- Где он берет эту гадость? - Бонд медленно опустился на ближайший ящик, обессилено опустив пистолет. - Кто ему продает?
- Охранники, больше некому. Видимо, он не зря туда мотался регулярно, сбывая найденное в разрушенных районах. Для грагеров мягкие игрушки, цветные книжки, поделки из фарфора - как сувениры. Пацаны, что тут подрабатывают, рассказали, что пикап забивали под завязку. В обмен Федор что-то получал. Заодно и дурь.
- Федор? - не сообразил поначалу собеседник. - Мы о ком?
Змей вздохнул. Хвостатый жабо-ящер вообще выглядел тускло. Похоже, происходящее его совсем не радовало.
- Мы про Фермера. Его зовут - Федор... Вот же сумасшедший мир, людей по прозвищу чаще опознают, чем по родному имени... Это для соседей он Фомка-Фермер, а зовут его на самом деле - Федор. Жалко, фамилию не знаю...
- Покойнику фамилия ни к чему, - убрав ствол, Бонд медленно наливался злобой. - И где этот съехавший с катушек наркоман? Где этот психопат шизанутый?
- По рынку бегает, в поход собирается.
- А товар?
Хвостатый инопланетянин протянул лапу и приподнял замызганный брезент:
- Здесь все. Вон, обе боеголовки. За пару дней должны добыть последнюю, и можно планировать операцию по прорыву к воротам...
- Думаешь, у нас есть эти два дня? Или три? Или неделя?.. Нас на кукан наденут с часу на час, а вы про...
- У Фермера есть пара дней, не больше. Он не зря столько драк-ка в шею вколачивает. И не зря с катушек съехал, спустив в канализацию всю репутацию, наработанную за эти годы. Он умирает, Бонд. Умирает... И нам лучше молиться, чтобы Федя сумел китайцев окучить. Потому что если последнюю бомбу не добудем, вся операция пойдет псу под хвост. Ведь ворота можно и одним зарядом выбить, если повезет. Но тогда стазис полю конец, а вслед конец и нам. Одной рванувшей боеголовки вполне хватит, чтобы на Периметре поставили точку. Вместе со всем содержимым.
- Я на это не подписывался, - американец подошел к покрытым копотью железкам, полюбовался на окалину и набросил сверху брезент. - Мы говорили, что все сделаем тихо, без лишнего внимания. А вместо этого предстоит война с целым городом.
- Зачем им воевать, если забора не будет? Свобода, можно перебраться в другое место, и не надо будет подыхать здесь.
- Подыхать? Скам, ты сам никакую херню не потребляешь? У тебя что, мозги отсохли? Кто выпустит из-за Периметра зеков? Даже если ворота в нем откроются, их с той стороны танками подопрут. Все, парень, этот гадюшник навсегда. Отличный способ вычистить собственные конюшни, свалив все дерьмо мира в одну канаву... Да и не нужна эта свобода никому из местных царьков. Всем нужно - править. Нужна власть, оружие, бабы и жратва от пуза. А уж рабами остальных сделать - только спят и видят. Поэтому - я так решил. Вы меня в эту херь втравили, вы все через жопу устроили, значит и ответ вам держать. Добывай своего черножопого приятеля, который жуков с листьев собирает, и наверх. Там за вами присмотрят. Я пойду Фермера ловить, пока он не съебался к узкоглазым. Мне для полного счастья еще только войны с китайцами не хватает... В теплице поставлю охрану, а через день-другой соберу соседей и будем решать, что с бомбами делать. Потому как у меня эшелона автоматов нет, и не предвидится. Если только в самом деле Тамагочи придумает, как защиту снять. Тогда начнем торговаться с Кремлем. Или с настоящими арабами... Понял меня, Змей? Выдергивай ниггера и наверх. И без шуток...
Подождав, пока хозяин рынка не закроет за собой тяжелую дверь, скам пробурчал себе под нос:
- Вообще-то его Роджер зовут. И даже 'убитый' Федя больше черномазым нашего профессора не называет... И ведь культурный человек, вроде как: бывший профессиональный разведчик... Эх...
Прибрав разбросанные по полу инструменты, Змей высунул голову в теплицу и прорычал:
- Эй, обезьяна африканская! Давай собираться. Янки приказал нам свежим воздухом дышать. Шибко он на латифундиста нашего обиделся. Пойдем, пока здесь стрелять не начали. А то вас, людей, не поймешь. Все через жопу, хоть дружба, хоть вендетта...
* * *
Уже полчаса, как ставшие временно безработными скам и негр куковали на крыше одного из контейнеров, подставив голые брюха жаркому солнышку: одно брюхо черное и одно зеленое. Снизу постучали, и свесившимся через край мордам помахал пухлой рукой Тамагочи-Хироси. Бывшего студента подлечили на рынке, и он смог теперь перемещаться по округе, не опираясь на костыли. Стягивающая грудь повязка пока осталась, но выглядел японец куда как лучше, чем несколько дней назад.
- Эй, лоботряса! Бонд сказать, идти ящики двигать. Бонд сказать, вы жулики, вы не работать. Но он работать тоже не надо, поэтому вас искать!
Сидевший на соседней крыше охранник недовольно насупился и заворчал:
- Куда еще тащиться? Я что, рыжий, по вашим закоулкам бродить и ноги сбивать?
Японец лишь развел руками:
- Бонд сказать. Я передать. Ты - решать... - и потопал вперевалку по узкому проходу, уворачиваясь от развешенного на веревках белья.
- Куда пошел, обезьяна узкоглазая! А ну, стой!.. Вы, придурки, давайте вниз. Пошли, а то босс накостыляет за лень. Вам накостыляет, да еще мне на орехи достанется... Вот же 'подфартило' с припашкой.
Хироси вел группу по лабиринту переходов, вежливо пропуская спешивших мимо прохожих. Забитые товарами клетушки, орущий где-то в подвешенной на верху клетке петух, вонь от пролитых помоев и неумолкающий гомон голосов. Если отрешиться от мелькающих мимо белых лиц, вполне можно представить, что нелегкая занесла в фавелы Буэнос-Айреса, или в пригороды Шанхая. Человеческий муравейник, спешно пожирающий добытое со всей округи. Наконец, притормозив рядом с вонявшими свежей покраской контейнерами, японец ткнул пальцем в распахнутую дверь:
- Бонд новый склад строить. Нам таскать обратно все. Иногда на улице дышать. Работать, не отдыхать, - и смело шагнул в темный проем.
- Я Фермеру все скажу, что думаю, - проворчал Роджер, подавшись следом. - Мы не нанимались тут корячиться, это - не теплица.
- Надо же, какие мы слова выучили, - усмехнулся скам, подтолкнув негра в спину. - Давай, шевелись, доходяга. И дыши реже, а то траванешься.
Последним в широкий железный ящик шагнул охранник, подслеповато моргая глазами в темноте. Он успел разок вдохнуть вонявший краской воздух, как тяжелая деревянная жердь с хрустом влепила ему по затылку, бросив обмякшее тело на заботливо подставленные лапы Змея. Отбросив ненужные обломки, в светлом пятне появился Фермер, с лихо сбитой на затылок шляпой и неразлучным обрезом за поясом.
- Веревка в углу, там же мешковина для кляпа. Пакуй клиента, хвостатый, и закрываем лавочку. Нам еще успеть в 'окно', купленное на северных воротах.
- А с джипом как?
- Никак. Засвечены колеса, не выдернуть. Но Стилет расстарался, подогнал нам таратайку. 'Урал' с коляской, милое дело для гонок по пересеченной местности... Роджер, не спи, мудила. Тащи веревку и мешок, время уходит...
* * *
- Опять за товаром? - охранник приподнял исцарапанный шлагбаум и приветливо улыбнулся.
- Если бы, Сема. Не поверишь, лишился верного железного коня, вот, на время лишь жопотряску дали. Одна надежда, что сейчас вечером новые колеса сторгую.
- А старый пикап что?
- Ниггеры спалили, суки. Я к ним с открытой душой, а они стрелять, орать, хуями по столу стучать. Доебались на ровном месте, пидорасы красножопые. Еле с парнями удрал оттуда. Пришлось и машину, и товар бросить... Ладно, добуду новую, поеду к ним в гости. Как поеду, так дам прокашляться.
- Меня возьмите, - воодушевился бугай. - Я с парнями завсегда на 'стрелки' катался. И пистолет держать умею, а то с этой дубиной уже заебался тут ошиваться.
- А что... И возьмем... Знаешь, Сема, ты если сумеешь подмениться - то крутнись. Только тихохонько, чтобы босс не прочухал. Он очень не любит, когда я парней нанимаю. Типа - только он большой начальник, а парням уже и не подработать. Прошвырнись по закоулкам, жратвы чуток подсобери, горло там промочить. И завтра рано утречком здесь же пересечемся. Часиков в шесть, лады?
