лет 15. Большинство сделано на море. Вот, на одной я … Вот на этой я стою с тогдашним другом, который сильно теперь напоминает…
–За каждую фотографию, с полными правами использования мы предлагаем стоимость Вашей частной консультации.
–Вы предлагаете мне 300 000 баксов за то, чтобы использовать мои детские снимки в своих дизайнерских целях?
–Абсолютно верно!
–Секундочку, мне нужно подумать, мне тут трудно дышать, я выйду на пару минут на балкон и покурю. Один!
–Разумеется!
Я выкуриваю два стика. Высокий мужчина походу татарин или что-то вроде того. Его лицо определенно напоминает, того самого друга юношества, с которым случилась мутная история. Но Господи, как он вытянулся, разве такое возможно? Меня смущает высокая цена, которую они готовы заплатить, у меня нехорошее предчувствие, но деньги… деньги очень хорошие, тем более за фотографии, о которых я и знать не знал…
Я слышу голоса в комнате и с неприятно закипающей злостью открываю дверь балкона, заходя в комнату. Мой отец не упустил шанса "помочь с решением":
–…Он очень гордый и не берет деньги, даже когда они ему нужны, поверьте мне – я его знаю, стоит Вам уйти и дать ему все переварить – никаих сложностей в уступке прав не будет.
–Какого хера ты тут делаешь?
–Я искал зарядку и разговорился с твоими друзьями. Они сделали щедрое предложение, и, зная что тебе сейчас не помешают деньги, я принял это предложение уважаемых господ. Мы все обдумаем и примем правильное решение.
Кровь вскипела в жилах и ударила в голову. Мне хотелось ударить его прямо между трусливо бегающими глазками, и я медленно, прожигая его взглядом, начал подходить к нему вплотную. Пытаясь себя контролировать чтобы не опозориться окончательно, я медленно отвечаю:
– Сейчас… ты вернешь деньги или…это все закончится очень плохо…
Каждое слово ощущалось ударами плети, под которыми он сжимался все сильнее и сильнее. Я подошел вплотную и видел как он боится, хоть и старается держать лицо. До тошноты знакомое лицо. Он смотрел на меня одновременно с мольбой, и безумной упертостью. Я обернулся к гостям, но их уже не было в комнате.
–Ты обдумаешь их предложение, переспишь с мыслью о нем и я уверен, что примешь правильное решение.
–Я верну им деньги!
Бегу по винтовой металической лестнице. Внизу два ресторана с верандами. В них сидят парочки, открыто обсуждающие посетителей другого. Один ресторан республиканский, другой – имперский. Все делают вид, что не слышат комментарии в свой адрес, начинают смеяться еще громче, шутить еще более жёстко, я думаю, что скоро начнется понажовщина.
Я поднимаюсь на крышу, переходящую в один большой ночной клуб под открытым небом, он имеет несколько уровней и вьется вокруг большого озера, напоминающего Чистый пруд. Вокруг куча обдолбанных и пьяных людей. Вот кто-тонюхает жирную дорогу прямо с бардюра, стоя на коленях. Это девушка с симпатичной попкой, ее короткая юбка задрана так, что ее как-будто и нет, под темными порванными колготками нет нижнего белья и можно разглядеть знакомые очертания слегка выпирающего клитора, вокруг которого характерное, зовущее, влажное пятно. Подхожу поближе и узнаю – это же С-а!
–С-а, сколько лет, сколько зим! И ты тут?
Она медленно приспускает юбчонку вниз, поднимается, без какого либо смущения, смотрит в глаза томно, игриво и пристально одновременно, и отвечает веселым, слегка осипшим от сигарет голосом:
–Какие люююдии! Да, и ты здесь… какими судьбами?
–Да не похуй ли? Планета катится в ебеня, давай покутим вместе, вспомним былые времена, где были совсем молоды и где Империя была немного свободнее. Давай окунемся в эту иллюзию еще раз?
Я притягиваю ее к себе и сжимаю в объятьях, начиная тискать ее упругие сиськи под тонкой маечкой. Она порочна но честна перед собой. Хотя бы в отношении порока. Это сводит меня сума. Я чувствую как мой член уже упирается ей в попку. Она закидывает руку назад, гладит меня по волосам и запрокинув голову, страстно целует в губы. От нее несет табаком, алкоголем в перемешку с тем же дурманящим ароматом духов, как и 10 лет назад, мы стоим полуживые, в попытке не потерять сознание, возбуждаясь от ощущения, что жизнь может оборваться вот-вот, чувствуя свободу в мыслях, чувствах, действиях, отдаваясь полностью всему хаосу, с которым окружающие почему-то борятся.
******
Эпидемия зашла слишком далеко. Так говорили по новостям. Я думаю, что слишком далеко зашла борьба страха и жадности… Времена настали чрезвычайные – не до нежностей! Ни к себе, ни к другому! За последнее время в мире многое поменялось. Президентство сочло эффективной практику Империи по поглощению безобидных соседей. Сенаторы и крючководы учли ошибки первопроходцев. В момент «Х» на серверах Президентства возник случайный сбой. В результате большая часть мира осталась без доступа к сети. Когда на утро следующего дня неполадки удалось исправить, мир проснулся в другой реальности. Территория Президентства расширилась на север и на юг. Оказалось, что вопросы по дележке пирога заканчивающихся ресурсов Планеты, многократно заложенного под проценты себе же, можно решать весьма эффективно и быстро! Оказалось, что массы более чувствительны к кнуту. Мир все более отчетливо начинал походить на огромную мясорубку. Мухи, по-началу ажиоотажно пирующие над кровавым фаршем, со временем пресытились и вяло расползлись по углам, лишь изредко подлетая к уже подгнивающей массе, придирчиво выискивая наисвежайшую кровь. На фоне всеобщей паники, крупнейшие акулы раскупили ресурсы по дешевке, а потом стали планомерно выдавливать с рынка рыбу помельче. Всем стало понятно, что теперь самое дорогое это время. С каждой секундой огромные МОНСТРЫ гребут под себя золото и никель.
Кто-то, кто успел, прикупил акции МТсЛы на просадке, в надежде сбежать с Земли на Марс. Но вскоре стало понятно, что улетят далеко не все. Количество мест на двенадцати звездолетах МТсЛы было недостаточным – всего 144 000, а желающих было в сотни раз больше. Большая часть билетов была распределена еще до начала торгов – преимущество получали крупные спонсоры, вип-клиенты и ценнейшие умы корпораций. В процессе дальнейшего распределения мест, учитывая повышенный спрос, было принято решение, что оставшиеся билеты, будут обмениваться только на акции МТСла. Таким образом, их стоимость улетела в небеса, и мелкие инвесторы могли с одной стороны – порадоваться хорошему плюсу, а с другой – мириться с неприятным осознанием, что имеющегося колличества акций недостаточно для того, чтобы сбежать с тонущего корабля. Уровень безработицы достиг 66%. На улицах городов начали сбиваться
