Не сразу, но нас тоже заметили. Бойкая торговля вокруг начала сбавлять обороты, пока не остановилась совсем, и мы с Каем оказались в центре всеобщего внимания.
В душе начала зарождаться настоящая паника, и я крепко вцепилась в руку жениха. И тут я впервые увидела местных женщин. Из ближайшей палатки, увешанной бусами, вышли двое существ в длинных юбках. Наверное, это были мать и дочь или сёстры: уж больно они были похожи. Несколько редких светлых волосинок на макушке, деформированный череп в виде неровного конуса, скрученные артритом или не знаю чем ещё сухие руки, внушительный горб за спиной – от одних только их фигур бросало в дрожь. А лица были живым воплощением моих ночных кошмаров. Покатые лбы, близко посаженные маленькие чёрные глазки, массивные шнобели вместо носа и огромные челюсти с торчащими острыми клыками, из-за которых рот не закрывался, а по подбородку стекала мерзкая липкая слюна желтоватого цвета. Меня затошнило.
Эти дамочки в пёстрых нарядах и ярких бусиках смерили меня презрительными злобными взглядами, от которых бросило в дрожь. Если в этом мире все женщины такие, то неудивительно, что Кай не умел целоваться, а поход в публичный дом вспоминает с содроганием.
Кай уверенно приобнял меня за талию и в повисшей тишине повёл куда-то вдоль рядов, и вскоре мимо нас проплыла, плавно покачивая бёдрами, ещё одна женщина. Это была уже высокая стройная блондинка в длинном голубом шёлковом платье, вышитой золотыми нитями накидке и кружевных белых перчатках.
И она была красивой! Острые ушки кокетливо выбивались из-под длинных светлых кудряшек, собранных в изящную причёску, тонкие черты лица говорили об аристократизме, а миндалевидные синие глаза были яркими и выразительными. Вот только её взгляд, брошенный на меня, был не менее презрительным, чем у торговок, а вдобавок ещё и высокомерным.
Внезапно её лицо подёрнулось лёгкой рябью, словно зыбкой голограммой, и на доли секунды проявилась её истинная внешность, которая могла бы стать иллюстрацией для справочника по паразитологии. Крошечные, едва заметные глазки, отсутствие носа и огромный круглый рот, усеянный острыми зубами – этакая гремучая смесь глисты и пираньи.
Меня передёрнуло от ужаса, но Кай, твёрдо поддерживая за спину, продолжал невозмутимо вести вперёд.
– Я должен извиниться перед тобой за вчерашнее, Лекси, – негромко обратился ко мне мой жених и тут же добавил: – Но не стану этого делать. Потому что я счастлив и очень благодарен Всевышнему, что он послал мне тебя! И я не жалею, что сделал тебе магическую привязку. Без неё ты бы погибла или оказалась бы здесь.
Я не удержалась от глухого вскрика, увидев, на что кивнул Кай.
Ряды с одеждой и безделушками закончились, и мы дошли до последней части рынка. С живым товаром…
Обнажённые люди – эльфы и не только, измождённые, бледные, избитые, с потухшими глазами, – были прикованы цепями к деревянным стендам, и даже не реагировали, когда кто-то то и дело подходил их потрогать за разные интимные места и заглядывал в рот проверить состояние зубов. По левую руку – женский ряд, по правую – мужской.
Мне стало плохо, в глазах потемнело, и Кай покрепче прижал меня к себе.
– Работорговлей в нашем мире занимаются только кертинги – те оборотни, которых ты уже видела на поляне, – пояснил Кай, и его голос был словно ниточка, удерживающая меня в реальности. – Трусливые шакалы, всегда нападающие стаей. Ночью разведка донесла, что твоё перемещение в этот мир было организовано именно ими. А если точнее – их главарём, Шейдом. Это он тогда меня ранил, – на лице эльфа проскользнула ярость, но он быстро взял себя в руки. – Если бы не моя привязка, он похитил бы тебя, Лекси. Притащил бы в своё логово. И пустил по рукам. У них такой ритуал: чтобы принять самку в стаю, её должны взять все мужчины, причём в зверином обличье. Они объясняют это тем, что так ощущения острее, – мрачно усмехнулся он.
Я вспомнила похотливый огонь в глазах взъерошенных огромных монстров, и внутри всё похолодело от ужаса.
– Мало кто из женщин выживает после такого, – продолжил Кай. – Те, кто выжили, не потеряли детородную функцию и не сошли с ума – становятся их рабынями, вынашивают детёнышей. Таких единицы. Остальные оказываются на кладбище или здесь, – кивнул он на ряд скукоженных женских тел, покрытых кровоподтёками.
– Какой кошмар… – потрясённо выдавила я из себя.
– Ты видишь ту очередь? – махнул он рукой на пятерых мужчин, стоявших у серой палатки недалеко от нас. – На рынке есть услуга пробы товара. Многие приходят сюда не для того, чтобы купить рабыню, а для дегустации живого товара за небольшую плату. Сама понимаешь, в каком смысле, – Кай рассказывал об этом спокойно, словно о чём-то обыденном, а меня уже начало потряхивать. – Вокруг палатки полог тишины, чтобы никто не слышал их криков. А теперь представь, какая очередь выстроилась бы к тебе... Ты боец, Лекси, у тебя сильный характер. А Шейд не выносит непослушания. Наверняка он отправил бы тебя на один из таких рынков, чтобы проучить и сделать более покладистой. Так что нет, я не жалею о том, что сделал тебе магическую привязку. Теперь ты моя, и я никому не позволю причинить тебе вред, – подвёл он итог.
Видя, в каком шоке я нахожусь, он не стал дожидаться от меня ответа или какой-либо реакции, а просто подхватил на руки и шагнул в открывшийся перед нами портал.
***
– Не прошло и полгода… – недовольно проворчал стоявший у окна Ватиэль, стоило нам оказаться в зале регистрации.
