— Прикажи им подняться в воздух, иначе я сожгу вдвое больше! — угрожающе прошипела Тряпичная ведьма. Она нависла над Орочем, и тот попятился, поскальзываясь на дороге.
— Тот, кто держит Ступени Намира, не про их честь, — продолжила Тряпичная ведьма. Слюна так и капала с ее нарисованных губ. — На меня напали, Ороч! Они посмели атаковать меня! И теперь они ответят за это!
Ороч испуганно кивнул и пропищал:
— Но что это такое, госпожа? Это… опасно?
Джулия ощутила, как Тряпичную ведьму охватило странное веселье. Ведьма ответила:
— Они уже наслали заклинание против меня, Ороч. Но оно всего одно, да и то не первого ранга. И что толку от заклинаний, если все, что направлено против меня, сначала поражает девчонку?
Тряпичная ведьма говорила, а Джулия чувствовала, что она веселится все больше и больше. Наконец ведьма рассмеялась вслух, Ороч тоже захихикал, а гварульхи в тени деревьев одобрительно фыркали, не вникая, чем же так довольна госпожа.
А Джулии ведьма прошептала:
— Ну что, моя спасительница, ты теперь их проклятие и ловушка для заклинаний, мой щит и оберег. Те, кто попытается выступить против меня, ранят ребенка. Ты будешь чувствовать боль от каждого заклинания, направленного против меня. Ты будешь чувствовать боль…
Тряпичная ведьма перестала смеяться и медленно двинулась к ущелью, носившему название Ступени Намира. За ней, пританцовывая, шел Ороч. Он все еще хихикал. Сзади тяжело вышагивали ангарлинги. Гварульхи крались меж деревьев вдоль дороги, останавливаясь только затем, чтобы поймать припозднившегося зверька или птицу. В небе кружили миперы. Они старались держаться как можно дальше. Лететь вперед было страшно, но они покорно следовали приказам госпожи, которую боялись пуще всего.
— Она приближается, — сказал Труан. Он вытянул вперед руки — его большие пальцы подрагивали. — Нам лучше уйти, пока не поздно.
Женщина, подошедшая к нему сзади, покачала головой.
— Я как раз пришла сказать, что мы уже не можем уйти. На последнюю Ступень наброшен Темный покров. Лэйбек дотронулся до него рукой, и рука ссохлась. — Она скривилась, отчего на лице вырисовался старый шрам, тянувшийся от уголка рта до края шлема. — К счастью, Лэйбек — левша и все еще может держать меч. Если, конечно, в этом есть какой-нибудь прок…
Последняя фраза была скорее вопросом, и Труан некоторое время колебался, прежде чем ответить. Его черные брови сошлись на широкой переносице, но это было больше удивление, нежели задумчивость.
— Думаю, мечи и стрелы сыграют свою роль до рассвета. Но только небольшую, и нам этого будет недостаточно. Теперь я уверен, что мы имеем дело с Северной королевой, поскольку чую огромную злую силу. И все же… мое первое заклинание против нее не отразили и не нанесли ответного удара…
Сверху раздался свист, и женщина подхватила лук и вытащила из ножен меч.
— Я пойду, — сказала она. — Если то, что движется к Ступеням, состоит из плоти и крови, мы его остановим. Если нет — что ж, по крайней мере, Аэнли успела пройти до того, как появился Темный покров. Кэр Калбор будет предупрежден.
— Благодарю, капитан, — сказал мастер Труан. — Я сделаю все, что смогу.
Женщина кивнула и ответила:
— Хорошо, что мы встретили вас по пути на север. Если предстоит тяжелая битва, то лучше сражаться вместе. Прощайте.
Труан смотрел, как она взбирается вверх по ущелью, поднимаясь по ступеням, вырубленным в известняке. От них-то и пошло название ущелья. С обеих сторон по проходу после короткого дневного отдыха поднимались мужчины и женщины. Кто-то надевал нагрудники поверх кожаных рубах, кто-то застегивал шлемы с забралом. Чуть выше валялись трупы гварульхов, пронзенные стрелами или магией Труана, которая была для них страшнее, чем самый острый клинок.
Труан смотрел и считал. Наконец все тридцать уцелевших воинов расположились на верхних ступенях, готовя луки и стрелы с голубым оперением к последнему натиску. Потом он глянул на озерцо на семьдесят седьмой ступени и обратился мыслями на юго-восток. Он надеялся еще разок увидеть свой шар и понять, насколько важен этот… Пол.
Вода медленно начала клубиться, и Труану открылось звездное поле, по которому неслись стаи облаков. В небе парили хищные птицы — сотни их кружили вокруг желтого шара. В корзине находились двое: один — ученик Кейгила, а второй — наверное, Пол…
Сверху раздался свист, и видение растаяло. Труан отвернулся от озерца и стал взбираться по ступеням, собираясь с последними силами. Наверху уже звенели тетивы, и крики гварульхов эхом разносились по ущелью. Но на сей раз гварульхи были не одни. Пальцы Труана начали подрагивать, предупреждая его об опасности, когда на верхних ступенях появилась Тряпичная ведьма, а перед ней катилось облако тьмы и смерти.
9. Сходня Ветров. Безжизненные
— Фантастика! — вскричал Пол. Ему приходилось кричать, чтобы перекрыть гомон и свист птиц, окруживших шар. Куда бы он ни кинул взор, повсюду кружили ястребы и соколы. Они кричали, словно стая безумных чаек.
Шар, как и птицы, парил в восходящем потоке теплого воздуха. Пол смотрел вверх. Ему казалось, что он падает и падает к яркой луне и неподвижно сияющим звездам, собранным в незнакомые созвездия с еще более незнакомыми названиями.
Пол никогда не думал, что в одном месте может собраться столько хищных птиц — от самого маленького ястреба до самого крупного орла. И все они, медленно кружась, поднимались ввысь, к загадочному месту назначения.
Квигин, само собой, был в восторге. Пол не мог докричаться до него, потому что Друг зверей целиком погрузился в птичий гомон. Время от времени Квигин кивал и бормотал:
— Ну конечно… но ведь я знал это… правда, совсем чуть-чуть… — Потом он что-то свистел в ответ, и новые птицы собирались вокруг шара. Один старый орел (у него была лысая голова) даже решил проехаться на шаре — он уселся на край корзины, вцепившись в нее когтями размером с палец Пола. Он долго смотрел на мальчика не мигая, потом снова отвернулся к небу, не обращая внимания на перепуганную Лизеллу, которая забилась в самый дальний угол, вжавшись между кожаными мешками.
И тут вдруг шар ухнул вниз, соскочив с восходящего потока. Птицы тоже перестали подниматься ввысь и умолкли. Теперь был слышен только свист воздуха, рассекаемого тысячами крыльев, да дыхание Пола и Квигина, паром клубившееся в холодном воздухе. Пол с опаской глянул через край корзины. Он только сейчас понял, как высоко они взлетели. Отсюда гора Эйлигил казалась всего лишь белым пятнышком, сверкающим в лунном свете. Линии горизонта скруглялись, и впервые в жизни Пол убедился, что земля действительно круглая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
