Читаем без скачивания Феномен - Ава Хоуп

Сердце безудержно грохочет в груди.

Бам. Бам.

Сердцебиение пульсом отдается в висках, оглушая меня.

Шумно выдыхаю, пытаясь взять себя в руки.

— Итан, — снова шепчет она, и я распахиваю глаза.

Она стоит прямо передо мной. Такая же хрупкая, красивая и прекрасная. Ее фарфоровая кожа сияет в свете фонаря, а глаза блестят от выступивших на них слез. Она похожа на ангела. Вот только за этим обликом прячется сущий дьявол, который сжег все, что мы строили на протяжении трех лет.

— Привет, — тихо говорит она, когда наши взгляды встречаются.

— Зачем ты здесь? — перехожу сразу к делу я.

— Нейтон, мой новый парень, он учится в университете Юты, — прикусывая губы, говорит она.

— Рад за вас. Мне нужно идти, — скидываю ее руку со своего плеча и делаю шаг в сторону.

— Итан, — снова зовет меня Аманда. — Постой. Я… Я сожалею, что все так вышло.

Будто бы мне стало легче от ее сожалений. Мотаю головой в стороны и, развернувшись к ней спиной, направляюсь к автомобилю.

Глава 18

Причин, по которым я ненавижу

Джоша Темпэлмана несколько.

Он не умеет улыбаться.

Он просто помешан на контроле.

Он цепляется к самым

незначительным ошибкам.

(с) «Мой любимый враг»

Лу.

Будильник будит меня в 4:35.

Тянусь рукой к тумбочке, чтобы треснуть по нему, а затем прячусь с головой под одеяло. Оно вкусно пахнет моим любимым ароматом — лавандой. Издаю стон, проклиная саму себя, и все-таки заставляю себя подняться, пока Дылда не заявился сюда, разбудив к чертям весь дом.

Обуваю свои белые мягкие тапочки с кошачьими ушками и шаркаю ими до двери в ванной. Сбрасываю лиловую атласную пижаму Виктории Сикрет на пол, и встаю под горячий душ. Густой пар полностью заполняет собой небольшую душевую кабину, пока дурацкие мысли лезут в мою голову.

Зачем я вообще согласилась на этот чертов спор с этим чертовым Итаном-я-мистер-совершенство? Что за неожиданное высвобождение оксида азота норадреналина по отношению к этому парню с телом порно-актера из brazzers случилось со мной?

Наверное, когда мы жгли вещи Вуди, я надышалась гарью.

Да, причина моего влечения к Дылде именно в этом.

Гребаный Вуди.

Кстати, я ведь не сказала маме, что мы с ним расстались. Не знаю, как она сможет принять эту новость, ведь они с отцом уже придумали нашим детям имена на букву Л. Традиция нашей семьи. Моего отца зовут Лоренцо, а маму — Летиция. Сестер — Лия и Лучиана, а брата — Лука. Странно, что они были в таком восторге от Вуди, учитывая, что он — не Луди. В любом случае с мамой мы не разговаривали уже очень давно. И я не хочу звонить ей и делиться этим, чтобы еще сильнее не ухудшить наши отношения.

Выхожу из душа, обматываю фиолетовое полотенце вокруг мокрого тела и встаю перед зеркалом, чтобы умыться.

— Скажу третье желание позже, — передразниваю вслух Итана и кривляюсь в зеркало, словно мне двенадцать.

Наверняка Дылда проводит много времени перед зеркалом. Также стоит и подбирает выражение лица, которое сильнее всего взбесит людей, встретившихся ему на пути. А потом расцеловывает свои бицепсы, гордый собой.

Определенно.

Итан Мур — самая настоящая задница!

Но чертовски сексуальная задница, прости, Господи!

Даже интересно, что там за желание такое. Набить татуировку с его именем? Проколоть сосок?

Закатываю глаза, утомившись от своих же мыслей, и чищу зубы. Затем расчесываю волосы и собираю их в высокий хвост. Выхожу из ванной, достаю из комода спортивные леггинсы лилового цвета и водолазку в тон, накидываю белую толстовку и обуваю белые беговые кроссовки. Еще раз бросаю взгляд на себя в зеркало и коротко выдыхаю.

Чего я переживаю? Ну, не убьет же он меня, правда?

Беру с комода поясную беговую сумку и закрепляю ее под толстовкой, кладу в нее ключи и телефон, и выхожу за дверь. По лестнице спускаюсь вниз и, открыв массивную железную дверь, оказываюсь на улице.

Оранжевый свет восходящего солнца озаряет все вокруг своим огненным сиянием. Листья кустарников, растущих вдоль здания нашего дома, шелестят от легкого дуновения ветерка. Застегиваю молнию на толстовке, чтобы не продрогнуть, и спускаюсь по лестнице вниз.

У подъездной дорожки уже припаркован черный «Рэнж Ровер» Итана, и, увидев его, сразу же закатываю глаза, потому что мистер совершенство, конечно же, делает все с точностью до минуты. Не удивлюсь, если он и дрочит по расписанию.

Господь всемогущий!

Только не это. Теперь я думаю о том, как он это делает. Садится на диван, обложившись вокруг стерильными салфетками? Сводит брови к переносице, когда кончает? Издает ли он стон? Или запрокидывает голову и рычит?

Зажмуриваюсь от ужаса и несколько раз мотаю головой в стороны.

— У тебя нервный тик? Или ты просто не можешь поверить, что этот сексуальный красавчик приехал за тобой?

Внезапно раздавшийся вблизи голос Итана заставляет меня вздрогнуть. Распахиваю глаза и обнаруживаю Дылду прямо перед собой. Он стоит, скрестив руки и облокотившись на дверь своего автомобиля. Его русые волосы взъерошены и забавно торчат в разные стороны. На нем — серые тайтсы, а поверх них — синие шорты. Массивные плечи обтягивает эластичная ткань серого термобелья, на которое надета синяя дутая жилетка с эмблемой нашей сборной регби.

Осознав, о чем он меня спросил, закатываю глаза, и молча прохожу мимо него, пристраиваясь на пассажирском сидении его автомобиля. Итан следует моему примеру и садится в машину.

— Что-то не вижу радости на твоем личике, Хоббит, — с ухмылкой на губах произносит кретин, повернувшись ко мне, а затем медленно нажимает на педаль газа, и автомобиль плавно начинает движение.

— И с чего бы мне радоваться? Скажу тебе честно: ты — не самая приятная компания для времяпрепровождения, — раздраженно говорю я, пристегивая ремень безопасности.

— У-у-у-у, а вот это обидно было.

— Тебе не может быть обидно, потому что у тебя нет чувств. Ты бессердечный и бесчувственный засранец!

— Ну, признай, что я хотя бы сексуальный засранец.

Открываю от удивления рот. Эта новая версия Итана Мура меня бесит. Дайте мне обратно старика Уве!

— Ты слишком много болтаешь! — выдаю я, удивившись тому, что это и в самом деле происходит. Никогда бы не подумала, что скажу такое Муру.

— Теперь ты знаешь, каково мне терпеть тебя каждую тренировку.

— Напоминаю, что это. — Показываю пальцем то на себя, то на него. — Это твое желание, не мое! Да я