Они, вероятно, являлись той формой жизни, которая существовала в этом тусклом пространстве между реальностями. По существу, это были сгустки того же мрака, только немного светлее – цвета пепла и пыли. Они были бесформенны, но, тем не менее, пытались принять человеческие формы, когда прикасались к Джейку или Черин, и форму дракона, когда заигрывали с Калильей. Они отращивали пальцы и лапы и трогали путешественников, изучая их, как подопытных животных. Джейк содрогнулся, почувствовав, как их нематериальные пальцы проникают ему под кожу и ощупывают его внутренности. Ручка Черин задрожала в его ладони: девушка испытывала те же самые ощущения. Он сильнее сжал ее руку – отчасти чтобы подбодрить Черин, отчасти чтобы подбодрить себя. Он был рад, что рядом есть кто-то, на кого можно положиться, с кем можно разделить этот кошмар. Наконец во мраке появился звук, и Джейк смог прошептать спутнице что-то успокаивающее. О том, что стали передаваться звуки, узнали, услыхав, как заревел Калилья. Его громкий, пронзительный рев разорвал тьму пополам.
Впереди появилось пятнышко света...
Оно росло...
Вот оно уже размером с десятицентовик...
Уже с четвертак...
Уже с кулак...
Внезапно беглецы вынырнули из тьмы на дневной свет и покатились под холм по мягкой, сочной зеленой траве. Джейк словно впервые увидел столь яркие краски. От света было больно глазам, и пришлось зажмуриться, а когда друзья вновь обрели способности смотреть, то увидели, что они в небольшом парке и что стоит лето. В небе выписывали изящные дуги птицы, над цветами, жужжа, вились пчелы. Над густыми кронами толстых деревьев виднелись крыши городских домов, и солнце играло в тысячах окон. А дети...
Дети, бросив качели, сбежались к ним со всех детских площадок, дети любых габаритов и всех мастей, но все одинаково удивленные – удивленные появлением дракона, который вдруг возник прямо из воздуха. На середине холма все трое беглецов наконец-то остановились, а дети окружили их полукругом. Одни испугались Калильи, другие нет, но никто не захотел упустить возможности вблизи взглянуть на живого дракона.
– А он ручной? – спросил у Джейка темноволосый мальчик лет восьми.
– Кто?
– Динозавр.
Джейк усмехнулся и поглядел на Калилью. Он как-то упустил из виду, какую сенсацию это чудище произведет в его мире.
– Ну да, сынок. Он совершенно ручной.
– Можно на нем покататься? – спросил мальчик.
Калилья хихикнул.
– Можно ему? – спросил у дракона Джейк.
– Конечно, – ответил Калилья.
Дети потеряли дар речи.
Калилья опустился на колени. Джейк поднял мальчугана и посадил его дракону на шею.
– Держись за чешуйки, только смотри пальцы ими не прищеми.
Калилья протопал до вершины холма, там повернул и пошел вперевалочку назад. Другие дети, крича и толкаясь, решали, кто будет следующим. Джейку пришлось взять на себя роль распорядителя и выстроить их в очередь. Он предупредил, что тем, кто будет нарушать порядок, покататься на динозавре не разрешат. Они тотчас успокоились и в мгновение ока превратились в примерных юных леди и джентльменов.
Но их матери повели себя не столь спокойно и благовоспитанно. Увидев, что происходит, они повскакивали со скамеек и побежали к холму, пронзительно крича и размахивая руками.
– Что это с ними? – спросил Калилья.
– Я думаю, они беспокоятся за своих драгоценных деток. У нас тут не слишком доверяют драконам.
– Они хотят забрать детишек? – уточнил Калилья. – До того, как все покатаются?
– Похоже на то.
Калилья хмыкнул, потом поднял голову. Он открыл свою огромную, как пещера, пасть и издал громовой рык, адресованный мамашам. Он напоминал грохот надвигающейся лавины и вой пожарной сирены, вместе взятые; земля заходила ходуном. Мамаши как по команде развернулись и с сумасшедшей скоростью помчались к выходу из парка.
Джейк засмеялся.
Дети тоже.
И Калилья.
Они опять принялись кататься, по трое детишек за раз. Царила праздничная атмосфера, и Джейк вдруг подумал, что любой цирк многое бы отдал, лишь бы заполучить Калилью. Дракона необходимо уберечь от этого. Но пока можно наслаждаться теплым воздухом, чистым небом и смехом детей. И наслаждался – до тех пор, пока не явилась полиция...
Две машины с включенными сиренами и мигалками с ревом въехали в парковые ворота, пронеслись по гравиевой дорожке и повернули туда, где Калилья катал детишек. Обе машины затормозили одновременно. Двери резко распахнулись, и из машин выскочили четверо полицейских.
– Это что такое? – спросила изумленная Черин.
– Полиция.
– Нет-нет. Вот это, в чем они приехали.
– Автомобили. Машины. В вашем историческом потоке они были утрачены. У нас машины так же обычны, как драконы – у вас.
– Я должна узнать, как они работают.
– У тебя еще будет возможность. Полицейские бегом поднялись на холм и остановились за спинами Джейка и Черин. Они, онемев, глядели, как огромный зверь везет детей по склону холма. Наконец один из них, здоровяк с плечами широкими, как строительная балка, выдавил:
– Эй ты!
Джейк повернулся к нему:
– Я?
– Да. Что здесь происходит?
– Катаем детей на драконе, – сказал Джейк, от души наслаждаясь нелепостью ситуации.
– На драконе, – повторил коп.
Это был не вопрос, и едва ли это было утверждение. Это прозвучало скорее как междометие.
– На драконе, – подтвердил Джейк, ухмыляясь.
– Ладно, а что этот дракон здесь делает?
– Катает ребятню.
Полицейский неожиданно схватил Джейка за грудки и едва не оторвал от земли.
– Я не хочу выслушивать хитроумную чушь от всяких там хиппи, – выпалил коп. – Сейчас ты по-быстрому ответишь мне на кое-какие вопросы.
Джейк закашлялся, задыхаясь. Коп начал трясти его так, что ожерелье из ракушек аж зазвенело.
– Быстро, отвечай!
Внезапно пальцы копа отпустили рубашку Джейка и вцепились в его собственную форму и начали рвать ее. В следующую минуту кои взмыл в воздух, словно поднял руками сам себя. Его собственные руки трясли его же самого. Одна рука поднялась и влепила ему пощечину.
– Эй! Эй! – заорал полицейский.
Остальные полицейские полезли за пистолетами.
Черин бросила широкоплечего копа и занялась ими. В мгновение ока все они повисли в воздухе, а потом принялись дружно лупить себя по физиономиям. Напоследок она хорошенько тряхнула каждого, а потом отпустила. Оказавшись на твердой земле, все четверо повернулись и побежали к машинам. Взвизгнули шины, и автомобили с грохотом покинули парк. Сирены включились уже только на улице.
– Только теперь без этих штучек, – сказал Джейк.
– Каких? – невинно спросила Черин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
