– Но я не могу его вспомнить, я не могу вспомнить даже своего имени…
Система помолчала несколько секунд, затем снова заговорила:
– Эта ситуация находится вне моей компетенции. Я – СИОКУС, система оказания услуг, и в этом случае я должна обратиться к высшим инстанциям. Прошу вас подождать… прошу вас подождать…
Андрес осмотрелся и заметил неподалеку от своего кресла-кровати шкафчик с блестящим инструментами. Скорее всего, он находился в медицинском центре. Рана на голове все еще сильно болела, но теперь Андрес не испытывал ни малейшего беспокойства. Мастерство хирургических и заживляющих автоматов давно вошло в легенды. Еще час-два, и он снова будет как новенький. Но почему они тянут время?
Андрес уже собирался вздремнуть, но тут его внимание привлек шорох шагов в коридоре. Вскоре в дверях показался высокий худощавый человек в очках с тонкой золотой оправой. Не успел Андрес подняться на постели и поприветствовать гостя, как человек сам заговорил, нервно воздевая руки к потолку:
– Какая ужасная история! Я страшно обеспокоен! Такого еще не случалось в моей практике! Да простите, я не представился. Лассе Айзенбард, министр здравоохранения. О Боже, вы ужасно выглядите, вам немедленно нужно оказать помощь!
Эту речь Лассе сопровождал бурной жестикуляцией, и Андрес заметил, что его пальцы унизаны золотыми перстнями. Лассе быстро взглянул на Андреса, но тут же отвернулся и полез в карман за флаконом с успокоительными пилюлями. Андрес без труда их узнал – такими же пользовался Букминстер.
– Простите, но я так взволнован! – вновь заговорил министр. – Дело в том, что я с детства боюсь крови. Это так ужасно! Но в чем ваша проблема?
– По-видимому, я потерял память, – пояснил Андрес. – Не могу вспомнить даже своего имени.
– Да, это действительно серьезная проблема, – посочувствовал ему министр. – Не зная идентификационного номера, мы не можем начать лечение. О, что же нам делать! Нет, я совершенно не готов к подобной ситуации! Совершенно не готов!
Андрес наблюдал краем глаза за метаниями Лассе по палате. Он не собирался сдавать позиций. Если он сейчас назовет свой идентификационный номер, Букминстер будет здесь через пару минут. И Андрес решил слегка подогреть министра.
– Это такая страшная боль! – простонал он, закатывая глаза. – Ужасная боль! Мне кажется, я больше не выдержу! Вы должны немедленно принять меры, нельзя терять ни минуты.
Лассе в ужасе схватился за коммуникатор:
– Немедленно! Немедленно! Но… что же нам делать?
– Возможно, вы могли бы назвать ваш собственный номер, – предложил Андрес слабым голосом.
– Мой… мой собственный номер?
– Да. Раз уж так необходимо соблюдать все формальности. Если нет другого способа немедленно начать лечение.
Министр задумался на несколько секунд, потом быстро кивнул и принялся набирать код на коммуникаторе. Андрес откинулся на подушки и вздохнул с облегчением. Его кровать снова пришла в движение – в стене открылась глубокая ниша, кровать въехала в нее, и над Андресом склонились двенадцать рук-манипуляторов. Он почувствовал сладкий запах распыленного в воздухе средства для наркоза и мгновенно уснул.
Очнувшись, он понял, что снова бодр и полон сил. От боли не осталось и следа. Он потрогал лоб и нащупал безукоризненно ровный шов на месте бывшей раны. Правда, прежние проблемы никуда не делись и тут же вновь напомнили о себе. Андрес ясно сознавал, что не может здесь больше оставаться – политики, жаждущие добраться до Документа, неизбежно выследят его. С печальным вздохом он вспомнил свою прежнюю мирную жизнь: занятия музыкой и живописью, компьютерные игры, голографический театр и прекрасные тайны восточной письменности.
Он сел на кровати и осмотрелся. Вокруг все еще стояли медицинские приборы, рядом на столике лежало меню. Андрес почувствовал, что голоден и принялся изучать листок: желе с кокосовыми хлебцами, вареная спаржа с бульоном, биточки из моллюсков, Игвер-кола. Он сделал заказ и быстро, с аппетитом поел, принял душ, позволил специальному роботу помассировать спину, а затем принялся открывать шкафчики в поисках своей одежды. Внезапно его розыски были прерваны – ожил коммуникатор.
– Привет, Андрес, я наконец-то смогла улучить для тебя минутку. Ты меня слышишь?
Андрес замер – он узнал голос Изы. Однако экран коммуникатора оставался темным.
– Я слышу тебя! – крикнул он. – Я хочу тебя видеть! Здесь есть экран.
Иза засмеялась, словно зазвенели серебряные колокольчики:
– Это очень хорошо, но у меня нет камеры. Мне очень жаль.
– Где ты сейчас?
– Я не знаю точно, это какой-то машинный зал или фабрика. Где-то глубоко под землей. Здесь довольно скучно.
– Ты не в городе?
– У меня для тебя кое-что есть. Ты слушаешь?
– Да! Да!
– Фу-ри-я! Ты понял?
– О чем ты говоришь?
– Фу-ри-я! Запомни! Это нужно для того, чтобы расшифровать символы.
– Что это значит?
– Понятия не имею, – голос Изы внезапно зазвучал тише. – Не знаю, увидимся ли мы еще… – и еще тише, почти на пределе слышимости: – Мне так грустно…
Из коммуникатора донесся треск статических разрядов, и связь оборвалась.
Андрес вздохнул и снова взглянул на коммуникатор. Было четыре часа утра – самое время позаботиться о себе. Он выглянул в коридор – пусто. Андрес быстро прошел по длинному коридору в фойе, спустился по лестнице и беспрепятственно выбрался на улицу. Ядерное солнце в соответствии с суточным ритмом померкло, и на город спустились сумерки. Андрес осмотрелся. Кажется, он находился в правительственном районе. Здание, которое он только что покинул, было госпиталем Министерства здравоохранения. Чуть поодаль он различил знакомый силуэт библиотеки.
Он задумался. С одной стороны, было бы чистым безумием возвращаться в библиотеку, но то, что сказала Иза, могло оказаться по-настоящему важным. По-видимому она рисковала, передавая ему эту информацию. «Фурия» – он понятия не имел, что названное слово означает, но это можно было проверить, воспользовавшись словарями и энциклопедиями. С этой мыслью он решительно зашагал к библиотеке.
Там снова было безлюдно и пустынно. Андрес беспрепятственно добрался до своего кабинета. На этот раз цветомузыкальное шоу Осипа не работало, однако причудливые орнаменты на стенах и на поверхности стола, состоящие из множества бесформенных разноцветных пятен, привлекли внимание Андреса. Он уже понял, что Осип любил загадки, что он интересовался причудливыми криптограммами. И Букминстер намекал, что Осип, возможно, знал где находится Документ. А вдруг здесь, в своем кабинете, предшественник Андреса оставил какую-то зашифрованную информацию?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
