Читаем без скачивания Джек Ричер, или Заставь меня - Ли Чайлд

– Будем вам весьма признательны, мы уже начали хвататься за соломинки.

– Без дураков. Заметки Кивера такие же паршивые, как мои.

– Но больше у нас ничего нет.

– Тем не менее у вас есть пропавший человек и слух о двух сотнях смертей; вам не кажется, что следует попытаться обратиться в полицию?

– Я был полицейским, – сказал Ричер. – И знаком со многими полицейскими. Я ни разу не встречал того, кто добровольно согласился бы на дополнительную работу. Я могу гарантировать, что на данном этапе они не станут нас слушать. Пока не станут. Как не стали слушать вы.

– Я могу проверить, – повторил Уэствуд. – Но я не понимаю, как может помочь фальшивое имя.

– Возможно, оно приведет нас к настоящему, – ответил Ричер.

– Но каким образом за ним может быть скрыто настоящее имя?

– Проверьте, чьи звонки вы перестали принимать перед тем, как к вам обратился Мэлоуни. Это и будет клиент.

– Так мы получим нескольких кандидатов. Я блокирую многих людей.

– Мы разберемся. Нам поможет география. Мы знаем, что он нанял сыщика из Оклахома-Сити и читает «Лос-Анджелес таймс». Это сузит рамки поисков.

Уэствуд покачал головой.

– Мой телефонный номер не так просто отыскать. Я не плачу «Гуглу», чтобы он поместил меня на самом видном месте. Если у вашего человека оказалось достаточно навыков, чтобы извлечь его из глубин Интернета, то он читает газеты в Сети. Это точно. Такие парни не покупают обычные газеты вот уже лет десять. Он может жить где угодно.

– Это радует, – сказал Ричер.

– Давайте встретимся в моем офисе через час. В здании «Таймс».

Чан кивнула.

– Я знаю, где оно расположено.

К ним подошла официантка, Уэствуд заказал завтрак, а Ричер и Чан ушли, чтобы он мог спокойно поесть.

Не прошло и десяти минут, как в двадцати милях к югу от Материнского Приюта мужчина с уложенными волосами и в выглаженных джинсах получил второй звонок по стационарному телефону. Его агент рассказал, что Хэкетт наблюдал за встречей в кафе, расположенном в Инглвуде. Он находился слишком далеко, чтобы услышать весь разговор, но уловил имя Кивера, а также прочитал по губам, когда Чан сказала, что они в тупике. В конце разговора они условились о новой встрече; где именно, он не понял, однако услышал, как Чан заявила, что знает, где это находится. Хэкетт намерен проследить за Уэствудом – он не сомневается, что журналист приведет его в нужное место.

Глава

25

«Лос-Анджелес таймс» занимала симпатичное старое здание, построенное в стиле ар деко в центре города. Система безопасности в нем больше подошла бы правительственному агентству. Здесь даже имелась рентгеновская рамка с металлодетектором. Ричер не знал, зачем нужны такие предосторожности. Может быть, дело было в раздутом самомнении. Он сомневался, что «Таймс» является одной из важнейших целей террористов. И даже едва ли занимало место на четвертой или пятой странице списка. Однако выбора не было. Он высыпал монеты в специальный поддон и шагнул через рамку. Чан немного от него отстала – ей мешали чемодан и куртка, которую она держала в руках.

Наконец они прошли дальше, получили пропуска и поднялись на лифте наверх. Офис Уэствуда оказался квадратной комнатой, отделанной в кремовых тонах. Вдоль стен шли полки с книгами и стопками газет; возле окна стоял красивый письменный стол с компьютером и двумя мониторами. Уэствуд сидел в кресле перед компьютером и читал электронную почту. Его огромная парусиновая сумка, набитая книгами и газетами, была раскрыта и валялась на полу. Из нее торчал угол металлического лэптопа. Из-за двери доносился шум – деловые люди решали важные проблемы. За окном, на ярко-синем небе сияло солнце Южной Калифорнии.

– Сейчас я закончу, – сказал Уэствуд. – Садитесь.

В его голосе появились новые интонации.

Ричеру и Чан потребовалось приложить некоторые усилия, чтобы сесть; для этого им пришлось убрать стопки журналов и газет с двух стульев. Уэствуд закрыл электронную почту и повернулся к ним:

– Мой юридический отдел обеспокоен. Речь идет о проблемах конфиденциальности. Наша база данных является закрытой.

– А какие возможны проблемы? – спросила Чан.

– Тут все неопределенно. Они адвокаты. Все может оказаться проблемой.

– Это важное расследование.

– Они утверждают, что важные расследования сопровождаются ордерами и повестками в суд. Или хотя бы заявлениями о пропавших людях.

– Почему вы решили посоветоваться с адвокатами? – спросил Ричер.

– Потому что я обязан, – ответил Уэствуд.

– Вы говорили с ответственным редактором?

– Он не видит здесь истории. Мы изучили досье Кивера. Он сильно пьет, и теперь это никому не нужный старый частный сыщик.

Чан ничего не сказала.

– Я никогда с ним не встречался. Но мне он понравился. Он выше среднего во всех отношениях, если не считать некоторой импульсивности. Но приступы импульсивности вызваны самыми лучшими намерениями. И даже если считать, что его лучшие годы позади, по сравнению с населением Материнского Приюта он настоящий Джеймс Бонд. Тем не менее они до него добрались.

– Вы не можете этого знать.

– Но давайте предположим, что так все и случилось. Предположим, что там происходит нечто странное с двумя сотнями погибших. Тут ведь есть история, верно? Есть то, что сразу вызовет интерес к «Лос-Анджелес таймс». Вы сможете находиться в центре внимания в течение недель. Вы можете получить Пулитцеровскую премию. Попасть на телевидение. Можете заключить договор на сценарий…

– Возвращайтесь ко мне, как только у вас будет что-нибудь серьезное.

– Как вы оцениваете наши шансы?

– Один из ста.

– Не из двухсот?

– Ваши теории не являются уликами.

– Вот вам еще одна теория. Мы выходим от вас, оставив один шанс из сотни получить отличную историю, «Лос-Анджелес таймс» потеряет эксклюзивные права, а все газеты начнут отчаянную борьбу за выигрышный материал. Вот почему, если вы толковый редактор, даже при одном шансе из ста вам стоит попытаться получить преимущество над вашими конкурентами. Вот почему, как только мы дойдем до лифта, вы начнете проверять базу данных по звонкам от человека по имени Мэлоуни. Так что просто перестаньте беспокоиться.

Уэствуд ничего не ответил.

– Что изменится, если мы останемся? – спросил Ричер.

Наступило долгое молчание. Наконец журналист снова повернулся к мониторам, щелкнул мышью и напечатал несколько символов. Логин и пароль, сообразил Ричер. К базе данных – так он надеялся. Чан подалась вперед. На мониторе появилась поисковая страница. Какая-то программа собственного производства, несомненно, отлично приспособленная для решения подобных проблем, но слишком сложная. Уэствуд выбрал несколько возможностей. Вероятно, изолировал собственные заметки, чтобы отсечь информацию, не имеющую отношения к делу. В Лос-Анджелесе могла жить сотня Мэлоуни. Или двести. Звезды спорта, бизнесмены, актеры, музыканты, городские знаменитости…

– Все теории следует проверять, – сказал Уэствуд. – Это основная часть научного метода.

Он напечатал Мэлоуни.

Щелкнул мышью.

И получил три результата.

База данных показывала, что Мэлоуни трижды входил с ним в контакт. В первый раз немногим больше двух месяцев назад, затем еще через две недели, а в последний раз позвонил менее месяца назад. То есть получился промежуток в пять недель, который закончился четыре недели назад. Исходящий номер телефона оставался неизменным во всех трех случаях. Код 501 – никто его не узнал.

Уэствуд не сделал никаких записей относительно всех трех звонков. Он лишь зафиксировал имя, номер, день и время – и отправил все три звонка в папку с названием «З».

– И что она означает? – спросил Ричер.

– Заговоры, – ответил Уэствуд.

– Какого рода?

– Самого разного.

– Приведите пример.

– Противопожарная сигнализация должна стоять в каждом доме, там же есть микрофоны и видеокамеры, имеющие беспроводное соединение с правительством. А еще капсулы с ядом – на случай, если правительству не понравится, что вы говорите или делаете.

– Кивер не стал бы терять время на подобные вещи.

– А я не стал бы игнорировать что-то серьезное.

– Возможно, Мэлоуни объяснил свои мысли не слишком хорошо.

– Полагаю, такого быть не может.

– Вы уверены, что совсем ничего не помните о Мэлоуни?

Вместо ответа Уэствуд несколько раз щелкнул клавишей мыши, и на экране появился список всех полученных им звонков. Экраны были большие – целых два – и оба практически полностью заполнены.

– А мы в вашем списке есть? – спросил Ричер.

– С сегодняшнего утра, – кивнув, ответил Уэствуд.

– И в какую папку вы нас отправили?

– Я еще не решил.

Чан достала телефон и набрала номер Мэлоуни. Код 501 и семь цифр. И включила громкую связь. Послышалось шипение подключающейся системы – и гудок.