестра. — Сомневаюсь, что Егор решится на насилие, так что ты в безопасности. Если только… Дашка, ты ведь не любишь его больше?
— Конечно, нет!
— Тогда не парься. Несколько отказов и до него дойдет. Если только ты не начнешь расплываться лужицей перед ним. Найди себе кого-нибудь, так он быстрее отстанет. Тут столько рыбы, я же тебе говорила. Повеселись, как все. А то ходишь вечно с кислой рожей.
— Ну, спасибо, помогла! — язвительно ответила Даша, вставая, чтобы уйти. — А то я обо всем этом сама не думала.
— Не понимаю, чего ты от меня ожидала, — вздохнула Лена. — Я устала, Даш. У меня много дел с этой свадьбой, если ты не заметила. Не грузи меня хотя бы ты, ладно?
— Ладно, — не стала спорить девушка, зная, что бесполезно. — Я ухожу уже. Отдыхай.
Она обиженно направилась к двери и вышла за нее, чувствуя себя жутковато в широком и длинном коридоре, пустующем в такой час. Вспоминался старый фильм ужасов про отель, где все постояльцы оказались призраками. Быстро, чуть ли не бегом, дойдя до своего номера в другом конце коридора, Даша открыла дверь и, войдя внутрь, поскорее захлопнула ее за собой, тяжело дыша от страха.
— За тобой кто-то гонится? — раздался голос в темноте, заставляя ее пронзительно закричать от неожиданности.
Послышалось ругательство и в номере зажегся свет, давая ей увидеть непрошенного гостя. На ее кровати нагло развалился Егор Огнев и он, чертяка, снова был без рубашки!
— Что ты здесь делаешь? — прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу, спросила девушка возмущенно. — И как ты вообще вошел?
— Это мой отель, — пожал он плечами.
— Однако, это не дает тебе право вламываться в номер гостя среди ночи! Убирайся!
Вместо того, чтобы встать, Егор поудобнее устроился на кровати, заложив руки за голову. Глаза Даши скользнули по его мускулистому и обидно идеальному торсу, но она тут же перевела взгляд на лицо, не давая себе отвлекаться на глупости.
— Я серьезно, Егор. Уйди, пожалуйста! Я устала и хочу спать.
— Как ты поняла, что я Егор, а не Глеб? — спросил он с самодовольной ухмылкой.
— По отсутствию манер, — мстительно ответила она, не желая тешить его самолюбие признанием в том, что способна их различать интуитивно. — Он никогда не вломился бы ко мне без приглашения.
Глаза мужчины недовольно сощурились.
— Я вижу, у тебя отросли коготки, кукла Даша. Но мне нравится.
— А мне плевать! Секса не будет, так что проваливай! — теряя терпение, громко потребовала она.
— Разве я говорил, что пришел за сексом? — вставая с кровати и хищно подбираясь к ней, осведомился он.
Даше стоило немалых усилий, чтобы не начать отступать. Сцена, произошедшая в доме его родителей, повторялась. Егор снова наступал на нее.
— За чем бы ты тогда не пришел, мне не интересно, — дрогнувшим голосом сказала она.
Мужчина стоял теперь прямо перед ней и кончик ее носа едва не задевал пышущую жаром грудь. Когда она не надевала каблуки, то действительно казалась жалким карликом на его фоне. Даша прикрыла глаза на секунду, собираясь с мыслями, а потом смело подняла голову, встречая его насмешливый взгляд, так и говоривший, что он знает о том, как воздействует на ее тело.
— Тебе захотелось оторваться перед свадьбой, Егор? — едко спросила она. — Хочешь, оплачу тебе проститутку? В качестве свадебного подарка.
— Я хочу тебя, кукла Даша, — беря ее за подбородок, сказал он.
Даша вцепилась в его запястье, но не смогла сдвинуть с места эту огромную ручищу. Кожа горела огнем в местах их соприкосновения.
— Ты думаешь, я шучу или играю с тобой? — отчаиваясь от невозможности быть полностью холодной в его присутствии, спросила она. — Между нами действительно ничего не будет, понимаешь? Я не хочу этого. Больше нет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я не верю тебе, — прошептал он, надавливая большим пальцем на ее нижнюю губу. — Ты была права, когда говорила, что нас тянет друг к другу. Такая химия не часто случается между людьми, Даша. Хоть я и отрицал это, она была и все еще есть. После той ночи, ты была главной героиней моих фантазий, куколка, и я так и не смог забыть ее. Эти губы… У тебя такие идеальные губы…
Даша прикрыла глаза, чувствуя, как в них закипают предательские слезы. Каждый раз, вспоминая ту ночь, она чувствовала только стыд и обиду. А когда он сам заговорил об этом…
Ей хотелось съежиться и умереть.
Но видимо, Егор посчитал ее реакцию капитуляцией, потому что наклонился, прижимаясь ртом к ее виску и следуя вниз цепочкой поцелуев, пока не добрался до уголка губ. Даша вцепилась в его волосы, останавливая, но он словно не замечал ее отчаяния.
— Ну, чего ты ломаешься, — пробормотал Огнев, прикусывая ее за нижнюю губу. — Мм… Даша.
Перед глазами снова пронеслись последствия ее слабости, принося так необходимую ей ярость.
— Нет! — с силой отталкивая его, зло отрезала девушка. — Я не хочу обижать тебя, но ничего у нас с тобой не получится.
Егор усмехнулся, отпуская ее.
— Бьешь меня моими же словами?
Да, это были его слова и они намертво въелись в ее мозг, но то, что он сам их помнил, было странно и неприятно. Даша предпочла бы, что он ничего не запомнил из той злополучной ночи.
— Признаю, заслужил, — продолжил мужчина. — Но ведь ты хочешь меня, кукла Даша. Мы оба — взрослые люди и…
— То есть, год назад я была не пригодна даже для секса, а теперь, ты волшебным образом воспринимаешь меня, как взрослого человека, Егор? — оборвала она его. — Мне двадцать два! Я все еще младше тебя на девять лет.
— Дело было не в возрасте, — отмахнулся он. — Ты просто больше не та наивная девочка, витающая в облаках. Тогда я не мог поверить, что ты хочешь просто секса, но теперь я сам вижу, как ты изменилась. Ты дико меня заводишь, кукла Даша.
— Боже, да твое самомнение давит на потолок! — вне себя от его беспардонности, воскликнула она. — Я действительно была наивной дурой, когда влюбилась в тебя, раз не замечала этого. Мне просто повезло, что ты сам меня отшил, прежде чем все зашло слишком далеко. Ты неприятен мне Егор, как мужчина и как человек! Я не привыкла говорить людям такое в лицо, но ты сам меня довел своей наглостью! Пожалуйста, я тебя очень прошу, не делай это еще более неловким и просто уйди, хорошо? Я не хочу от тебя ничего. Даже секса. Тогда хотела, теперь не хочу. И веришь ты в это или нет, но от твоих засад и приставаний факты не изменятся. Не заставляй меня втягивать в это третьи лица, пожалуйста! Имей гордость, ты же мужчина!
Ее слова, казалось, наконец, подействовали и отрезвили его. Егор выглядел уязвленным. Он отступил на несколько шагов и резко кивнул.
— Я тебя услышал, — глухо сказал он. — Прошу прощения за беспокойство.
И обойдя ее, вышел за дверь. А Даша прислонилась к ней спиной, отчего-то чувствуя себя виноватой, хотя она была совершенно права. Он сам довел ее до этого. Даже если Егор обижен и его гордость пострадала, то он это заслужил своими действиями, и, совершенно глупо было его жалеть.
«Ничего, не мальчик. Переживет, — думала она про себя. — Я же пережила».
Однако, была и крошечная часть ее сознания, которая ликовала от этой победы над его самолюбием.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Глава 20
Егор был склонен к самообману и ничем иным свое упрямое желание трахнуть сестру своей невесты, не оправдывал. Однако, как всегда и происходило, шоры упали с глаз, вернее, с мозга, и теперь, мужчина точно знал, что дело не в незакрытом гештальте.
