— Ха! — бросил он. — Без ветра под хвост вы уже не полетите? Ага, семерка! Нет, черт возьми, я забыл, что семерка здесь не является счастливым числом. Попробуем еще раз. — Три кубика затарахтели у него в руке и упали на стол. — Гм-м-м, снова семь. — Ван Рийн сгреб кон. — Удваиваем?
— Пусть тебя похитят пожиратели духов! — Стиген сорвался с места. — По-моему, ты слишком часто выигрываешь!
Ван Рийн сам вскочил на ноги, как атакующий носорог.
— Черт побери, а ну-ка, возьми эти слова назад, приятель, или…
— Я не сказал ничего оскорбительного, — холодно ответил Стиген.
— Спокойно! — рявкнул Трольвен. — Это что, пьянка? Землянин, все боевые формирования ланнахов собрались здесь на этих взгорьях. Мы не сможем кормить их слишком долго. А с другой стороны, мы не сможем выступить, потому что новое оружие погружено на парусные тележки. Что же делать?
Ван Рийн яростно посмотрел на Стигена:
— Я говорю, что меня оскорбили. А когда меня оскорбляют, я не могу давать разумные советы!
— Я уверен, что капитан извинится за неумышленную обиду, нанесенную тебе, землянин, — сказал Трольвен, бросая на капитана разгневанный взгляд.
— Конечно. — Стиген с трудом выдавил из себя это слово.
— Хорошо. — Ван Рийн погладил себя по бороде. — Итак, чтобы доказать, что ты не сомневаешься в моей порядочности, брось кости еще раз. Удваиваешь?
Стиген схватил кости и бросил их на стол.
— Ага, у тебя шестерка, — сказал ван Рийн. — Что ж, это нелегко побить. Я боюсь, что уже проиграл. Нелегко быть бледным, уставшим, голодным стариком, брошенным далеко от дома и его сиамских кошек: они одни любят его ради него самого, а не из-за денег… Трам-та-та-там… Восемь! Два, три и еще раз три! Ну и ну!
— Нам нужен транспорт, — проговорил Трольвен, усиленно стараясь овладеть собой. — Новое оружие слишком тяжело для носильщиков. Оно должно ехать по рельсам. Как мы довезем его без ветра до залива Сагна?
— Это просто, — сказал ван Рийн, считая выигрыш.
— Прежде, чем поднимется попутный ветер, привяжите канаты к тележкам, и эти ваши молодые балбесы их потянут.
Стиген взорвался:
— Свободный народ клана должен тянуть тележку, как… дракхон? — Он овладел собой и уже гораздо спокойнее произнес: — Нет, это невозможно.
— Иногда, — отрезал ван Рийн, — и то, что невозможно, должно стать возможным! — Он сгреб драгоценные камни, бросил их в мешочек и направился к колодцу.
— Черт возьми, есть какая-то дисциплина в этом Стаде?
— Да… я думаю, да… — Растерянный взгляд Трольвена обратился на кричащую волну крылатых существ, которая поглотила селение. — Однако такая работа, продолжающаяся длительное время, всегда была… прежде, чем пришли дракхоны… ее всегда считали в определенном смысле вырождением… не то, чтобы она была запрещена, но она не делалась без крайней необходимости. Физический труд в общественном месте… Нет!
Ван Рийн завертел воротом колодца.
— Почему же нет? Дракхоны много болтают об уважении к труду. Им он нужен, у них надо много и тяжело работать, если хочешь жить. А для вас? Почему ланнахи не могут работать?
— Нет! — твердо произнес Стиген. — Это не для нас! Иначе мы станем животными!
Ван Рийн поставил ведро на колодезный сруб и вытащил из него бутылку земного пива.
— Ах, какое холодное и приятное… гм… похоже, слишком холодное… Пусть ад поглотит все места, где нет холодильников с терморегуляторами! — Он открыл бутылку о сруб и попробовал. — Может быть… Я много путешествовал и убедился, что везде образ действий и мораль обитателей отдельных планет зависит от вполне реальной причины. Может быть, раса даже забыла, откуда берет начало тот или иной закон, но если бы закон не имел смысла, он долго не просуществовал бы. Отсюда следует, что вы не любите длительной тяжелой работы, конечно, за исключением труда перелетов, потому что по каким-то причинам она вам не подходит. И в то же время тяжелый труд не вредит дракхонам. Парадокс!
— Пусть злые силы похитят твои рассуждения, — рявкнул Трольвен. — Это была твоя идея, чтобы сделать все эти новомодные устройства вместо того, чтобы сражаться, как сражались наши предки. Так скажи теперь, как спустить тележки в долину, не демобилизуя для этого армию?
— Ах, дело в этом! — Ван Рийн пожал плечами. — У вас есть какие-нибудь соревнования, спорт или что-то в этом роде?
— Конечно!
— Значит, нужно объяснить, что эти тележки нужно спустить вниз, и так как мы не должны отправиться сразу…
— Должны! Мы будем голодать, если не отправимся немедленно!
— Мой юный друг, — терпеливо сказал ван Рийн. — Я вижу, что ты очень слаб в политике. Вы, ланнахи, не можете лгать, наверное, потому, что никогда не заключаете браков. Так что ты скажи воинам следующее, слушай внимательно: «Мы могли бы сидеть и ждать южного ветра, но я знаю, что вы рветесь в битву с врагом, так что я объявляю соревнование. Каждый клан должен свезти вниз столько тележек, сколько сможет, а мы измерим скорость и лучшим дадим награду!»
— Пусть меня похитят злые духи… — удивленно произнес Стиген.
Трольвен охотно кивнул.
— Традиции кланов позволяют нечто такое…
— Видишь ли, — объяснил ван Рийн, — на Земле мы называем это семантической проблемой. Я стар и у меня одышка, так что я могу равнодушно смотреть все эти бейсболы, футболы и гонки в мешках и знаю, что спорт — это просто вид тяжелого груда, которым ты не обязан заниматься.
Он громко икнул, открыл еще одну бутылку пива, а из сумки вытащил кусок салями. Запасы пищи таяли катастрофически быстрыми темпами.
Глава 13
Когда вся экспедиция находилась на полпути вниз по склону Туманных Гор, наконец, появился долгожданный попутный ветер. Воины, запряженные в тележки, облегченно вздохнули и остановились, ожидая Измеряющих время, которые должны были при помощи песочных часов определить победителя.
— Вряд ли все они дали провести себя с этими соревнованиями, — заметила Сандра.
— Конечно, — ответил Вейс. — Однако те, кто был достаточно разумен, чтобы разгадать план старого Ника, понял, что это необходимо, и держал язык за зубами.
Он сжался под резким порывом ветра, который дул с горных склонов в направлении далекой затуманенной зелени холмов и долин, и присмотрелся к работе механиков. Поезд ланнахов состоял примерно из тридцати легких тележек, связанных тросом; в начале и середине поезда находились «локомотивы». Это были прочные тележки, которые несли по две мачты с квадратными парусами. Дерево, твердое, как металл, смазываемые деревянные втулки для колес и крепкий ветер обеспечивали неуклонное продвижение колонны. Достигаемая при этом скорость не была ошеломляющей, и часто нужно было ждать попутного ветра, однако ланнахи не привыкли работать с часами в руках.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
