Вспомним, стихи эти написаны в 1972 году, когда Вьетнам еще был рассечен надвое. И для поэта главным смыслом всего сущего, высочайшей целью было воссоединение родины, свобода и мир для всех его соотечественников на Севере и на Юге. Потому что «писать стихи – значит жить…».
А вот звучащие по-другому строки, иной критик назвал бы их «чистой» лирикой:
Деревья, стоящие вдоль тропы,По которой ты прошла,Хотят сегодня что-то сказать.
Прохладный ветер сегодня – твой,Твоя – земля, поросшая травой.Гудок машины, человеческий крик,Жизни моей любой миг – Твои.
…Я люблю тебя —И день мой как ручей,Ночь, как поле, в звездах.
Чтоб мог набирать ее в горсть, как воду,Горе стало утешеньем,А слезы стали слезами, стекающими по небосводу.
Не правда ли, хорошие стихи? И таких стихов у Тхи немало. Но мне, переводившему его повести и рассказы, всегда было интересно нащупать незримую нить, связующую его поэзию и прозу. Пожалуй, общность их в творческой манере, в методе исследования человеческих характеров, в образном строе. Проза Нгуен Динь Тхи глубоко лирична. В ней, как это обычно бывает в поэзии, особое по важности место занимает любовь, самое возвышенное и прекрасное из человеческих чувств. Быть может, секрет здесь в том, что большинство героев его прозы молоды. Несомненно одно: любовь и верность в любви для них необычайно важные, определяющие нравственные ценности. Тхи, как поэт, умеет подметить и выразить в прозе тонкие оттенки этих чувств: едва зарождающуюся любовь, радость встречи и горечь расставания, значимость каждого, пусть случайно оброненного слова, надежду, неотвязность воспоминаний…
Но вернемся к рассказам Нгуен Динь Тхи. Итак, 1957 год, третий год мира, и снова – книга военной прозы. Двенадцать рассказов, как бы вобравших в себя всю долгую и тяжелую войну Сопротивления 1946–1954 гг. А ведь поначалу очень уж неравны были силы. Только что созданным и плохо вооруженным отрядам Народной армии (в Столичном полку, где служил Тхи, в течение двух месяцев защищавшем Ханой от колонизаторов, на 2500 бойцов было всего 1500 исправных винтовок) противостояли превосходно, по тем временам, оснащенные французские силы, к весне 47-го насчитывавшие более ста тысяч человек. Нападение на молодую вьетнамскую республику было совершено вероломно и внезапно. Рабочим и техникам, ушедшим вместе с Народной армией из городов в горные джунгли, естественно, удалось вывезти, а точнее, вынести на своих плечах не так уж и много станков, оборудования, сырья. За год до начала войны страна, разоренная японской оккупацией, перенесла тяжелейший голод, унесший около двух МИЛЛИОНОВ человеческих жизней… Однако, как это ни парадоксально, первое же стратегическое наступление экспедиционного корпуса колонизаторов осенью 1947 года, поддержанное авиадесантами и речными флотилиями, закончилось неудачей. Ни французские военачальники – тогда, ни – позднее – многие западные историки не учитывали, что военные и материальные ресурсы, которыми располагала революция, должны быть многократно помножены на энергию, волю и мужество революционного народа. В горах Вьетбака, как уже говорилось, партия создала военную и экономическую базу Сопротивления. Здесь находилось правительство и главное командование. Здесь работал президент Хо Ши Мин. Вспомним написанное им во Вьетнаме четверостишие, датированное 1948 годом:
Глядя в окно, вопрошает луна:– Что, получилась строка? —– МЫСЛИ МОИ занимает война,не до стихов пока.Колокол вдруг прозвучал в горах,сон разогнав осенний,Звон возвестил, что победу в бою наши стяжали войска[23].
В джунглях налажено было производство оружия, боеприпасов, медикаментов. Печатались газеты, учебники…
Народная армия вела операции и в других районах страны. Во вражеском тылу в каждом уезде, каждой волости, каждом оккупированном городе действовали партизаны.
Потерпело поражение и осенне-зимнее наступление французов в сорок восьмом – сорок девятом годах с его пресловутой стратегией «масляных пятен» (предполагалось, что захваченные экспедиционным корпусом плацдармы и созданные им укрепленные районы, расширяясь, как пятна масла по поверхности воды, стиснут и окружат освобожденную Народной армией и партизанами территорию). Переломным в ходе войны стал год 1950-й, когда от колонизаторов была очищена северная граница и Вьетнам установил непосредственную связь со странами социалистического содружества. Наверное, здесь стоит припомнить, что среди решающих предпосылок победы вьетнамской революции были разгром гитлеровского рейха в Европе и победа, одержанная советскими войсками над Квантунской армией – ударной мощью японского милитаризма. Вспомнить и то, как важна была для вьетнамского Сопротивления поддержка социалистических государств, всех миролюбивых сил, как борьба против «грязной войны» во Вьетнаме охватила всю Францию. У правящих кругов ее возникали трудности с отправкой в Индокитай каждого очередного контингента войск. И все же в последний год войны численность экспедиционного корпуса колонизаторов достигла 220 000 человек. Примерно столько же насчитывала армия марионеточного «императорского правительства». Но Народной армии, выросшей численно, перевооруженной, приобретшей боевой опыт, этот противник был, как говорится, по плечу. Колонизаторы терпели поражение за поражением. Их не спасала возросшая «щедрость» Вашингтона, все активней вмешивавшегося во вьетнамскую войну. Уже когда весной 1954 года шла решающая битва под Дьенбьенфу, тогдашний государственный секретарь США Даллес носился с планами «совместных действий» в Индокитае, а в Пентагоне изучалась возможность применения в Северном Вьетнаме атомного оружия…
События эти в отличие от последней войны сегодня, пожалуй, не у всех на памяти, и в том разговоре, который идет у нас о творчестве Нгуен Динь Тхи, обратиться к ним стоило ради того, чтобы лучше, полнее представить себе годы, когда были задуманы рассказы Тхи, когда жили, сражались и умирали их герои. Ибо для Тхи новеллиста событие, факт столь же значимы, как и характер, они связаны неразрывно. Он сам был участником этих событий и потому так верит в эмоциональную силу факта. Тхи выступает как бытописатель войны, язык его зачастую спокоен и будничен. Главное для него – передать сущность войны, ее дух. И здесь нет преднамеренной ограниченности, приземленности – нет, в каждом из рассказов ощущается достоверность описываемого, подлинность выведенных автором характеров. Мне не раз доводилось слышать споры о том, может ли произведение художественной литературы служить историческим источником, но для меня лично никогда не было сомнений: книги, написанные прозаиками и поэтами, могут, должны быть полезны для социологов и историков не меньше, чем статистические справочники, атласы, монографии. Сборник рассказов Нгуен Динь Тхи как раз из таких книг. Можно проследить, как шел Тхи к этой своей изобразительной манере. Истоки ее в его очерках, в прозе документальной. Передо мной отпечатанный все на той же серой бумаге номер журнала «Ван нго» за январь 1950 года. Его издавала Ассоциация культуры. Открывается номер воззванием президента Хо Ши Мина по случаю третьей годовщины Сопротивления. Далее набран очерк Нгуен Динь Тхи «Форт Нахан сметен с лица земли». Шесть страниц репортажа о том, как был взят вражеский укрепленный пункт близ деревни Нангыом. Запомните это название, читатель: именно у деревни Нангыом разворачивается действие рассказа «Ротный», который встретится вам в этой книге. И очерк, и рассказ посвящены одному событию – штурму и взятию форта. Но если очерк – это скупая батальная зарисовка, то в рассказе мы находим (в столь же точно выписанной боевой ситуации) изображение человеческих судеб, характеров, столкновение их и связь. Проза Тхи в своем развитии движется от простого к сложному, от злободневности к художественным образам, к тому, что составляет непреходящую ценность искусства.
Есть в военной прозе Нгуен Динь Тхи, посвященной Сопротивлению, одна особенность: многие из страниц его повествуют о детях. Да, Тхи любит детей, легко находит с ними общий язык. Я убедился в этом, побывав вместе с ним в ханойской школе и в Театре юного зрителя в Москве. Но вернемся к его книгам. Так уж сложились обстоятельства в годы Сопротивления, что тяжкое и опасное бремя войны легло и на детские плечи. Подростки были связными и проводниками, ординарцами, писарями. Они, как и взрослые, держали в руках оружие, дрались с врагом и, случалось, погибали в бою. Маленьким героям Сопротивления посвящал свои стихи крупнейший революционный поэт Вьетнама То Хыу и многие его собратья по перу, им адресовал свои стихотворные поздравления с боевыми успехами президент Хо Ши Мин. Разумеется, отношение к этим ребятам со стороны командиров и бойцов не имело ничего общего с воинской субординацией, они были как бы младшими братьями, сыновьями, их берегли, им отдавали все самое лучшее и, если их настигала беда, оплакивали с особенной горечью. Потому что в конечном счете за детей, за их будущее и сражались солдаты…
