- Если в ближайшее время я не раздобуду денег, то не смогу восстановить дома, купить скот, еду, удерживающие руны. Если не будет рун, зимняя блуждающая буря заберёт с собою то, что осталось. Меданы и мужчины не останутся в незащищенных домах, уйдут, кто куда. Долина опустеет, а земли без людей умрут. Да и нам придётся отправиться... в странствия.
На последнем слове он запнулся. Я понимала, что он сказал не всё, а только самое главное. Вот зачем ему нужны были мерцатели. А я свалилась и всё испортила.
- Так тебе нужны деньги? - колёсики в голове закрутились со скоростью космического корабля, бороздящего просторы Вселенной. - Вообще-то, как говорит мой папа, деньги можно делать из воздуха. Нужно только изучить спрос и предложение, выбрать правильную стратегию, занять низкоконкурентную нишу, создать продукт, запустить рекламу, нажать на нужные болевые точки - и хоть дерьмо продавай, раскупят.
Геллан и Мила смотрели на меня обалдевшими глазами.
- Не фиг на меня таращиться. Это экономика. А у меня по этому предмету - пятёрка с плюсом. Потому что мой па - бывший военный и предприниматель, великий стратег и бизнесмен с чутким нюхом, - это раз, мозги достались мне от папы - два, и вообще я в этом шарю - три. Поэтому всем повезло - это четыре.
По-моему, они до конца ничего не поняли, но объяснять им подробнее я не собиралась.
- Пошли уже, посмотрим, как эти бесноватые ведьмы волшебной краской Милы попользуются. А пока будем идти, соизволь, Геллан, рассказать, где и что вы продаёте и что тут у вас разлетается, как горячие пирожки.
Он промолчал, истукан шараканов, но в направлении, куда отправилась Иранна с меданами, мы двинулись. Мила схватила меня за руку. Ладонь её была горячей-горячей. И смотрела она на меня опять... с благоговением, тьфу три раза.
Мы уже почти догнали медан - их пёстрый шлейф маячил впереди - как вдруг случилось это. Честно говоря, после ухайлы и стального кола в столе, я думала, меня уже ничто не напугает. О, как я ошибалась!
Глава 18
Сорокоши, коровы, ткачики или как умеет работать ленивая скотина. Дара
Они неслись со всех сторон - орущая разноцветная орава, споро перебирающая лапками. Это напоминало нашествие саранчи из какого-то документального фильма. Длинные мохнатые тела огромных гусениц с ушами и хвостами-антеннами.
Кажется, я взвизгнула. Геллан и Мила стояли застыв. Ряды впереди идущих медан дрогнули. Часть ведьм по инерции ещё шли за Иранной, но постепенно все повернули оглобли и рванули в нашем направлении.
Две сумасшедшие цветастые оравы. С двух фронтов. Как два войска, стремящиеся сойтись в чистом поле и показать ратную удаль. Я уже ничего не соображала, сил и ума не хватало дать стрекача: ноги словно приросли к земле. Мила дрожала рядом. Геллан напрягся. Эти двое не столько напуганы, как удивлены, не зная, чего ожидать, но в тот момент мне было не до анализа их поведения. Я водила глазами от одного "войска" к другому.
Первыми добежали мохнатые гусеницы. Им было плевать на всё: на Милу, Геллана и даже двух псов - они дружно устремились к моим ногам и тёрлись, недовольно распихивая друг друга.
- Это сорокоши, - тихо сказал Геллан и посмотрел на меня долго-долго, внимательно, наклонив голову к плечу.
- В-ведьмины с-с-сорокоши, - добавила Мила.
На поверку гусеницы оказались котами. Морды у них походили на кошачьи - с вибрисами, усами, кошачьими клыками. Мохнатые, как меховые шапки, с помпонами на антенных ушах и хвостах, откуда свешивались вдобавок пушистые растрёпанные кисточки. Круглые глаза с вертикальным зрачком и огромные разноцветные носы. Ей-богу, как у клоунов в цирке. Длинные, как у такс, тела, и коротенькие мохнатые ножки- точь-в-точь кошачьи, но сколько у них лап - сосчитать невозможно.
- Кого-то они мне напоминают, - пробормотала я, пытаясь унять дрожь: что-то меня растрясло от страха и неожиданности, как Милу.
А коты, не обращая внимания, клубились кучей, орали и заглядывали в глаза. Я опустилась на колени и погладила головы самых наглых счастливцев. Задворки кошачьего войска недовольно замяукали. И тут налетели меданы.
- Это что творится-то?
Казалось, они готовы порвать меня на тряпки. В клочья, чтобы только пух в небеса. Они вопили, пенились, махали руками, пока не поняли, что их драгоценным котам ничего не угрожает. В какой-то момент стало тихо. Лишь учащенное дыхание медан. Огромные глаза на лицах. Открытые от удивления рты. Кажется, они потеряли дар речи. Удивительно.
Первой очухалась Ивайя:
- Хм... Небесный груз, говоришь? Упала с неба, да, Геллан?..
Они наступали стеной и постепенно брали нас в кольцо. Сорокоши сделали это раньше. Мохнатый круг плотно сжался у наших ног. На какое-то мгновение мне показалось, что если меданы вздумают на нас напасть, сорокоши дадут бой. Но ни одна ведьма не решилась даже лишний шаг в нашу сторону сделать.
- Они нас предали, да?.. - растерянный тонкий голос из толпы прозвучал с надрывом и горечью, как будто рядом лежал дорогой сердцу покойник.
Мне вдруг стало смешно. Я пыталась сдержаться, честно. Краснела и надувала щёки, прятала лицо в ладони, тряслась телом, но сдавленные хрюки вырывались наружу, напоминая не очень приличные звуки эээ... немного из другого места. Как хорошо, что Геллан стоит. А то, наверное, отдавил бы руки своими железными лапами. Скажем без обид, это не помогло бы.
- Нет. Просто... все животные ведут себя так, когда оказываются рядом с Дарой.
Он упорно не рассказывал меданам про Тяпку. Интересно, почему? Но раз он так решил, я не собиралась выдавать маленькую тайну замкового сада.
- Все животные - ладно, но сорокоши?!
Чем, собственно, эти котообразные гусеницы отличаются от других животных? Я пыталась отдышаться.
- Значит сорокоши не исключение. - вот кого трудно прошибить, так это Геллана. Умеет он в такие моменты разговаривать спокойно и уверенно.
- Мы покраской сегодня займёмся или будем бегать туда-сюда? - это Иранна отозвалась. Она тоже вернулась вслед за меданами.
Ведьмы молчали, сорокоши тёрлись рядом со мной. Мне удалось наконец-то успокоиться.
- Так, харэ пялиться. Пора делом заниматься, - сказала я, поднимаясь на ноги. - А вы брысь по лавкам, мышей ловить! - прикрикнула я на сорокош. Те нехотя дрогнули и, жалобно мяукая, оглядываясь, начали разбредаться. Попутно они тёрлись о ноги медан: видать, прощения просили.
- Что ты сделала нашим кошам? - подал кто-то голос. Обвиняюще так, с угрозой.
- Валерьянкой облилась с ног до головы, - разозлилась я.
- Ха! На них ни одно зелье не действует!
- Ну тогда что за вопросы? Откуда мне знать, почему они сбежались. Эка невидаль. Да коты что хотят, то и делают, гуляют сами по себе и ластятся к кому хотят.
