но влюбленного богатыря было жаль еще больше. Тем более в его влюбленности сомневаться не приходилось, тогда как Аленкино возмущение выглядело слишком уж интенсивным.
– А ты точно пострадала? – уточнила Настя.
– Без сомнений.
– Неужели так плохо целуется?
– Может, и неплохо, но определенно не вовремя. Сама посуди: кто я – и кто он! Мы не созданы друг для друга.
– Ну, как знаешь…
* * *
Старый лес только выглядел мрачным, на самом деле Настя каждой частицей своей души ощущала, как он дружелюбен и открыт каждому, кто имеет хоть какое-то отношение к нечисти. Именно сегодня, в эту волшебную праздничную ночь, Старый лес принимал гостей.
Настюша прибыла одной из последних. Змей Горыныч будто специально ее задержал, в сотый раз повторяя о необходимости сначала думать, а потом что-либо делать.
– Да поняла я, поняла, – сухо отвечала Настя.
– Лес не покидать, к простым людям не выходить, – продолжал поучать драконище.
– Не покину, не выйду.
– С петухами сразу домой.
– Хорошо. Когда все пойдут, тогда и я, – кивнула Настюша и, подумав, добавила: – Честное слово.
– Веди себя как полагается приличной девице!
– Можете даже не сомневаться, буду самой приличной из всех.
– И почему в это не верится? – пробормотал Змей Горыныч, скептически разглядывая подопечную. – Ладно, иди… Хотя нет, стой! Понадобится помощь – найди Ратмира. Да и вообще, старайся держаться с ним рядом.
Наконец драконище переместил Настасью в обозначенное место и испарился. Девушка вздохнула с облегчением.
– Свобода! – обрадовалась она, разглядывая верхушки вековых деревьев.
– Можно подумать, в Погорынье ты в темнице сидела, – тут же в ответ послышался мужской голос, и из-за дерева вышел Ратмир.
Настя поморщилась.
Никакого уединения… А если ей в этом лесочке не только пляски плясать захочется, Ратмир следом увяжется? Даже за кустик?
– Вот скажи мне, добрый человек, – хмуро глянула на него Настюша. – Ты всегда в точности исполняешь все веления Змея Горыныча? Неужели не хотелось хоть разочек сделать по-своему? Например, провести праздничную ночь так, как сердце просит, а не как велено?
– Не хотелось.
Мужчина расправил плечи и спокойно выдержал Настин взгляд. Даже немного ухмыльнулся, словно говорил: «Ну давай, девица-красавица, ляпни еще что-нибудь, испорти настроение…» Но Настя сдержалась.
– Идем, горемыка. – Ратмир протянул ей руку. – Праздник, значит, надо веселиться. Идем, идем! – Видя, что Настюша не двигается, он сам схватил ее за ладонь. – Тем более Леший тебя жаждал увидеть. Говорит, соскучился.
– Леший?
– О как с места сорвалась! Тоже, что ли, скучала?
– Просто хочу узнать, почему он меня Змею Горынычу спровадил, не удосужившись ни спросить, ни предупредить, – пробурчала девушка, направляясь вперед по тропинке. – Знаешь, как испугалась, когда дракон меня подхватил? Думала, что сожрет или когтями раздерет в клочья!
– Не выдумывай, он аккуратно тебя нес…
– А ты откуда знаешь? – остановилась Настя.
Ратмир пожал плечами.
– Из окна видел.
– Не мог видеть. Змей Горыныч приземлился за горами, а дальше мы по туннелю пешочком шли. – Она прищурилась.
– Правда? – Мужчина вздернул брови. – Значит, перепутал с кем-то. В любом случае уверен, Змей Горыныч тебя нес осторожно, а ежели нет, то он определенно извиняется.
* * *
Леший нашелся возле лесного озера.
Сидел на берегу, смотрел на водную гладь и отгонял комаров, которым было все равно, кого кусать: простого человека или уважаемую нечисть. Настя на мгновенье даже пожалела старичка, уж больно страдал от голодных кровопивцев.
– Чего не отгонит-то? – шепнула она удивленно.
– Добрый слишком, – ответил Ратмир. – Всякую животинку жалеет. Говорит, что иначе помрут от голода.
М-да… Настя, конечно, тоже любила животных, но не до такой степени.
– Да чтоб вас! – вдруг рявкнул Леший и повел рукой, заставляя насекомых отлететь метра на три в сторону. – Все, хватит! Уже сытые! Ты посмотри, какие наглые, чуть до костей не съели… Брысь, брысь, окаянные!
Удивительное дело, но комары послушались: роем взлетев вверх, замерли на самых верхушках деревьев.
– Вот там и сидите, пока вновь не проголодаетесь. – Леший сурово погрозил им кулаком. – Не брюшко, а бездна.
Настюша была полностью согласна: в этом мире комары вообще чувствовали себя слишком вольготно. Даже Ратмир изредка стряхивал с рукава особо наглую кровососущую особь.
– Леший! – мужчина позвал старика. – Не помешаем?
– Ратмир? – Леший растянул рот в улыбке. – И Настенька с тобой! Иди сюда, русалочка, поведай, как твое житье-бытье отныне? Постигаешь высшую науку али бездельем маешься? Садись рядышком, девонька, садись скорее.
Невысокий старичок был так рад видеть бывшую ученицу, что Настя тоже разулыбалась, забыв о желании предъявлять претензии. Усевшись рядом, она воззрилась на серебряную рябь озера и отчетливо поняла, как соскучилась по лесной прохладе. В Погорынье, конечно, тоже неплохо, но тут Настюша чувствовала себя по-настоящему привольно.
– А ты иди, Ратмирушка, поздоровайся с заморскими гостями, из дальних краев к нам пожаловали, – Леший повернулся к мужчине. – А мы с русалкой пока побеседуем.
– Приглядеть за ней надобно…
– Пригляжу, пригляжу, не сомневайся.
Ратмир нехотя кивнул и ушел, а Настя вздохнула с облегчением. Что ни говори, но мужчина иногда напрягал.
– Чем? – вдруг спросил Леший.
– Что?
– Ты сказала, он напрягает. Вот и спрашиваю: чем? – пояснил старик.
Ну надо же… Вслух произнесла и не заметила! Настюшка закусила губу. Внимательнее надо быть, а то вот так задумаешься и выдашь какую-нибудь тайну.
– Так чем тебе Ратмир не нравится? – Леший внимательно посмотрел на русалку. – Неужто обижает?
– Нет, что вы!
– Тогда чем?.. А-а, – он понятливо хмыкнул, – опекает сильно? Ну так ему положено! Кто же еще тебя опекать должен, как не Ратмирушка?
– Это не опека, а полноценный контроль. – Настя нахмурилась. – Шагу не ступить.
– Надоедает?
– Еще как! Никакой свободы.
– Ой ты, русалочья душа… – Леший покачал головой. – Наивная и чистая. Свободы ей захотелось! Тебя, бедную, в тереме заперли? Светлицу на замок закрыли, белы рученьки в кандалы заковали? Или, может быть, на цепи водят, хлыст о спину ломают? Нет? Тогда что же в твоем понимании свобода, Настенька?
– Свобода – это возможность самостоятельно строить жизнь и искать любовь, – быстро ответила девушка.
На это старик согласно закивал.
– Верно. А разве ты сейчас не это делаешь?
– Сейчас всем руководят Змей Горыныч и Ратмир, его соглядатай.
– А, вот оно как! – Леший почесал макушку. – Права ты, Настенька, говоришь складно, просишь немного… Вот только одного не учла.
– Чего? – Девушка с интересом взглянула на бывшего учителя.
– Того, что любая новоявленная нечисть, пока не освоится в новом статусе, сущий ребенок. А ты разве ребенка отпустишь на все четыре стороны без родительского пригляда? Вот и Змей Горыныч тебя учит, воспитывает, мир показывает.
– Но Ратмир…
– Запомни, красавица, Ратмир и Змей – словно одно существо, – сказал Леший,
