Читаем без скачивания Одно Желание или Вернуть Любовь (СИ) - Беккер Аглая

Так или иначе, не пробуя, не узнаешь правды. И я решилась довериться. И в тот же миг оказалась на вершине блаженства.

Такое возможно только с ним.

— Аль, — шепотом позвал меня Игорь, когда мы, обессиленные, но счастливые лежали на моей постели, завернувшись в одеяло.

— Ммм, — я прижималась к нему. Мне так не хотелось нарушать тишину разговорами.

— Тебе говорили, что ты очень красивая? — он нежно целовал мои плечи и гладил волосы, вызывая новую порцию мурашек.

— Только мама. — не открывая глаза, ответила совершенно честно.

— Странно. — еще крепче прижал он меня к себе. Я чувствовала, что он хочет завести разговор о бывшем муже, но боится меня расстроить.

Понимаю, что это нечестно, он мне признался в своих прошлых отношениях, не скрывая своих мотивов, а я продолжаю молчать. Да, мне стыдно признаться, как я ошиблась, как обожглась и что пережила. Я долгое время уже виню себя, свою слабохарактерность в смерти моего ребенка и родителей. Но когда то все равно придется рассказать.

Я потихоньку выбралась из его объятий, хоть он и не хотел меня выпускать. Накинула халат, и обернулась к нему.

— Прости, я не хотел тебя расстроить. — Игорь поднялся на локте, было видно что ему права жаль. Магия момента была разрушена. — Иди ко мне.

— Нет. — я собрала волосы в пучок и продолжала стоять в нерешительности. — я хочу рассказать.

— О чем?

— О Паше. Обо мне. Обо всем, что произошло в тот день.

— Аль, не стоит. Если ты не готова говорить об этом, я не хочу тебя принуждать.

— если я не решусь сейчас, не решусь никогда.

За окном было уже темно, но точного времени я определить не могла.

— Телефон. — снова зазвонил его сотовый, уже наверное в сотый раз. — ответь. Может что-то важное.

Я как будто оттягивала неизбежное. Мне нужно было время, еще чуть-чуть, чтобы не сдать назад. Я понимала, если я хочу начать новую жизнь, нужно отпустить прошлое.

— Да, Андрей, — Игорь говорил по телефону в коридоре. Там как раз и валялся его телефон. — Нет, мы не приедем. Я у Алины, извини. Может быть завтра утром, но это не точно. Я перезвоню. Еще раз извини. И извинись перед Соней, пожалуйста.

Я продолжала стоять у окна. На улице шел снег. Я обожала смотреть на падающий снег, меня это успокаивало. Игорь подошел сзади, нежно обнял меня за плечи, уткнувшись носом в затылок. Стало так тепло и хорошо. Я кожей ощутила уверенность. Она передалась мне от него. Он как будто ментально говорил мне — «не бойся, я с тобой».

— Мы познакомились, когда мне было двадцать. Мы сидели с девчонками в кафе, к нам подели ребята. Банально? — я не ждала ответа от него на свой вопрос. Он скорее был риторический. — Наверное. Я тогда на него даже внимания не обратила. Да и он больше в Танькой общался. И вообще, какие-то они все были чересчур мажористые, меня такие парни всегда отталкивали. В общем через пару дней он появился на пороге института с букетом хризантем.

— Ты по этому хризантемы терпеть не можешь? — перебил меня Игорь, обнимая еще крепче.

— В смысле?

— Ну, ты сказала, что терпеть не можешь хризантемы, когда я передавал через водителя тебе букет.

— А, я забыла, что говорила так. — я и правда совсем забыла. Не о цветах. А своих словах. Сказала тогда со зла. — Наверное, просто ассоциация осталась. Паша всегда дарил их. А я люблю лилии. Но он никогда не интересовался. А я не обратила на это внимания. Мне было как то все равно. Я не планировала с ним отношения, он был слишком навязчив. Это меня раздражало по началу. Он буквально ходил по пятам, появлялся там, где я бывала, как будто заранее знал, что я там буду. Оказывал слишком активно знаки внимания. Как то само собой получилось так, что вокруг меня больше не было других ребят. Хотя раньше и друзей было много из парней, некоторые даже ухаживать пытались, но с появлением Паши, все они растворились.

Я замолчала, переводя дыхание и собираясь с мыслями. Говорить тяжело было только с начала, а сейчас я как будто облегчала душу. Слова просто сами срывались с губ. В комнате мы так и не зажгли свет, в сумерках было как то легче, что ли.

— Аль, — Игорь хотел развернуть меня к себе лицом, но я не захотела. Я бы не смогла говорить, глядя ему в глаза. — если не хочешь, не говори. Я не настаиваю. Это в прошлом ведь. У каждого есть скелеты в шкафу, и не обязательно их вытаскивать.

— Эти обязательно. Я хочу, чтоб ты знал. — я откинулась к нему спиной, чтобы сильнее ощутить его тепло. Так мне было спокойнее. — В общем, постепенно он занял собой все свободное пространство вокруг меня. И так же постепенно я к этому привыкла и стала воспринимать его, как часть своей жизни. Однажды он провожал меня до дома и мы столкнулись с моими родителями. Паша просто с первого взгляда очаровал маму, представился моим парнем. Меня тогда это так взбесило. Но переубедить я так никого и не смогла. Папа сначала настороженно относился к нему, в отличие от мамы. Но так наверное все папы себя ведут. А потом тоже попал под его чары. У них даже какие-то свои интересы появились. А вот Стас так и не смог с ним подружится. Я только потом поняла, что Паше это и не нужно было. Родители были им очарованы, дело в шляпе. Как то вечером он как обычно встретил меня с института, пригласил в кино, потом мы гуляли по набережной и он признался мне в любви. Говорил много красивых слов, но я все равно сомневалась. Провожая вечером домой, напросился в гости. Родители были дома и мама пригласила его поужинать. Он естественно был не против — как же обидеть маму. Он ведь такой правильный. В общем, за столом он сделал мне предложение.

— И ты согласилась. — Игорь все таки развернул меня к себе. Слезы бесшумно текли по щекам.

Воспоминания отдавались болью в груди, но останавливаться уже было поздно. Надо было довести это до конца. Сейчас.

— Все хватит, Аль. — стал нежно вытирать слезинки Орлов. — Тебе тяжело, я не хочу, чтобы ты расстраивалась.

— Ничего. Я никогда никому не рассказывала. Я больше не могу держать это в себе. В тот день я промолчала. — продолжила я, отведя в сторону глаза. — Но мама стала меня обрабатывать. «Такой хороший мальчик! Он так тебя любит» — я копировала мамину интонацию, но получалось только ехидство. — В общем через два месяца я вышла замуж. Первое время все было хорошо. Мы сразу переехал в квартиру, которую купили ему родители еще несколько лет назад. Они жили за границей, и даже на нашей свадьбе их не было. Я их так ни разу и не видела. Только несколько звонков по телефону. В общем, я продолжала учиться и подрабатывала в больнице. Паша тоже работал, но денег особо не было. Мы фактически жили на мою зарплату, мне приходилось брать больше смен, чтобы мы могли позволить себе нормально есть. Коммуналку оплачивал Паша. Точнее, говорил, что оплачивал. Я не вмешивалась в это, пока через полтора года к нам не пришли приставы. Оказалось. Что уже год за квартиру никто не платил. Я кое — как дождалась вечера, была зла, как фурия. Он пришел поздно, от него пахло алкоголем. Но я была настроена решительно и устроила разборки. Тогда он меня впервые ударил.

— ЧТО? — я даже вздрогнула. Орлов смотрел на меня бешеными глазами. — Что он сделал? Ударил? Тебя? И что значит впервые?

— Это значит, что с этого дня начался мой персональный ад. — это я произнесла, глядя ему в глаза. И как только мне хватило смелости? Я ведь сама себя за это всегда ненавидела. Мне всегда было стыдно за свою слабохарактерность.

— Господи, Алина! Почему ты не ушла в тот же вечер?

— Не смогла. Он ударил меня по лицу. Знаешь, это была такая смачная пощечина. Мне даже показалось, что у меня и правда искры из глаз вылетели. Лицо горело огнем. — Я машинально приложила руку к тому месту, куда он бил тогда. Орлов накрыл мою руку своей. — Я тогда так опешила, что слова не могла произнести. А вот у Паши начался словестный понос. Он говорил мне такие гадкие вещи, что в какой-то момент я просто перестала его слышать. Вот просто выключился звук и все. Я вырвалась от него и закрылась в ванной. Он стучал. Ломал дверь. Но в советское время делали довольно крепкие двери. В общем скоро ему надоело и он ушел спать. А я так и просидела там до утра, не сомкнув глаз. Утром увидела себя в зеркало и ужаснулась. На лице был такой отек, что страшно было показаться людям.