– Ты бредишь, если думаешь, что он тебя любит. Что в мире ты можешь ему предложить? Ты все еще девочка.
Ее дерьмо стареет. Я встаю и собираю свои вещи, чтобы уйти.
– Думаю, он не согласится. Но чтобы ответить на твой последний вопрос, что я могу ему предложить? Навсегда. По словам Брайса, я принадлежу ему навсегда. На мой взгляд, это включает в себя свадебные клятвы и детей. Жизнь, наполненная любовью, счастьем и здоровьем.
– Нет, – шепчет Холли, и ее нижняя губа начинает дрожать.
Слезы текут по ее щекам, и она начинает дрожать.
– Мне стало жаль тебя в баре, когда я увидела, как ты расстроилась, узнав, что мы с Брайсом вместе. Но теперь нет никакого сочувствия. Смирись с этим, двигайся дальше и оставь моего парня в покое.
– Как ты можешь быть такой бессердечной? Мы через многое прошли.
– Брайс потерял ребенка. Ему было грустно, он чувствовал себя виноватым, он горевал об этом ребенке. К сожалению, ваши случайные отношения вызвали случайную беременность. Ужасно, что ребенок не выжил. Я сожалею об этой потере. Но Брайс заботился о тебе из доброты и чувства долга. Ты заставила его так много пережить.
Я ухожу и не оглядываюсь.
Ее рыдания слышны из-за угла. Я не знаю, как Брайс терпел это так долго.
***
– Выпускной наступит раньше, чем мы успеем подумать о нем. Тогда я заберу тебя на неделю. Ты выбираешь где мы ее проведем. Где-то в тропиках, где солнце, песок, пляжи, лодки – все это.
Я молчу, только киваю ему в ответ. Мое тело и ум отрицают мой скорый отъезд. Когда мы сели вчера вечером и посмотрели на наши календари и расписания, то обнаружили, что между этим моментом и его выпуском не было свободных выходных для нас, чтобы путешествовать. Мое сердце физически болело при мысли о том, что я не увижу его еще шесть недель.
Слезы потекли почти сразу, и Брайс повел меня в постель. Мы даже не встали, чтобы поужинать. Сегодня утром я обещала сделать наши последние часы вместе счастливыми. Мы пошли в любимый ресторан Нейта на завтрак, а затем все трое гуляли по кампусу. Теперь, когда планы Брайса после тренировки открыты, мы с Нейтом обсуждаем его будущее. Он клянется, что не пристрастен, но я втайне согласна с Брайсом. Он хочет в Сан-Диего.
Сейчас же Куинн в пяти шагах от нас, и суровая реальность ухода снова поражает меня.
– Дэвон, ты меня поняла?
– Да. Мне нужно выбрать место, и ты нас туда доставишь. Потому что после этого тебя не будет двенадцать недель.
Эмоции забивают мне горло.
– Пожалуйста, не плачь, – Брайс обхватывает мое лицо руками. – Я так тебя люблю, и, если ты уйдешь отсюда в слезах, это покалечит меня.
Я изображаю улыбку и быстро целую его.
– Уже нет. Это была удивительная неделя.
– Хочешь поиграть в свою игру?
– Но это игра только Куинн и Дэвон.
– Сделай исключение. Расскажи мне о Брайсе Рэндольфе.
– Ну, этот парень еще не попал в список лузеров, – шучу я и хихикаю. – Он, вероятно, там и не окажется. Он вытворяет своим языком такое, что у меня сводит пальцы ног. Только вчера вечером, клянусь, я почувствовала его член прямо в горле, когда он взял меня сзади.
– Господи, Дэвон. Теперь я тверд.
– Тогда лучше познакомься со своей рукой. Я вот собираюсь.
– Мне не помогает мысль о том, что ты трогаешь себя – это гребаный сон.
– У нас все еще есть наши айпады. Может быть, мы сможем это сделать.
– Успокойся, сюда идет твой брат.
Брайс поворачивает нас так, что я наклоняюсь к нему, прикрывая его тело.
Куинн подъезжает, сигналя, хотя и видит, что мы ждем. Нейт крепко обнимает меня и загружает мой чемодан.
Брайс снова завладевает моим ртом, прижавшись своими губами к моим. Поцелуй становится горячим, и мне приходится оторваться, чтобы дышать.
– Я люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю.
– У нас впереди шесть часов пути, пора выдвигаться, любовнички! – кричит Куинн.
Я сажусь в машину и машу рукой, пока мы не сворачиваем за угол.
– Кто начинает?
– Я.
Я беру свой телефон и проигрываю ей запись моей стычки с Холли.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Черт возьми, это хорошо. Мне до смерти хотелось это услышать.
– Да, ну, я уже почти закончила. Нейт и Брайс слушали это раз двадцать. Брайс все еще хочет догнать ее и выругать, но я убедила его в обратном.
– Я хочу знать, ты ей что-нибудь сделала?
– Нет. Но я получила от этого не меньшее удовольствие.
– Ужас.
Куинн делает вид, что ее тошнит.
– Не могу не сказать, что я люблю секс сейчас. Почему ты не сказала мне, что я упускаю?
– Я не хотела хвастаться, когда твой единственный раз был таким дерьмовым. Затем, чтобы узнать, что вы на самом деле этого не делали – ну, просто нет слов.
– Это правда. Лучше расскажи мне обо всем, чего я еще не знаю. С подробностями.
– Ну, мои родители сводили меня с ума, но вели себя нормально, когда приехал Дин. Они полюбили его, он собирается попытаться прилететь через пару недель.
– Вау, сонное царство. Это все, что у тебя есть?
Подруга пожимает плечами, но улыбка на ее губах выдает ее.
– Давай просто скажем, что ты больше не единственная, кто занимается сексом.
– Ура! Дайте мне рейтинг восемнадцать плюс.
– Теперь я знаю разницу между сексом с мальчиком и сексом с мужчиной. И несмотря ни на что, я никогда не вернусь к первому.
– Звучит серьезно.
– Думаю, что да. Посмотрим. Эй, как ты думаешь, Нейт или Брайс могли бы достать мне два билета на выпускной и церемонию ROTC15?
– Да, но почему? Разве тебе не будет чертовски скучно? Я-то обязана идти.
– Ну, я подумала, что Дин мог бы приехать и встретиться со мной, и мы могли бы провести выходные вместе. Я хочу быть там, хорошо? Нейт и Брайс для меня как братья.
– Окей. Если ты так говоришь.
Что-то кажется странным. Кто бы охотно просидел часы скуки?
Глава 14
Кто бы ни придумал термин, что время летит, очевидно, он никогда не был влюблен и разделен большим расстоянием. Часть меня верила, что Брайс найдет способ добраться до Вирджинии, чтобы удивить меня, но этого не произошло. И с нашим расписанием было чрезвычайно трудно говорить так часто, как нам хотелось.
За шесть недель, прошедших после моего отъезда из Ноксвилла, ситуация с Холли полностью разрешилась. Она подошла к Брайсу однажды ночью, когда он работал, что было большой ошибкой. Он все еще злился на нее и практически отругал ее. Несмотря на то, что я хотела подробностей, Брайс прибегнул к мужским деталям. В общем, он сказал ей, что она стерва, раз подошла ко мне, и ей нужно забыть его. Его словарный запас был чрезвычайно красочным с такими словами, как пиз*а, бесполезное дерьмо и чертова сумасшедшая. Я не должна была так радоваться, что он был груб с ней, но я была в восторге.
Я решила, что хочу провести неделю в Дестине в качестве нашего отпуска. Брайс нашел нам коттедж на берегу, и мы уезжаем на следующий день после его выпуска. Куинн позвонила ему, умоляя взять ее с нами, но он быстро остудил ее. Подруга надулась на день или около того, но потом пообещала отомстить.
Мои ноги нервно дрожат, когда мы подъезжаем к квартире парней. Как обычно, Брайс ждет меня. Машина еще не остановилась, когда я выскакиваю и бегу к нему. Как только я прыгаю в его объятия, я снова чувствую себя целой. Его запах окутывает меня, и я обхватываю его ногами, прижимая как можно ближе.
Его губы пробегают по моей шее и подбородку, пока не находят мой рот. Я делаю глубокий вдох, вытягивая из него воздух. Он слишком быстро отстраняется и печально смотрит на меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Детка, Карен и Стив уже здесь. Твой отец очень переживает из-за того, что ты остаешься здесь и уже прочитал мне лекцию. Не знаю, как он отнесется к тому, что я растерзаю тебя при свете дня.
– Значит ли это, что ты растерзаешь меня при лунном свете? – дразню я.
– О да. Можешь на это рассчитывать.
