Даже если ты мне сейчас сообщишь, что уверен в виновности семьи Корнаро или Фабриччако, действовать предстоит тебе и твоим родственникам.
– А мы? – пискнула Марджори, смутилась, и повторила уже нормальным голосом. – А мы что же? Всё, расследование закончено, забудьте?
– С чего бы это? – госпожа Редфилд приподняла левую бровь. – Напоминаю, дорогая моя, что я работаю на Службу магбезопасности Союза королевств. Здесь явно планируется преступление в магическом правовом поле, так что мы продолжаем. Что не помешает Джан-Марко действовать с другой стороны.
– Ага, – кивнула секретарша. – Отлично. И что мы делаем в продолжение этого праздника?
– Входную дверь не открывали, – задумчиво ответила Лавиния; все повернулись и поглядели на дверь. – Значит, наш неизвестный злоумышленник нашёл другой вход.
– Синьора коммандер, вот сразу видно, что вы не здешняя! – хохотнул суперинтендант. – У любого приличного здания в Венеции есть два входа…
– Да-да, водный и сухопутный. И при чём тут это?
– При том, что парадный вход в театр как раз сухопутный. А водных у нас два, технический и потайной.
– Зачем? – не утерпела Марджори.
– Ну, технический – для того, чтобы доставить всё то, что нельзя внести через парадные двери. Фанеру для декораций, ящики с вином и просекко, доски и брёвна, рулоны ткани, новый рояль… Посуху-то это не доставишь, только на лодке, понимаете?
– Понимаю. Про технический вход всё понимаю, а… тайный?
– Он был открыт при последней реставрации здания…
– Скажите уж прямо, во время постройки заново! – посоветовал Джан-Марко. – Мне ли не знать, сколько наша семья перечислила на эту постройку!
– Ну, примерно столько же, сколько Контарини, Морозини, те же Фабриччако… – парировал суперинтендант. – Я могу продолжать, синьора коммандер? Так вот, было решено сделать потайную дверь и вход с канала на случай, если дож или какой-то иностранный гость захочет посетить спектакль, не афишируя это. Сами понимаете, всякое бывает. За той дверью начинается довольно длинный коридор, заканчивающийся лестницей в ложу. Архитектор, который планировал этот потайной вход, настоял, чтобы были сделаны и две двери для срочной эвакуации, понимаете?
– Ага, и вы считаете, что одна из этих дверей могла вести сюда?
– Тьма его знает, синьора коммандер! Конечно, по известным вам причинам сюда не допускается никто посторонний, но…
– Могла, – утвердительно кивнула госпожа Редфилд. – И вела. А тот архитектор жив ещё?
– Ну что вы, столько лет прошло! Синьор Бресвальдо не был магом, и в год пожара, в одна тысяча девятьсот девяносто шестом, ему уже было глубоко за восемьдесят…
– А теперь спросить нам не с кого, продолжила Лавиния. – Отлично! Но если мышь смогла найти щёлку и выскользнуть, то дело кота – проследить её путь и посторожить. Не так ли, синьор Бартоло?
Кот оторвался от вылизывания задней лапы, повёл ушами и одним прыжком оказался на облюбованном плече.
Выход к воде был прикрыт иллюзией, и, если бы не коммандер, буквально ощупывавшая и обнюхивавшая каждый участок стены, никто бы его и не нашёл.
– Привязано к амулету, – деловито сказал Джан-Марко. – И он должен быть не далее, чем в метре от дверного косяка.
– Ищи. А мы пока изучим замок и следы на нём. Кстати, Марджори, дай мне кристалл для записи ауры, не верю я, чтобы наши злодеи так аккуратно всё подчистили. Хоть кусочек, да найдётся! Синьор Кавальери, идите-ка сюда, побудете подставкой для кристалла!
Наконец, со всеми предосторожностями, дверь была открыта. Лавиния шагнула через порог и оказалась на узкой мраморной полочке, окаймлявшей… протоку? Канал? Нет, не канал, что-то вроде каменной трубы высотой чуть более двух метров и ровно такой ширины, чтобы гондола могла пройти, не чиркнув бортами. В дальнем конце этой трубы виднелся дневной свет, перечёркнутый решёткой. Оттуда тянуло промозглой сыростью.
– Скорее всего, оттуда всё это легко принять за водосток или какие-то ирригационные пути, – сказал Торнабуони, вышедший за ней следом. – Подожди меня здесь, я помечу решётку, чтобы легко было найти её с той стороны. Да стой на месте, мрамор скользкий, весь в тине!
Он ловко пробежал по каменной полочке, и в самом деле скользкой до ужаса, нагнулся к решётке и что-то там сделал. Лавиния встретила его вопросом:
– Поставим записывающие кристаллы?
– Доказательства нам понадобятся, конечно… Но придётся каждый день менять.
– Придётся. Конечно, хорошо бы представлять себе, на какой момент они предполагают свою диверсию, – госпожа Редфилд прищурилась, глядя на дневной свет через перекрестья решётки. – Существуют какие-то графики высокой воды, или как это тут называется?
– Это называется «aqua alta», высокая вода, и, разумеется, графики существуют. Сейчас вернёмся куда-нибудь, где посуше, и прикинем.
Стоя над закрытым люком, Лавиния ещё раз взглянула на фреску.
– Туманный зверь, bissa caligo, – пробормотала она. – Защита, значит…
– Защита и наказание, синьора коммандер, – почтительно поправил её суперинтендант.
– Ну-ну, посмотрим… Найдите мне текст этой легенды, синьор Кавальери, сможете?
– Разумеется, синьора коммандер. Полный вариант, или тот, что с острова Мурано, или тот, который рассказывали детям?
– Все. Все, синьор Кавальери!
Они гуськом прошли по короткому коридору к двери. Госпожа Редфилд шла последней, и, закрывая дверь за собой – хорошо смазанные петли не издали ни звука! – она не удержалась и снова посмотрела на ленту тумана, обвившуюся вокруг еле различимого в дымке города. Правый глаз чудовища сверкнул зеленью и золотом; Лавиния вздрогнула и пробормотала:
– Подожди немного, я во всём этом разберусь.
Когда они вернулись в кабинет, синьор Бартоло вспрыгнул на своё место на письменном столе и стал вылизываться, брезгливо дёргая шкурой на спине.
– Можно подумать, я тебя руками хватал, – покосился на него Торнабуони. – Ты на мне ездил!
– Кот заслужил свою порцию сливок, – возразила Марджори. – И вообще, по-моему, нам сейчас не до него. Кстати, один вопрос вы, господа маги, не прояснили…
– Какой?
– Ну, предположим, существует некая тенденция подъёма воды. С чем это связано?
– В первую очередь с водой же, – принялся объяснять Джан-Марко. – Приливы и отливы моря…
– Вряд ли это сильно поднимает уровень в лагуне.
– Несильно. Но есть ещё сезонные явления, то есть, таяние снега в горах и дожди. И в ближайшее время мы ждём именно этого.
– Хорошо… – Марджори прошлась по кабинету, рассеянно погладила Бартоло. – А положение светил на это всё как-то влияет?
С немым восторгом госпожа Редфилд смотрела на свою бессменную секретаршу. Они, боевые маги, упустили такой существенный момент, а эта женщина без капли дара ткнула их носом! Она уже открыла рот, чтобы ответить, но тут в оконное стекло застучала белая птичка. Суперинтендант приоткрыл створку, магвестник впорхнул в комнату и упал в руки Лавинии. Развернул листок, она пробежала текст глазами и поднялась.
– Меня приглашает монсиньор архиепископ, просит
