Читаем без скачивания День рождения Буржуя - 2 - Юрий Рогоза

Буржуй не понимал, что с ним происходит. Он ведь год гонялся за этим человеком и в мечтах видел встречу с ним простой и ясной: загнать в глухой угол, взглянуть в ненавистные блеклые глаза и пристрелить как бешеного пса. И вот теперь он почему-то не может нажать на спуск.

- Этот мир опасно болен... - Кудла посчитал, что выдержал достаточную паузу. - Единственная настоящая женщина, которую я встретил на Земле, предпочла мне тебя. А ты не смог сделать даже самого малого - защитить ее.

- Зато сейчас я, кажется, смогу отомстить за нее, - и это непроизвольно вырвавшееся "кажется" сказало все и Кудле, и самому Буржую.

- Нет. - Кудла флегматично покачал головой. - Ты можешь, конечно, придумать сам для себя сказку о мести. Тупую и провинциальную, как и все, что ты можешь придумать. Но только не говори мне, что всерьез думаешь, будто я мог убить Амину.

- Да. Думаю. Ты убил много людей.

- Люди... Я не виноват, что на свете их слишком много. И мне глубоко плевать на них. На всех, без исключения. И на тебя тоже. - Тихий голос Кудлы, почти лишенный оттенков и полутонов, был гипнотически монотонен и навевал сон. И вдруг трость будто сама по себе поднялась, совершила неуловимое круговое движение, и пистолет Буржуя отлетел далеко в траву, а голос в это время все так же продолжал звучать размеренно и спокойно: - Но сейчас я говорю об Амине. И ты выслушаешь меня. - Буржуй проводил изумленным взглядом улетевший пистолет и как-то непроизвольно сжался. Кудла мгновенно это подметил: Перестань дергаться, это невыносимо. Я не собираюсь тебя убивать...

- И напрасно. - Буржуй выпрямился. - Лучше убей. Потому что вдвоем нам не жить.

У Кудлы брезгливо дернулась щека.

- Откуда ты берешь тексты? Из индийских фильмов? Я уже и забыл, как это - говорить с тобой.

- А нам не о чем говорить.

- Есть. Ты же слабое нервное существо, Буржуй. Не возражай, не надо. Это можно скрыть от кого угодно, но не от меня. И не от себя самого, разве не так? - Совершенно спокойно повернувшись к Буржую спиной, Кудла присел перед могильным камнем Амины и положил ладонь на холодный гранит, как кладут ее на Библию перед клятвой. - Ты не смог уберечь Амину, тем более не сможешь отомстить за нее. Поэтому я здесь.

- Мне не нужна твоя помощь!

- Помощь? А кто говорит о помощи? Я просто сделаю то, что должен сделать.

- Это мое дело! Кроме Амины, убили моего ребенка и мою бабушку.

- Ты же понимаешь, как глубоко мне плевать и на твоего ребенка, и на эту престарелую крестьянку, которую ты записал себе в бабушки. Я здесь потому, что посмели убить мою любимую.

- Мою жену... - глухо проговорил Буржуй.

- Да, ты украл у меня живую Амину. - В безжизненном голосе Кудлы впервые за все время проступило что-то, напоминавшее человеческие эмоции. - Но никогда не сможешь украсть мертвую. И уж тем более право отомстить.

- Ты - убийца. Тебя все равно схватят и будут судить.

- Не болтай ерунду. Теперь, когда ты позволил убить Амину, это знают только я, ты да Толстый. А доказать не сможет никто.

- А следователя Борихина ты забыл? - напомнил Буржуй.

- А... - Губы Кудлы растянулись в саркастической ухмылке. - Этот мент с мужественным лицом и немытой головой? Он один, и он ничего не докажет.

- Что тебе нужно, Кудла? - Буржуй чувствовал, что сейчас ему нужно остаться одному - не слышать этого вкрадчиво-спокойного ненавистного голоса.

- Я уже сказал.

- Врешь! Я слишком хорошо тебя знаю...

- Как-то я уже говорил тебе, - Кудла слега насупился, - ты вообще ничего обо мне не знаешь. Да и не можешь знать. Откуда?

- Я все равно никогда не прощу тебе Толстого.

- Знаешь, мне мало что нужно на этом свете. И меньше всего - твое прощение. - Кудла пренебрежительно скривил рот и, подчеркивая важность своих слов, легко ударил тростью о землю. - Ты дашь мне отомстить, потому что понимаешь: сам никогда не сможешь сделать это.

- Убирайся к черту! - крикнул Буржуй.

Кудла в ответ лишь отрицательно покачал головой.

- Я уйду тогда, когда решу, что мне пора. - Он помолчал. - Одного не могу понять: как даже в твоей голове могла родиться мысль, что Амину убил я?

- А откуда я знаю, что ты этого не сделал?

Кудла, уже направлявшийся по тропинке к дороге, на ходу обернулся:

- Скажи менту, чтобы навел справки, где я был в это время. Хотя мне совершенно все равно, что ты думаешь...

В отсутствие хозяина в квартире Борихина кипела работа. Человек с неприметным лицом и в неброской одежде, открывший дверь ключом, внимательно осмотрел все помещения, включая кладовую и ванную. Затем натянул резиновые перчатки, вытащил из большой спортивной сумки и аккуратно разложил на письменном столе брусочки пластиката, детонаторы, мотки провода. Взрывчатку он прилепил под крышку стола, под подоконник, за кухонный шкаф, под диван, под ванну. В каждый брусочек аккуратно вставил детонатор. Что нужно, соединил проводкой и ловко ее замаскировал. Забрав со стола сумку, неизвестный с порога оглядел квартиру, удовлетворенно хмыкнул и аккуратно закрыл дверь. Теперь квартира была наполнена притаившейся смертью...

ГЛАВА 10

- Да что вы заладили, честное слово! Покы жыва, покы жыва... Вы же - народная целительница. В вас сама, извините за выражение, мать-природа реализует свои возможности. И вдруг - такой затяжной депрессивный синдром! Мысли о скорой смерти, психоиллюзия обреченности.

Доктор Костя сидел за дощатым столом в хате Стефании и наставлял на путь истинный саму ведунью. Ему, конечно, хотелось поговорить на любимую тему, хотелось и отдохнуть под этим предлогом от изматывающей зубрежки, которой его в последние дни изводила Стефа. Но, помимо прочего, он и в самом деле был обеспокоен психическим состоянием своей наставницы. Уж больно часто стала она говорить о близкой смерти. А это симптом. Даже диагноз.

Однако ворожка тут же пресекла все Костины поползновения:

- Ты нэ балакай багато. Про чорный забый-коринь всэ запамьятав?

Доктор вздохнул и с отвращением уставился на стол, заваленный "учебными пособиями" - пучками трав, колдовскими амулетами и старинными рукописями. Некоторым из этих книг в тяжелых кожаных переплетах и с пожелтевшими от времени страницами была не одна сотня лет, и Костя подозревал, что они могли бы смело претендовать на статус национального достояния. Лежали бы себе спокойненько где-нибудь в хранилищах под стеклянными колпаками... Так нет же, приходится ему, Константину, их чуть ли не на память заучивать.

- Да запамьятав, запамьятав. Невелика наука, - досадливо ответил доктор на вопрос Стефании и снова попытался увести разговор в сторону. - Вот я о другом думаю: вас неплохо бы в диспансер свозить. Подобная подавленность сознания легко преодолима традиционными методами. Один-два укола, система процедур. Что вы смотрите? Я серьезно, между прочим.

Стефания с терпеливым укором смотрела на Костю.

- Ты, сынку, нэ про тэ думаеш, - мягко пожурила она его. - Маю всэ, що в coби ношу, тoби пэрэдаты, покы жыва...

- Опять двадцать пять, - всплеснул доктор руками. - Покы жыва, покы жыва... Да вы на себя посмотрите! Румянец во всю щеку, великолепная моторика. Прямо играющий тренер какой-то. Это я с вами скоро слягу при таких нагрузках. Между прочим, стал плохо спать! Да-да.

- Хто рано встае - тому Бог дае.

- У вас все прибауточки, фольклор, - невинная пословица почему-то до глубины души возмутила Константина, и он раскапризничался. - А я, между прочим, устал! Да! Хочу выспаться, в город хочу съездить!

- Як мэнэ нэ станэ - прыгадаеш слова мои, соромно тoби будэ, - с непреклонной убежденностью проговорила ворожка.

- Да хватит, в конце концов! - взвился от этих слов Костя. - Вы меня переживете!

- Hи. Кажу ж тоби - був мэни знак, - торжественно, глядя в одну точку, произнесла Стефания. - Добрэ, годи балакаты, дывы сюды, - она передала Константину какое-то высушенное растение с желтоватыми цветками. - Трава горыцвит звэться, в пэршый дэнь збырай, кажы святу молытву та...

- Помню я, помню... - вздохнул доктор.

- А ты щэ повторы! Воно зайвым нэ будэ.

- Знаете, у нас в мединституте завкафедрой терапии была. Ольга Игоревна. Очень на вас похожа. По методам преподавания.

Стефания взглянула на Костю с упреком:

- Образыты стару нэ важко, кожэн зможэ...

- Почему - образыты? - испугался доктор, не заметив в глазах ворожки лукавых искорок. - Я, собственно, ничего такого не имел в виду.

А Стефании только и нужно было, что отвлечь Костю от жалости к самому себе.

- Ну так слухай сюды... - начала она тут же.

- Ну что опять? - снова заныл доктор. - Невозможно же так заниматься! С вашими нагрузочками.

Уловка не сработала, и тогда мудрая ворожка применила последний и самый верный способ.

- Ты вэлыкым народным ликарэм будэш, я знаю, - торжественным тоном проговорила она.

Костя покраснел от смущения и удовольствия.

- Такое скажете...

- Знаю, що кажу, - Стефа очень серьезно покивала головой. - Тилькы однэ запамьятай: нэ давай злым людям на coби гроши заробляты. Чуеш мэнэ?