Реку она прошла уже давно, еще когда к дриадам путь держала. Значит, это она? Поляна, на которой водятся шершни?
Про них она только слышала от Зафиру. Да и то вскользь. Авантюрист неохотно вспоминал этих летающих гадов. Говорил, что это мерзкие твари, к которым лучше не соваться. Если появился один, то почти наверняка прилетит еще. А там соберется целый рой, от которого еще поди, убеги.
Ко всему прочему их самки ядовитые, в отличие от самцов. Хорошо, что встречаются реже. Жала с ядом пользовались огромной популярностью среди алхимиков и лучников. Последние обожали отравленные стрелы. Попал в монстра и бегай вокруг, жди, пока подохнет. Долго и нудно, зато работает. Главное, чтобы выносливости хватило. Собственно, ее лучники предпочитали всему остальному. Бегать, бегать и еще раз бегать. Другими словами — ноги кормят.
Вот только, несмотря на все плюсы, соваться к шершням не очень любили. Не самые простые для охоты монстры. Заработать можно другими путями, менее опасными.
Халльвега обернулась через плечо. Узкий проход меж двух скал открыт. Уйти всегда успеет, зато никогда прежде не видела шершней. Это должно быть интересно. Главное — помнить про яд. Сразу не убьет, но каковы будут последствия? Об этом Зафиру ничего не сказал.
Авантюра чистой воды. Ну, так на то она и авантюрист, чтобы влипать в передряги.
Держа свое оружие наготове, осторожно двинулась на поляну. Только не сразу в центр, а осторожно по краю. Смотрела во все глаза. Трава высокая, по колено. Кое-где еще выше вздымаются высокие столбики с желтыми цветами, облепившими стебель на манер зерен в початке кукурузы. Эти как раз ближе к центру расположены, эдакий желтый остров в разноцветном море.
Шершней не видно. Либо она не понимает чего-то, либо не знает, куда смотреть. Последнее ближе к истине. Если только рой не вздумал куда-нибудь прогуляться.
Одно неловкое движение и жужжание у самых ног заставило быстро и проворно отскочить. Острое лезвие моментально уткнулось в то место, откуда раздавался опасный звук.
Густая трава зашевелилась и показалось мохнатое тельце.
Какая прелесть! На мгновение Халльвега позабыла, что перед ней монстр. Настолько необычным и милым показался этот увалень.
Толстая тушка, покрашенная в полоски желтого и белого тонов. Пушистая, что так и хочется запустить руки в мягкий пух. Большие блестящие крылья, переливающиеся в свете солнечных лучей. Черные фасетчатые глаза и длинные усики с мягкими помпонами на концах фиолетового цвета.
Честное слово, этот комок так и хотелось взять в руки и затискать.
Халльвега потрясла головой. О, небо, что за глупости кружатся в голове! Так, сосредоточиться. Не то натворит бед на свою голову.
Тем временем шершень неторопливо выползал из травы, смешно перебирая лапками. Неуклюжий, неповоротливый. Он вертелся и попутно жужжал.
Вот крылья расправил, некоторое время обтрясал их от капель дождя, оставшихся на траве. Похоже, солнце не успело до конца просушить монстров, поэтому они все спали, нежась в теплых лучах.
Наконец, приготовления были закончены. Шершень взлетел.
Вся неповоротливость слетела вмиг.
Халльвега пригнулась и ушла вбок от резкого выпада в свою сторону. Монстр пытался ухватить ее жвалами, которых изначально она не заметила. Быстрый, резкий. Ничего общего с тем увальнем, которым был на земле.
Увернулась от еще одной атаки. Попыталась ударить в ответ — клинок распорол воздух. Гигантское насекомое молниеносно сместилось в сторону. Зависло в воздухе, противно жужжа. Чуть покачалось влево-вправо, и вновь пошло в атаку.
Лапки шершня оказались прочнее, чем ее клинок. Раздался противный скрежет. Едва вырвала лезвие из шипастых лап. Похоже, под них тоже лучше не попадать, распорет тунику как нож масло.
Слабое место. Слабое место. Где же оно у монстра? Не видит. Похоже, нужно убить первого, чтобы навык начал работать. Либо это его особенность, либо еще слишком слаб.
В любом случае нужно драться. Не то ее сейчас сожрут.
Шершень уходил от любой атаки. Проводил свои, бросаясь на нее с противным жужжанием, усиливающимся по мере приближения. Мерзкий звук.
И все-таки она нашла, как можно противостоять быстрой твари. В момент, когда шершень кидался в атаку, он не мог увернуться с той скоростью, с которой обычно вытворял свои фокусы. Главное самой не подставиться под удар.
Реакция не подвела. Меч единственным прямым ударом по мохнатому брюху распорол то пополам. Никакой защиты. Вообще. Даже непривычно.
Халльвега осмотрелась по сторонам и осторожно присела возле поверженного монстра. Клинок не убирала, держа наготове. Поляна полна шершней. Здесь ни в коем случае нельзя зевать. Повезло, что они не высовываются после дождя.
Крылья срезать не получилось. Брызнули осколками и блестками осыпались на землю. Вполне логично. Здесь нужен специальный нож, который стоит дороже, чем ее меч. И которого, разумеется, у нее нет.
Зато удалось набрать пыльцы с тела. Та хранилась на меховом воротничке возле головы и не пострадала от удара.
Ссыпая серебристый порошок в холщовый мешочек, осматривалась по сторонам. Заказ на дриад она выполнила, поленья в сумке. До заката еще часа четыре, не меньше. Полтора часа на возвращение в город. И там до гильдии. Плюс возможные неурядицы по дороге. Итого у нее еще есть минимум час или полтора на то, чтобы попытаться собрать немного пыльцы с шершней.
Вопрос — стоит ли рисковать дальше, если крылья собрать она не в состоянии и половина пользы с мохнатых увальней пропадет?
Однозначно стоит.
Халль выпрямилась, убирая мешочек в сумку. Закинула ту за плечо, закрепила у пояса, чтобы не мешалась при движении. И отправилась на поиски новой цели.
Успела вернуться в Сал Нари Завал до заката. Рука ужасно болела, несмотря на наложенные бинты и зелье регенерации. Оно было совсем слабым, единственное ей по карману. Должно помочь, но, черт возьми, как же больно. Последняя тварь попала своими черными лапками по левой руке, распоров ее так, что самой смотреть страшно. Бинты пропитались кровью, прежде чем зелье начало хоть как-то действовать.
Нужна защита на левую руку. Хоть что-то, не то она рискует вовсе остаться без руки. Понятное дело, что лучше без нее, чем с распоротым горлом, но две конечности лучше, чем одна. Защита все равно необходима.
Стояла у городских врат возле доски и изучала содержимое разноцветных листиков.
Проклятье. От боли на глаза наворачивались слезы, мешая нормально видеть. В покое та ощущалась еще сильнее, деваться было совершенно некуда.
Махнув рукой, направилась к Гильдии Торговцев. По пути заглянула в лавку и купила себе бутыль не самого крепкого напитка. Очень хотелось взять покрепче, но продавщица, услышав причину, посоветовала не рисковать.
