кирпичная крошка и пыль. Отвернув лицо и поморщившись Хайнц быстро осмотрел своё укрытие.
Узкий проход, буквально пара метров шириной, упирался в тупик уже через несколько шагов. В дальнем конце стоял переполненный мусорный контейнер откуда несло отвратительной вонью. Но хуже всего был полуразложившийся труп кота или кошки, лежащий прямо у его ног… Да уж, отличное укрытие, мать его! Лучше и не придумаешь… Впрочем, на безрыбье и рак рыба.
Бросив взгляд на своего подчинённого Хайнц вопросительно кивнул. Тот показал большой палец, сигнализируя о том что у него тоже всё в порядке. Что ж, наверное у него нет под ногами трупа котейки и воняющего контейнера под носом. Так, а что там поделывают эти отбросы немецкого общества?
Отбросы, тем временем, собрались в метрах пятидесяти от них и громко орали, окружив своего подраненного главаря. Да, эти идиоты явно не учили тактику стрелкового боя иначе бы уже использовали своё преимущество в численности. Ну, это только их проблемы! Наконец, через пару минут криков, споров и угроз, Йорген сумел навести там какой-никакой порядок и кинул их в атаку. Причём, на удивление, не просто толпой в лоб, а по обеим сторонам улицы. Разделившись по пять человек, прижимаясь к стенам домов, бандиты начали медленно подбираться к укрытиям ликвидаторов, время от времени стреляя в их сторону для острастки и поддержания собственной смелости.
Такая тактика была бы неплоха если бы не одно «но»… Спрячься Хайнц с Гербертом в один переулок бандиты могли бы подобраться очень близко, пользуясь в качестве прикрытия разным хламом, лежащим у стен домов. И агентам пришлось бы высовываться побольше чтобы попасть в цель… Вот только теперь получилось так что Хайнц мог спокойно стрелять по тем кто подбирался к укрытию Герберта а тот, соответственно, наоборот. Крест на крест, так сказать…
И они так и сделали. Выглядывая одним глазом и вытянув немного руку Хайнц с Гербертом снова начали стрелять, экономно но точно. Загремели сухие выстрелы и тут же снова раздались крики боли и проклятья. Выстрелив шесть раз Хайнц опустил «Люгер» и удовлетворённо усмехнулся.
Двое из тех кто подбирался к Герберту лежали неподвижно у стены дома на другой стороны улицы. Ещё один, тяжело раненный, полз по земле назад, крича от боли. Остальные двое, видимо, напуганные до усрачки, сломя голову бросились назад. Неплохой результат но могло бы быть и лучше… Выходит, осталось всего три патрона, считая тот что из первой обоймы. Вытащив его он дозарядил пистолет и посмотрел на Герберта.
Тот снова показал большой палец и потом три пальца. Ага, значит, подчинённый завалил троих? Очень хорошо! Знать бы сколько у него патронов осталось. Подняв вверх пустую обойму он вопросительно посмотрел на товарища. Герберт был сообразительным парнем и сразу показал восемь пальцев. Значит, один или два тот потратил на «рабочего» а остальные на тех кто подбирался к Хайнцу? И у него теперь целая обойма? Что ж, живём! Конечно, они сделали глупость что взяли с собой всего по одной запасной обойме, но кто же знал⁈ В прошлые разы всё было нормально! Да и сегодня оружие они взяли так, на всякий случай… Вот и аукнулась им такая вот предусмотрительность.
Что ж, дело пока идёт неплохо. Атаку отбили, только вот патронов маловато осталось… Но всё время в этом вонючем переулке не просидишь, надо перехватывать инициативу и окончательно закрыть вопрос с этими преступными гнидами. Осторожно выглянув из-за угла Хайнц заметил как выжившие и легко раненые столпились возле Йоргена, сидевшего за высоким крыльцом. Тяжелораненый на другой стороне улицы, испустив последний громкий хрип, затих, так и не добравшись до своих. Значит, в этой атаке преступники потеряли шестерых погибшими? И ещё трое возле машины… Итого минус девять? Отлично! А выжило сколько? Четыре, не считая самого Йоргена…
Снова были неразборчивые крики и мат. Малость послушав, он понял что бандиты высказывают своему главарю претензии насчёт того что тот не предупредил их о пистолетах и больше не хотят испытывать судьбу перестреливаясь с ними. Да, всё-таки не сравнится немецкая ругань с великим и могучим разнообразием русского мата!.. Чёрт, да эти недоумки, похоже, даже не следят за обстановкой! Если сейчас попытаться незаметно подобраться то можно просто расстрелять их в спину! Рискнуть или нет? А, была не была!
Хайнц снова привлёк внимание Герберта и несколькими жестами объяснил ситуацию. Тот ухмыльнулся и тут же кивнул. Видимо, сидение в грязной подворотне ему тоже не улыбалось…
Адреналин бушевал в крови и призывал действовать. Ощущение опасности пьянило и заставляло чувствовать каждую секунду жизни…
Пригнувшись и стараясь ни за что не запнуться они с Гербертом выскользнули из своих укрытий и начали сближаться с противником, держась вдоль стен. Хайнц добрался до трёх трупов которых подстрелил его напарник и уже хотел переступить через один из них когда невольно вздрогнул от того что «труп» внезапно застонал и вяло протянул руку к его ноге. Ах ты, сукин сын, никак подыхать не хочешь⁈ Нагнувшись и перехватив пистолет левой рукой он плотно обхватил шею бандита правой. И через полминуты недобитый преступник стал самым настоящим полноценным трупом, который лежит себе и никому не мешает. Можно двигаться дальше…
До группы бандитов, которым посчастливилось уцелеть в нападении, осталось метров двадцать или чуть больше. В принципе, уже можно было стрелять только они не стояли на месте, кружась вокруг Йоргена, да и высокое крыльцо с лестницей закрывали их почти по грудь. Лучше уж подойти ещё ближе, благо эти болваны даже не смотрят в их сторону, видимо, считая что Хайнц с Гербертом так и сидят в своём укрытии…
Блядь, накаркал! Один из бандитов, неприятный тип со шрамом на левой щеке, случайно обернулся и ошеломлённо застыл, увидев их так близко от себя. Он открыл рот и, подняв руку, уставил на них дрожащий указательный палец, явно пытаясь поднять тревогу. А вот это Хайнцу не нужно, мужик… Всё, время скрытности прошло!
Выпрямившись во весь рост и вытянув руку, он снова открыл огонь, первым же выстрелом вышибив мозги типу со шрамом. Мгновением позже его поддержал Герберт. Осталось трое! Ещё один, пару раз вздрогнув после выстрелов Герберта, сложился вдвое и повалился на землю, крича от боли. Двое оставшихся умудрились пригнуться за крыльцом и тоже начали стрелять. Причём у обоих оказались «маузеры С 96» без кобур-прикладов. Сам Йорген, махнув ещё одним «маузером», тоже пытался отстреливаться.
Хайнц, пригнувшись и покатившись по земле, тут же перевёл ствол на новые цели и всадил
