— Надоел он мне, понимаете ли, — картинно развел руками старик, кивая на распростертое тело. — Так что, кинжал у вас? Или каторжники кончились? С этим может возникнуть проблема — все, кто был в трактире… они умерли, знаешь ли… И болтливые горожане и твои молчаливые монахи… как-то раз и умерли. Болезнь какая приключилась, не иначе…
— Ты угрожаешь Церкви, сын мой! Опомнись! — шагнул вперед отец Морвикус.
— Ему плевать на Церковь, — негромко процедил Искореняющий, отступая еще на шаг назад и чуть в сторону. Со стороны его отступление выглядело бессмысленно — если не обладать магическим зрением и не видеть, что священник отступил к тому месту, где над серой набережной крутился веселый искристый смерч. — Это пособник так называемого Повелителя, лорда Ван Ферсиса.
Отец Флатис говорил негромко, но все же был услышан, и вызвал у старика еще один приступ режущего уши визгливого смеха с проскальзывающими нотками безумия.
— Угадал! Угадал, святоша! Я прямо потрясен! Но не ожидай, что я сейчас в страхе кинусь прочь! И я начинаю злиться… да, злиться. Просто прихожу в бешенство… артефакт у тебя?! Ответь и умрешь быстро и безболезненно. Я, знаешь ли, такой сентиментальный и чувствительный — просто не переношу вида крови и страданий… — старик насмешливо высунул язык и уселся на спину едва слышно хрипящего трактирщика.
— Я не угадывал, — качнул головой священник, заводя руки за спину. — Я знаю. Ты Ситас Ван Мерти, ментальный маг. И я уже видел твои сверкающие пятки, когда ты потерпел поражение в Диких Землях и бежал прочь, спасая свою жалкую жизнь! Твой Повелитель повержен! Он потерял все могущество и ждет приговора в застенках Святой Церкви! Покайся, опустись на колени и отдай себя в руки Церкви, иначе гореть тебе в адском огне!
— Ты!.. — вскочив на ноги, Ситас, трясясь от злобы, вытянул руку к священнику. — Заткнись! Заткнись! И оставь свои проповеди при себе! Не стоит пугать меня адским огнем, святоша! Я пока не собираюсь умирать и отправляться в ад! Где кинжал?! А?! Ты еще жив только благодаря моему милосердию, старый священник!
— Мы живы только потому, что ты не уверен, сумеешь ли достать кинжал Тариса из морских глубин самостоятельно, — насмешливо выплюнул отец Флатис, с хрустом поводя плечами. — Твоя душа сгнила и пропиталась зловонным дыханием Темного, направляющего твои действия! Но вы, — старик повел головой и вперил взгляд в молчаливых наемников вытянувшихся в широкую дугу и готовых к атаке. — Вы готовы рискнуть бессмертной душой? Готовы взять на себя столь тяжкий грех? Опомнитесь!
— Им и так прямая дорога в ад, — ухмыльнулся Ситас Ван Мерти, внезапно успокаиваясь. — Знал бы ты, что они творили в прошлом… да рядом с ними я просто безвинная овечка… Поболтали — и хватит! Спрашиваю последний раз, старик, — ты достал кинжал из-под воды? Отвечай!
И отец Флатис ответил — правда, совсем не так, как ожидал Ситас, чувствующий себя хозяином ситуации, — больше двадцати его вооруженных воинов против шестерых усталых священнослужителей.
Подняв голову, отец Флатис взглянул в глаза ментального мага и мрачно, почти с тоской, произнес:
— Ты сделал свой выбор. Знаешь, когда я говорил об адском огне, в котором ты будешь гореть, я говорил не об адской бездне и не о посмертной каре за твои грехи! Я говорил о том огне, в котором ты сгоришь дотла прямо сейчас!
— Что? Старик, ты совсем спятил от… Проклятье! — именно в этот момент Ситас догадался воспользоваться своим умением видеть магические потоки и узрел, как пляшущий на набережной искристый смерч втягивается в тело старого священника, напитывая его энергией. А от старика к занявшим выжидательную позицию воинам, пеленой накрывая мокрые камни, стремительно бежит волна выпущенной энергии. — Это боевой маг! Маг! Убить! — уже на бегу пронзительно завопил ментальный маг, стремясь уйти в сторону. — У-уби-ить!
Его приказ запоздал всего на крошечную долю секунды. Стрелки еще успели оттянуть тетивы луков и дотянуться до спусковой скобы арбалетов, мечники еще успели сделать шаг вперед. Это оказалось последнее осознанное действие в их жизни, потому что из-под ног полыхнуло ревущее пламя, заключая трактир в смертельное и невероятно широкое огненное кольцо, безжалостно выжигая все на своем пути.
К небу взметнулся исторгнутый из нескольких десятков глоток безумный вопль боли, внутри бурлящего адского огня слепо заметались горящие людские фигуры, хлопая себя руками, в тщетной попытке сбить огонь, роняя начавшее плавиться оружие и одна за другой падая, чтобы больше никогда не подняться. Языки пламени вскинулись еще выше и закрутились в исходящую дымом и пеплом воронку, медленно закручивающуюся над крышей трактира. Жар огня был настолько силен, что отец Морвикус и монахи, потрясенные до глубины души разверзнувшимся перед ним адом, отступили назад, прикрывая лица руками. Лишь отец Флатис не двинулся с места, и хотя отдельные языки пламени почти достигали его, они не причиняли старику вреда, бессильно обтекая его со всех сторон и не оставляя даже следа на белоснежных одеяниях. В воздухе поплыла вонь паленой плоти — магический огонь стал огромным погребальным костром. Как для тех, кто пал от рук наемников Ситаса, так и для них самих, сгоревших заживо.
Но не для всех — внутри дрожащего огненного марева метнулась смутная тень и, совершив огромный прыжок, вырвалась из смертельной ловушки и, жадно хватая разверстым ртом дымный воздух, рухнула на землю. Ситас Ван Мерти. Почерневший от дыма, с опаленными волосами и бородой, глаза покраснели и истекали слезами, одежда превратилась в лохмотья, но он был жив. С хрипом приподнялся и, опираясь на локти, пополз прочь, оставляя за собой клочки одежды и грязный след копоти. Из-за ворота одежды выползла длинная серебристая цепочка, больше похожая на ожерелье с неимоверно большими и разноцветными жемчужинами, ярко мигающими и одна за другой затухающих.
Ситас прополз еще немного, уходя от невыносимого жара и начал подниматься, с хрипом вздымая себя на дрожащие колени. И замер, услышав за спиной холодный и размеренный голос. Голос не смиренного священника, но голос убийственно сильного боевого мага.
— Защитные амулеты от огненной стихии… хм… они защитили тебя от огня, но вот дышать было нечем, да, Ситас? То же самое, что засунуть голову в горящую печь и попытаться сделать вдох всей грудью…
С трудом развернувшись на месте, Ситас уставился немигающим взглядом на стоящего за спиной священника. И на пульсирующий в его руке сгусток магической энергии…
— Священник… ты не священник… боевой маг… выс-с… выс-сшего… — ментальный маг нервно хихикнул и вновь зашелся в приступе хриплого кашля.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
