контакта с клиентом и завоевания его доверия.
Консультант играет сопровождающую роль. На первой встрече он, по сути дела, говорит: «Ведите меня, я последую за вами туда, куда вы захотите пойти. Я буду следовать за вами медленно или быстро – так, как вы меня поведете. Я готов идти с вами вперед или назад и даже выжидать какое-то время. Я не буду ни подталкивать вас, ни задерживать. Я не буду судить, хорошо или плохо, правильно или неправильно, нормально или патологично то, о чем вы мне рассказываете. Я с вами, и я стараюсь понять, как вы воспринимаете мир, каков он с вашей точки зрения. Цель моих комментариев – удостовериться, что мы оба услышали и поняли сказанное вами, а не указывать вам, куда идти дальше».
Отношения и чувства терапевта более важны, чем его теоретическая ориентация. Его методы и средства менее важны, чем его отношение к клиенту.
К. Роджерс
Консультант вместе с клиентом погружается в его чувства. Слишком сильные чувства следует ослабить до управляемого уровня. Для этого консультант принимает их без оценки, разделяет и помогает клиенту найти им подходящее название, понять их воздействие и использовать их энергию для положительных изменений.
Консультант выстраивает доверительные отношения с клиентом. Он не подвергает высказывания клиента сомнению, а лишь отражает их. Консультант не лжет, даже ради того, чтобы утешить или обнадежить клиента. Он сразу же честно признает свои ошибки и старается не повторять их.
Консультант принимает клиента таким, каков он есть. Он не спорит с клиентом, не критикует и не поучает его, не требует измениться. В высказываниях психолога нет ничего недосказанного или невысказанного, что можно было бы расценить как скрытое неприятие клиента: «Для начала неплохо…».
Консультант не спешит обсуждать ценности клиента. Даже если они являются антиобщественными или саморазрушительными, на первых порах лучше ограничиться предупреждением, что консультант будет на стороне здоровых сил. Безоглядное потакание такому клиенту превращает консультанта в его сообщника, а преждевременная конфронтация лишь усиливает негативные побуждения клиента и приводит к прекращению консультирования. Противоречия между клиентом и консультантом можно начать обсуждать лишь после установления доверия.
Техники, влияющие на напряжение клиента Е. В. Сидорова (2003)
Таблица 8
Терапевтические отношения по Л.Люборски
Мой стиль
Клиенты, как правило, недостаточно ясно знают, чего хотят. Они с трудом могут увидеть свою роль в возникновении трудностей и бросают задуманное, когда не получают ожидаемого результата. Они не чувствуют себя способными создавать свою судьбу, опираясь на собственные силы. Их самооценка и выбор направления жизни зависят от других. Они прерывают отношения, если поведение других по отношению к ним не соответствует их ожиданиям. Они не справляются со своими эмоциями и зачастую не могут высказать их.
Многие клиенты идеализируют меня, ожидают взаимности. Одни готовы изображать улучшение состояния ради моей похвалы. При этом, если похвалить клиента, он не поверит, покритиковать – надолго расстроится, никак не оценить – обидится на равнодушие. Другие организуют отношения со мной по принципу: «Полюби меня черненького». Ведут себя все хуже, проверяют: любит – не любит.
Поэтому я слежу: не слишком ли охотно клиент поддакивает мне или, наоборот, почему стал чаще возражать? Что думает обо мне между сессиями, какие видит сны с моим участием? Нередко клиент намекает на свое отношение ко мне, говоря о других авторитетах, или обиняком интересуется моим отношением к нему.
Клиенты долго берегут свои болевые точки от моего вмешательства, не упоминают о важных для них людях и проблемах, уповая на мою «волшебную палочку». Когда их ожидания не оправдываются, они начинают сердиться на меня, но не решаются прямо высказать свои претензии, поскольку с детства боятся наказания. Максимум, чем они могут отомстить, – это полуосознанный саботаж.
На сессиях клиенты зачастую демонстрируют беспомощность, говорят о пустяках. Они или вовсе не замечают моих человеческих проявлений или бестактно интересуются моей личной жизнью и моими близкими. На парной сессии со своим партнером или в группе обращаются только ко мне или подчеркнуто игнорируют меня. Клиенты без объяснений опаздывают и потом затягивают сессию, забывают об оплате, не договариваются о следующей сессии или пропускают ее. Оговоренное домашнее задание выполняют плохо, если вообще выполняют. Звонят мне по телефону в любое время по надуманному поводу.
Если подобное начинает входить в систему, приходится работать над границами. Тут есть опасность вызвать гнев и обиду клиента. Оскорбленный в своих ожиданиях, подкрепленных вначале моим сочувствием, клиент начинает сердиться на меня и мою профессию. Он считает меня корыстным циником, который использует его как средство наживы, рассматривает его исключительно с научной точки зрения, воспринимает его откровения лишь как материал для очередной книги. Клиент горько жалуется на бесчувственное отношение, находит «отдушину» где-нибудь на стороне и намекает, что при таком отношении я могу оказаться третьим лишним.
Я выражаю понимание его чувств – они мне знакомы по собственной терапии. Мне в таких ситуациях помогал откровенный разговор. Я предлагаю клиенту сделать то же самое и затем радуюсь его смелости и честности, благодарю за доверие. Ежедневное столкновение с проблемами клиентов, похожими на мои, – необходимое условие моего самоанализа. С клиентом нас объединяет совместная проработка проблем, которые знакомы мне самому.
Моя главная задача – помочь пациенту принять ответственность за свои поступки и за свою жизнь в целом. Я верю, что он сможет развить свою неповторимую индивидуальность и направить ее в социально полезное русло вместе с близкими по духу людьми.
В работе с клиентом и его близкими я предпочитаю опираться на позитивное в жизни клиента, на его собственные ресурсы, использую в основном позитивные подкрепления.
Когда-то я путал принятие с согласием или одобрением, нейтральностью или терпимостью, сочувствием или жалостью. Но теперь принятие для меня означает то, что клиент имеет право чувствовать и думать по-своему, и это не мешает мне сохранять к нему интерес и симпатию, даже когда мне не близки какие-то особенности его поведения.
Принять неприятные для меня стороны клиента – значит расширить самопринятие. Я нахожу положительные стороны у клиента и предлагаю ему воспользоваться этим ресурсом, чтобы он больше уважал себя и свою способность справиться с ситуацией. Сравниваю поведение клиента не с намеченным плюсом, а с прежним минусом. При возвращении его к этому минусу напоминаю ему о достигнутом плюсе.
Все свои реакции, вербальные и невербальные, я направляю на подкрепление любого движения клиента в сторону решения проблемы. Это могут быть идеи, намерения, действия. Я
