Читаем без скачивания Муж легкого поведения - Марина Серова

— То есть ты хочешь сказать, что все это время попросту подставлял Марию Викентьевну?

— В общем-то да, — нагло подтвердил Остапчук. — Но она ничего не знала. Все шло гладко и тихо. Никто бы никогда ни о чем не догадался… если бы не ты…

— Если бы не смерть Марии Крамер, — поправила я Остапчука.

— Я не убивал ее… — устало повторил он.

— Ладно, — сказала я. — Ты мне надоел. Да и некогда мне с тобой возиться. Сейчас поедем в милицию, вот там пусть с тобой и разбираются, — я поднялась со стула и достала из сумки наручники. — Это чтобы ты не вздумал дурить, — пояснила я, защелкивая их на запястьях Остапчука. Виталий Владимирович при этом даже не сопротивлялся.

Из поселка мы прямиком направились к Кире в отдел. По дороге я позвонила Володьке и предупредила, что везу к нему очередного преступника.

— Охота окончена? — спросил Кирьянов, когда мы остались с ним наедине.

— Нет, — покачала я головой. — Охота еще и не начиналась… Я так и не выяснила, кто же убил Марию Крамер. Мне теперь уже кажется, что Остапчук не виновен в ее смерти. Хотя его алиби проверить стоит.

— Ты сама этим займешься?

— Да.

— Ну, ладно, — пожал плечами Володька. — Я проверю все остальное. Уж будь уверена, он у меня расколется, если правда виновен…

— Ладно, Володька, мне пора, — произнесла я. — Устала как собака, пока бегала за всей этой гоп-компанией. Сейчас бы домой поехать… — я помолчала. — Проверю алиби Остапчука, потом сообщу тебе, если что.

— Давай, — бросил Киря на прощание.

— Пока. Будут новости — звони.

Глава 7

Остапчук настаивал на том, что он не виновен в смерти своей начальницы. Уверял, что у него есть алиби на тот вечер. Для очистки совести я решила проверить его, пока Киря занимался самим Остапчуком и его подельниками.

Виталий Владимирович сказал, что во время убийства Марии Викентьевны находился в небольшой дружеской компании — проводил вечер с приятелями и девушками, и, по его словам, подтвердить это могут несколько человек. Остапчук дал мне адреса и телефоны свидетелей, и я решила сразу же проверить их.

От Кирьянова я направилась по одному из адресов. Это была некая фирма, занимающаяся поставками компьютеров и комплектующих к ним. Приехав туда, я оставила машину на стоянке, а сама вошла в здание. Звонить директору фирмы я не стала, решила нагрянуть внезапно.

Разыскав на первом этаже офис фирмы, я открыла дверь и оказалась в приемной. Первой, кого я там увидела, была секретарша, которая при виде меня расширила глаза и воскликнула:

— Танька! Ты, что ли?! Привет!

Я изумленно взглянула на девушку и через секунду узнала ее. Это была моя одноклассница Ирка Самойленко. В школе мы были очень дружны с ней.

— Привет, Ирка! — обрадовалась встрече и я. — Вот так да! Ты работаешь здесь?

— Ну да, — кивнула она. — Секретарем. А ты какими судьбами? Компьютер нужен?

— Да нет. Я по другому вопросу, — отрицательно качнула я головой. — Я к вашему директору. Он на месте?

— На месте, — ответила Ирина, покосившись на кабинет начальника. — Сейчас доложу. — Потом хитро посмотрела на меня: — Фамилия у тебя прежняя?

— Прежняя, — улыбнулась я.

— Подожди, я сейчас. — Ирка впорхнула в кабинет шефа, вильнув крутыми бедрами, затянутыми в коротенькую юбочку.

Через несколько секунд она вернулась и кивнула на дверь:

— Входи.

Я прошла в кабинет, и Ирка прикрыла за мной дверь.

— Здравствуйте, — проговорила я, обращаясь к симпатичному молодому человеку, сидевшему за столом. — Егоров Андрей Иванович?

— Так точно, — с улыбкой произнес он. — Садитесь, — указал он на стул. — Чем могу?

— Я из милиции. Иванова Татьяна Александровна, — я продемонстрировала свои «корочки» Егорову, после чего он сразу же изменился в лице.

— Что стряслось? Я что-то нарушил?

— Да нет. Я не по поводу вас. Вы знаете Остапчука Виталия Владимировича?

— Да, — медленно произнес Егоров. — А что такое? Он что-то натворил?

— Боюсь, что да, — кивнула я. — Но в интересах следствия не могу об этом говорить, как вы сами понимаете.

— Да, конечно, я понимаю. А ко мне какие вопросы?

— Скажите, где вы находились восьмого июня в четыре часа дня?

— Господи! Я не помню! — не задумываясь, проговорил Егоров. — Понятия не имею. Наверное, на работе…

— Это очень важно, Андрей Иванович, — серьезно проговорила я. — Постарайтесь вспомнить.

Егоров нахмурился. Потом поджал губы, пытаясь припомнить, но у него не вышло. После этого он взял со стола календарь-ежедневник и стал его листать. Я терпеливо ждала. Наконец, после нескольких минут раздумий, лицо Егорова просияло.

— Вспомнил! — воскликнул он. — Я вспомнил! — уже более сдержанно повторил Егоров.

— Ну? — я вопросительно взглянула на него.

— Мы были у Ильи дома. Он купил квартиру, и мы отмечали новоселье. Я тогда с работы пораньше ушел специально.

— Кто такой Илья?

— Илья — это мой приятель. Ему как раз Виталий помог купить квартиру. И в тот день мы все были у него. И Виталий тоже, — выдал, не дожидаясь моего вопроса, Егоров.

— А вы не могли бы припомнить, до которого часа вы находились у Ильи?

— Да вот… часов с четырех и до позднего вечера. Я даже не помню, во сколько мы все разошлись. Выпили немало… — виновато произнес Андрей Иванович.

— А Остапчук все время находился с вами? Может быть, он куда-то отлучался?

— Нет, — уверенно покачал головой Егоров. — Никто никуда не отлучался. Нас там было человек восемь… Все были на месте. И Виталий тоже. А что случилось? — снова задал вопрос Егоров.

— Следствие установит, — отрезала я и поднялась. — Андрей Иванович, вас могут вызвать в милицию для дачи официальных показаний. Так что не отлучайтесь никуда из города, — напоследок сказала я.

— Хорошо, — непонимающе произнес Егоров, провожая меня взглядом.

Я покинула кабинет Егорова, все еще слегка сомневаясь в его словах. С одной стороны, мне казалось, что Остапчук не лжет, но с другой… слишком уж хорошо, как оказалось, помнил тот день Егоров. Может быть, они заранее договорились?

Ирка сидела на своем месте и трепалась с кем-то по телефону. Увидев меня, она тут же распрощалась с собеседником и положила трубку.

— Ну, расскажи хоть, как у тебя дела? — затрещала она. — Чем занимаешься?

— Работаю в милиции, — соврала я.

— Да что ты! — ахнула Самойленко. — А к Андрею чего приходила? По работе?

— По работе, — отозвалась я и тут же спросила, предупредив очередной вопрос Ирины: — Слушай, как ты считаешь, твоему шефу можно доверять?

— Ну, да… — задумчиво произнесла она. — А в каком смысле?

— В смысле, может он соврать, чтобы прикрыть кого-то?

— О чем ты? — не поняла Ирка.

— Ты не знаешь такого — Остапчука Виталия Владимировича? Приятель твоего шефа.

— Конечно, знаю, — усмехнулась Ирка. — Тот еще типчик.

— В каком смысле?

— Кобель, — коротко резюмировала Самойленко. — Мы тут недавно отмечали кое-какой праздник, — доверительно сообщила она. — Один дружбан Андрея хату прикупил через этого самого Остапчука. Так вот, мы у него бухали, а этот Виталик меня весь вечер так откровенно домогался…

— У Ильи?

— Ну, да, — опешила Ирка. — А ты откуда знаешь?

— Работа у меня такая, — многозначительно произнесла я. — И что, Остапчук тоже там был?

— Да.

— Долго?

— Да все время. Часов с четырех и до половины двенадцатого. Не отходил от меня ни на шаг. Андрей даже ревновать начал, — снова хихикнула она.

— Ясно, — произнесла я.

Ирка принялась повествовать мне об интимных подробностях того вечера, но я уже не слушала ее. Я думала об Остапчуке. Выходит, он сказал правду, и в тот вечер не мог быть дома у Марии Крамер. Правда, это все равно еще не доказательство его невиновности. Но с другой стороны, ему ничего и не надо доказывать. Зато мне нужно доказать, что он виновен…

— Представляешь? — Ирка уставилась на меня широко открытыми глазами.

— Ага, — не слыша ни слова из ее рассказа, кивнула я. — Ты извини, Ира, я бы пообщалась с тобой еще, но надо бежать. Служба, — улыбнулась я.

— Ну, ладно, — ничуть не расстроилась Самойленко. — Давай, звони как-нибудь.

— Пока, — махнула я Ирке на прощание.

Теперь мне стало окончательно ясно, что Остапчук не лгал.

Алиби у него действительно было, хотя у меня все же оставались еще некоторые сомнения: ведь Виталию Владимировичу совсем необязательно было самому, лично, убивать Марию Викентьевну, он мог и нанять кого-либо. Но этой версией пусть занимается Кирьянов. Теперь это его забота.

Я знала, что Киря сумеет вытрясти из Остапчука все, что только возможно. И если Виталий Владимирович в чем-то замешан, то после разговора с Кирей он непременно сознается в этом.