Все это Рогволд пересказал по дороге слушавшему его с раскрытым ртом хоббиту, пока они шли к видневшимся возле самого Частокола длинным двухэтажным домам. Здесь помещались две сотни арнорских конников, поставленных в Пригорье повелением Наместника после того, как участились разбойные нападения на Восточном и Зеленом Трактах.
— Нельзя сказать, чтобы все было впустую, — сказал Рогволд. — Дружинники сутками не вылезали из седел, рыская по окрестностям в поисках неизвестных грабителей. Кое-кого они поймали и тотчас же повесили. Теперь все же потише, чем было, скажем, два года назад.
Стоявший у входа воин в полном боевом вооружении молча преградил им путь своим длинным копьем.
— К кому идете, почтенные? Доложите о себе, и я передам вашу просьбу сотнику.
— У нас важное дело именно к нему, почтенный, — вежливо ответил молодому воину Рогволд. — Мои друзья и я, похоже, знаем, где находится один из отрядов мятежников.
На лице воина появилось тревожно-озабоченное выражение. Он потянул за висевшую возле него веревку, и где-то в глубине дома зазвякали колокольчики.
— Это точно?! — У караульного засверкали глаза, на судорожно сжавших древко копья кулаках побелели костяшки. — Вот хорошо бы! Конец тогда всему этому безобразию.
Из глубины дома появилось еще трое точно так же вооруженных воинов. На каждом — наборный панцирь, высокий остроконечный шлем, у пояса — длинный меч, за плечами — бело-синий плащ с вышитым арнорским гербом. Шедший в середине уже немолодой коренастый воин с загорелым, обветренным лицом выступил вперед.
— Я Нарин, начальник караула, — сказал он негромко, чуть хрипловато. — Что вам угодно? О чем вы хотите сообщить?
Рогволд повторил. Старый воин ничем не выдал своего волнения, разве что голос, которым он скомандовал пришедшим «За мной», стал более хриплым. Караульный остался на посту. Рогволд, Фолко и Торин в сопровождении Нарина и двух молчаливых молодых воинов зашагали в глубь обширного воинского дома.
Они долго шли по коридору и остановились у самой дальней двери. Возле нее также стоял часовой.
— У себя ли Капитан? — спросил караульного Нарин.
— У себя. Что у вас к нему?
— Важное дело, пропусти скорее! — Часовой молча посторонился, и Нарин, проходя мимо него, на ходу бросил: — Похоже, будет драка…
Они оказались в небольшой светлой комнате с приятным запахом смолы, исходившим от свежих, недавно нашитых на стены тонких досок. Вдоль стен стояли широкие скамьи: их спинки, как и входная дверь, были покрыты резным узором. Посреди стоял большой круглый стол, возле него — восемь деревянных резных кресел. По стенам было развешано разнообразное оружие, сверкала начищенная сталь панциря, распятого, точно шкура диковинного зверя. В противоположной стене виднелась еще одна дверь, уже безо всяких украшений, сбитая из обожженного дубового бруса.
— Прошу садиться, — обратился к гостям Нарин. — Капитан сейчас выйдет. Эй, Хервин! — повернулся он к одному из сопровождавших его молодых воинов. — Ну-ка, быстро карту на стол!
За дубовой дверью послышался звук шагов. Все воины, включая Нарина, тут же выпрямились и приосанились. Капитан быстро вошел в комнату и остановился, не доходя двух шагов до стола, на котором была расстелена карта.
— Приветствую вас, почтенные, — зазвучал мягкий, совсем не воинственный голос. — Легка ли была ваша дорога? Что привело вас сюда? Какие обиды или оскорбления запятнали честь Королевства, а значит — и мою честь? Поведайте мне, и, поверьте, мы найдем способ удовлетворить вас! Я ведь не только командую пригорянской дружиной, я еще и шериф этой местности. Я слушаю вас!
Капитан прошел к столу и сел, не выказывая ни малейшего удивления по поводу того, что на столе развернута карта. Теперь хоббит мог разглядеть командира арнорского отряда как следует.
Он был молод — наверное, ему едва исполнилось тридцать лет. Высокий лоб, ясные глаза, чистое, открытое, чуть удлиненное лицо — все это тут же расположило к нему хоббита. Фолко услышал, как за его спиной одобрительно крякнул Торин.
— Я приветствую почтенного Рогволда, — продолжал Капитан. — Вы уже давно не заходили в Пригорье, уважаемый… Итак, я слушаю вас, и пусть ваши спутники назовут себя, если пожелают! — Он откинулся на спинку кресла.
— Торин, сын Дарта, гном с Лунных Гор.
— Фолко, сын Хэмфаста, Брендибэк, из Хоббитании.
Капитан учтиво наклонил голову.
— Мое имя Эрстер, сын Корста. Я слушаю вас!
Трое пришедших переглянулись. Рогволд кашлянул и заговорил. И пока он рассказывал о происшедших событиях, Фолко с удивлением и разочарованием следил, как менялось выражение на лице Капитана Эрстера. Оно стало вдруг мрачным, подавленным, точно ему сообщили о смерти близкого друга или родственника. Под конец Капитан не сдержал досадливого восклицания.
— Это важно, очень важно, все то, что вы сказали, — медленно произнес он. — Но я не могу бросить свою дружину в неизвестность, просто так, не имея на то прямого приказа! Нарин! Что ты об этом думаешь?
Старый воин смущенно кашлянул.
— Надо выступать. Капитан. В Могильниках что-то светилось прошлой ночью — это точно. Надо, всенепременно надо проверить!
Он даже подался вперед. Лица стоявших рядом с ним молодых воинов выражали полное одобрение. Однако Капитан только поморщился.
— Это я и сам знаю, — не очень вежливо ответил он и принялся расспрашивать хоббита и гнома обо всех подробностях их встречи с загадочным отрядом.
От волнения хоббит отвечал, едва ворочая языком, и думал только о том, чтобы с перепугу чего-нибудь не перепутать. Выслушав их, Капитан несколько мгновений сидел в глубоком раздумьи, потом поднял голову и в упор взглянул сперва на гнома, потом на хоббита.
— Это все, что вы хотели мне рассказать? Торопитесь, нам надо действовать быстро.
Гном толкнул Фолко локтем, хоббит вопросительно взглянул на него.
— Расскажи про покойника! — шепнул другу Торин.
Фолко, запинаясь, кое-как выложил историю с найденным у дороги убитым хоббитом. Капитан помрачнел, вздохнул, а потом приказал Нарину, чтобы тот записал это в донесение.
— Все это листья одного дерева, как сказали бы эльфы, — проронил он, вновь склоняясь над картой. — Одно к одному… Так. Что-нибудь еще?
Несколько растерянный столь явным равнодушием к своему рассказу, Фолко потупился. Тогда заговорил Торин и от начала до конца рассказал Капитану всю историю с дракой в трактире, упирая, главным образом, на горбуна Санделло и странно одетых людей в зеленом. Капитан встрепенулся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
