– То есть на тебя напал бешеный дракон?
– Тогда Инквизиция и Братство Королей впервые за сотни лет объединились против этой напасти. Мы не хотели допустить эпидемию. Видишь ли, пока дракон способен принимать человеческий облик, он заражает ещё и людей. А болезнь становится заметной не сразу. Я был в отряде ликвидаторов. Один из драконов напал на нас, растерзал половину отряда. Пытался разорвать и меня, он разорвал мой живот, и…
Меня затошнило.
– Как же ты выжил?
– Генетика хорошая, – ответил Ардес. – Давай не будем об этом. Не хочу портить тебе настроение.
– Кем были твои родители?
Инквизитор задумался. Я поняла, что он не хочет говорить, и думает, как бы уйти от ответа.
– Они были очень… разными. Видишь ли, я – бастард, и никогда не знал свою мать.
– Она умерла при родах? – сочувственно спросила я.
– Можно сказать и так. Для меня она точно умерла, – расплывчато ответил он.
– А как же отец?
– Нам запрещено общаться со своими родителями, когда мы становимся священниками.
– И ты никогда не хотел встретиться с ним?
– Это он не хочет видеть меня. Я слишком сильно напоминаю ему о трагическом прошлом. Смотри, а вот мы и приплыли, – сменил тему Ардес.
Я невольно ахнула от изумления. Прямо за рифом нашим глазам открылась небольшая гавань, вода в которой имела аквамариновый оттенок и переливалась радужными волнами под солнечным светом. Из океана показалось что-то очень большое. Я увидела белую гладкую спину, большой раздвоенный хвостовой плавник, округлую морду и большие добрые глаза.
– Это же кит! – с восторгом закричала я.
– Можешь погладить его. Они часто сюда заплывают. А в такой солнечный день точно здесь появляются. Тут очень тепло, довольно безопасно, потому что никто, кроме меня, не знает об этом месте, а ещё водится много планктона.
Я осторожно подплыла к киту, и протянула к нему руку. Кит выпустил фонтанчик воды, моргнул, а потом зафырчал. Я с опаской погладила его морду. И он мне улыбнулся.
– Киты очень умные. Уж точно поумнее отдельных драконов, – сказал Инквизитор. В его словах я слышала улыбку.
– Это ты сейчас про кого говоришь? – с подозрением спросила я.
– Про Итильдина, конечно. Это же надо додуматься – колдовством влюбить девушку в себя. Абсурд.
– А ты бы как поступил на его месте? – сказала я, и тут же пожалела о своём опрометчивом вопросе.
Инквизитор с интересом разглядывал меня. Потом он протянул руку и коснулся моих губ.
– У тебя здесь кусочек водоросли прилип, – сказал он. – На его месте я бы не был.
Что это значит? Что он имеет в виду? Что не смог бы полюбить меня? Что не стал бы красть чужую истинность? Что он в принципе не способен на любовь? А как же тогда мимолётная ласка перед тем, как мы поплыли смотреть на кита?
– Женщина, которую я могу полюбить, ответит мне взаимностью, – внезапно сказал он.
Я глупо захлопала глазами.
– А обет?
– Я не сказал, что собираюсь влюбляться, – отрезал он. – Для меня моя миссия важнее всего.
– Даже важнее твоей жизни?
– Особенно моей жизни.
– А в чём состоит твоя миссия?
– Ты же читала мой дневник.
– Не всё.
– Ну так почитай. Я тебя не узнаю, где твоё любопытство? Особенно тогда, когда оно уместно.
– А ты сам не расскажешь мне?
– Это слишком просто, – ухмыльнулся он.
– Ты заигрываешь со мной?
– Думай, что хочешь. Нам пора плыть к берегу. Иначе у бедного Итильдина случится разрыв сердца.
– Почему? – не поняла я.
– Он решит, что я тебя украл.
– И что сделал?
– А ты догадайся, – буркнул Ардес.
Когда мы подплывали к берегу, я ещё издали увидела хмурую физиономию Итильдина.
– Что ты с ней сделал? – процедил он. – Где вы были так долго?
Когда я вышла на берег, он внимательно обнюхал меня и сдавленно зарычал.
– От тебя пахнет им!
– И что? – рассердилась я. – Хватит меня контролировать, ты не мой папа!
– Лорд Рэйден был бы очень недоволен, если бы узнал, что ты спуталась с этим… убийцей драконов!
– Ревнуешь? – спросил Инквизитор. – Ты сам виноват, что уснул. Я воспользовался случаем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Рея! Он тебя, что…
Я оттолкнула Итильдина и не стала слушать, что он говорит.
– Тебя это не касается, братец. Я могу спать, с кем захочу.
Итильдин охнул и отшатнулся, как от пощёчины. По его лицу пошли багровые пятна, а сам он побледнел. Сжал кулаки, бросил на меня отчаянный взгляд, развернулся и начал трансформацию. Сильно оттолкнулся лапами и взлетел.
Я стянула с шеи талисман Инквизитора, но тот поймал меня за руку и надел его обратно.
– Даже и не думай. Ты сгоришь от проклятья.
– Пусти меня! Я должна лететь за ним!
– Выдержи паузу, он остынет и вернётся. О чём ты думала, когда сказала, что переспала со мной? Ты и правда этого хочешь?
Инквизитор пристально смотрел на меня, как будто видел насквозь.
– Я… я…
Он покачал головой, отпустил меня и пошёл одеваться. Молча облачился, ещё раз покачал головой и пошёл вглубь острова. На прощание бросил:
– Сначала разберись в себе, Рея.
Глава 27. Я влюбилась
Весь день я провела в сильном волнении. Меня обуяли эмоции, захлестнули с головой, как шторм. Я бродила по острову вместе с Орсо, и боялась встречаться с Ардесом взглядом. Мне казалось, что он мгновенно прочитает то, что я чувствую.
Спрятавшись в тропическом лесу, за отлогой скалой, мы сидели и молчали с волком. К моим щекам прилил жар. Сердце бешено билось, и я всё время хихикала, как дурочка. Я ощущала тревогу, и страх, и радость. И я могла поделиться ими только с Орсо, потому что он безмолвен, и ничего не расскажет своему хозяину.
– Понимаешь, Орсо, твой хозяин – он очень специфический человек. Я не знаю, как объяснить, но, я думаю, ты меня поймёшь, ты же умная соба… умный волк.
Орсо внимательно слушал меня, глядя своими умными глазами. И я немного осмелела.
– Ардес, он, он такой холодный! И раньше был. Зачем он меня обнял? Я теперь не знаю даже, что и думать… в последнем разговоре он столько всего мне сказал. Много личного. Я это очень ценю, ты не подумай! Но вокруг него столько секретов, что это пугает. ты ведь понимаешь меня, Орсо? – горячо затараторила я.
Орсо склонил голову набок и сощурил один глаз. Я решила продолжить.
– Ну, так вот, это я к чему… У меня же есть Мэорих, правильно? И пусть он перестал быть моим истинным, я же всё равно его люблю, верно? Нет, не верно, не верно! Я уже сама ни в чём не уверена! И всё из-за Ардеса.
Я долго, долго молчала, Орсо заскулил и поскрёб меня лапой.
– Ты хочешь знать, что я могу сказать ещё? Тогда слушай, сам напросился. Похоже… я влюбилась. И теперь меня терзает чувство, что я предала свою любовь. Что я предала Мэориха. Как я посмотрю ему в глаза при следующей встрече?
Орсо ещё раз поскрёб меня лапой.
– Что ты хочешь услышать? В кого я влюблена? В Ардеса!
Я в отчаянии закрыла лицо руками. По щекам текли слёзы.
– Он никогда не ответит мне взаимностью. Он меня намного старше. У нас разный социальный статус. Он – священник, а я – аристократка. Он человек, а я дракон. Мы не можем быть вместе! И он никогда не полюбит меня! Я в смятении! Нет, я – в ужасе! Что скажет папа!
И я разрыдалась. Орсо поставил лапы мне на плечи и слизывал солёные капли, утешая меня. Я подумала, что он всё прекрасно понял.
Глава 28. Поцелуй
Согнувшись в новом приступе боли, я закашлялась, и кровавые капли брызнули на песок. Из глаз текли слёзы, лёгкие скрутило в узел, меня выжимало, как тряпку. Этот приступ длился уже несколько часов.
С каждой каплей крови Инквизитор становился всё мрачнее и мрачнее. Он менял повязки на моём лбу, чтобы я так не горела, но они высыхали всё быстрее и быстрее. По спине тёк пот, дико болел живот. Ардес гонял Итильдина на поиски трав, из которых можно сварить обезболивающие настойки, но даже это питьё помогало всё меньше и меньше.
