Один амазонский попугай, описанный Брэмом, привезенный из Бразилии, молчал около полугода, а потом запел. Другой попугай очень точно передразнивал «говорящих» птиц. После смерти «говорящего» красноголового какаду он «говорил» его голосом: «Какаду, какаду, дружок, какаду» — и даже подражал его походке, подражал он также и «говорящему» молуккскому какаду, кричал: «Войдите!», если постучать, но не реагировал на стук о железо или наесть.
Дуров пишет о своем зеленом попугае (возможно, амазон?) Попочке: «По целым часам он болтает, говорит много слов… великолепно подражал голосу человека. Поет под звуки рояля, ощущает ритм мелодии, в такт делает движения всем своим телом и отдельно крыльями и хвостом. Чувствует мотив, никогда не фальшивит. Видно, что во время пения он испытывает наслаждение». Дуров заметил, что когда попугаи (Попочка и Жако) испытывают наслаждение, то зрачки у них сужаются.
Какаду тоже могут неплохо научиться имитировать человеческую речь. Очень интересными способностями обладал белый какаду Петруша, которого воспитали артисты Немшиловы. Он «говорит» около 100 слов, иногда воспроизводит выученное ситуативно, хотя направленного ситуативного обучения с ним, видимо, не проводили. Попугай, по словам своей хозяйки, чувствует ситуацию, очень привязан к своим хозяевам, его держат без привязи, хотя это рискованно, даже совершенно ручные птицы в один прекрасный день могут улететь.
Петруша очень быстро, прямо «на лету» может схватывать новые слова, но чаще это бывает что-то экзотическое для него, например, слова, произнесенные с акцептом. Однако такие слова Петруша надолго не запоминает. Подкрепление в обучении в виде повторения, видимо, необходимо как детям, так и птицам. Точный возраст Петруши установить не удалось, но примерно в пятидесятилетием возрасте он продолжал усваивать новые слова, да и обучение «говорению» началось, когда он уже давно не был птенцом. Мощным стимулом к воспроизведению выученного у Петруши является тяга к общению с людьми. Если гости делают вид, что уходят или действительно уходят, то общительная птица, не желая оставаться в одиночестве, начинает выдавать свой запас слов. Какаду считаются очень умными попугаями. По мнению А. Э. Брэма, именно к этому семейству попугаев больше всего подходит определение «пернатые обезьяны». Они подражают как звукам, так и движениям и позам других птиц. Один желтохохлый какаду, живший в австралийской семье, нежно относился к хозяину и его жене, но не любил чужих, лаял как собака, когда кто-нибудь стучался в дверь, кусал чужих, если мог добраться. А к хозяевам обращался по-английски: «Поцелуй попку! Хорошенький попка! Попку нужно поцеловать!» При этом он подражал звуку поцелуя. Ревновал жену хозяина к их маленькому сыну, даже кусал ее, когда она держала на руках малыша. Известные ему слова повторял всегда кстати. Когда люди сидели за столом, он «говорил»: «Мэри, дай попке пить!» Своим тоном он тоже умел показать свою любовь и нежность к хозяевам. Птица здесь до определенной степени меняла заученную интонацию, что можно также наблюдать у некоторых волнистых попугайчиков, которым свойственно при произнесении одних и тех же слов менять интонацию. Возможно, это связано с заучиванием слов в разных вариантах произношения, т. е. от разных членов семьи.
Хорошими «говорунами» являются, как уже было сказано, короткохвостые попугаи, это серый попугай, или жако, и почти все виды амазонских попугаев.
Неплохие «лингвистические» способности и у некоторых видов ар, например красный ара легко учится «говорить». На выставке птиц в 1879 г. был красный ара, принадлежащий Чарникову, попугай этот произносил около 100 слов (Russ, 1887). Сейчас у Натальи Юрьевны Дуровой живет принадлежащий к этому виду попугай Никуля, ему около 3 лет, он «говорит» немного по-испански, а сейчас уже научился произносить некоторые слова и фразы по-русски. Сине-желтый ара также хорошо и быстро учится, произносит слова и фразы, может научиться петь, свистеть, лаять, ворчать и плакать как ребенок. Среди ар считается наиболее способным видом.
Попугаи лори тоже известны как хорошие имитаторы человеческой речи. Дост (Dost, 1973) описывает горного лори, или лорикета (Trichoglossus haematodus mollucanus), который самостоятельно научился от амазонского попугая произносить целые фразы, он кричал собаке: «Рольф, сюда, аппорт!» Еще он говорил: «Ты где, лоре почесать головку; один, два, три, ура! ну поплачь; спой, войдите, адью, ты где, малыш?» Факт обучения птицы от другой «говорящей» птицы не единичен.
Д. Н. Кашкаров в книге «Современные успехи зоопсихологии» (1928), ссылаясь на зоопсихолога Лэшли, упоминает не умеющего «говорить» амазонского попугая, которого посадили в клетку с умеющим говорить попугаем, от которого он научился «говорить» быстрее, чем от экспериментатора. Он научился передавать 30 тонов скрипки, виолончели, пианино и голоса, имитировал говор, свист, вздох, кашель, чмоканье губами и т. д. Это свидетельствует о чутком слухе попугая. Можно утверждать, что он обладает еще и музыкальным слухом.
Брэм упоминает случай, когда ара выучил фразу от «говорящего» амазона, правда немного путал слова, меняя их местами.
Ниже мы приведем множество коротких очерков об обучении «говорению» волнистых попугайчиков, прилагаются словари попугайчиков-имитаторов. Все самцы, кроме попугайчика Груши (см. с. 119–149).
Интересно отметить тот факт, что все волнистые попугайчики, которых мы опишем ниже в коротких очерках, отличаются друг от друга. Нет двух совершенно похожих. Разница проявляется не только в результатах обучения, т. е. в объеме и способе воспроизведения заученного, но и в общих аспектах поведения, общения о человеком, степени прирученности и т. д. Каждый попугайчик своеобразен по своему нраву, способностям, отношению к людям, знакомым и незнакомым. При изучении «говорящих» птиц интересно проследить не только формирование «говорящей» особи, но и все оттенки поведения содержащейся в неволе птицы, становление приспособительных механизмов, обеспечивающих ее нормальную жизнь в неволе. Без этого условия невозможно приручение и обучение птицы. Птица, которая с трудом переносит условия неволи, никогда не «заговорит».
Мы уже упоминали о конкурсах «говорящих» птиц, которые регулярно проводятся в Великобритании. Английский любитель птиц Билл Кребб неоднократно выступал со своими питомцами на таких конкурсах, часто его птицы выходили победителями. Следует отметить, что здесь имеет место особая ситуация в «говорении» птиц — коллективное «говорение», нечто напоминающее диалог людей. Билл Кребб добивается ситуативного «говорения» у своих птиц. Дольше других птиц у него живет самка желтохохлого какаду (Kakatoe galerita) по кличке Коки, ей около 30 лет, 10 лет ее воспитывает Кребб. Ее словарь; Хелло, Хелло, Коки, Хелло, Коки мальчик, будь хорошим мальчиком сегодня, хорошенький мальчик, хороший мальчик, хорошенькая Поли, милая Поли, чашка чая. Она умеет петь, танцевать, когда у нее хорошее настроение, поднимает крылья. Когда она хочет чаю, то подает своему хозяину ложку, чтобы тот напоил ее. Если представится возможность, то она с удовольствием пообедает из одной тарелки с Креббом. Птица — совершенно ручная, ее оставляют одну в саду и она не улетает. Но с возрастом она «говорит» все меньше. По классу «говорящих» птиц она заняла в 1985 г. третье, а в 1986 г. — второе место.
Шестилетнего самца малого желтохохлого какаду (Kakatoe sulphurea) по кличке Берти Билл Кребб приобрел совсем недавно уже «говорящим». Постоянный словарь у него небольшой: Хелло, Хелло, мальчик, хороший мальчик, пока-пока, Хелло, Берт. Зато он очень точно имитирует лай собак, кряканье уток, смех. Недавно он научился еще «говорить»: «Хелло, Билл, все в порядке», имитировать крик индюшки. Ежедневно он копирует многое из того, что говорит его хозяин, но забывает на следующий день, начиная копировать новые слова. В 1987 г. он занял второе место по классу «говорения» на выставке.
Серый попугай (Psittacus erithacus) по кличке Джордж на выставках в течение двух лет (1986 и 1987 гг.) ничего не захотел «сказать», но по классу экстерьера занял соответственно 5-е и 6-е места. Джорджу 22 года, в течение двух лет мистер Кребб старательно его приручает. Джордж научился имитировать лай собак, мяуканье кошек, голоса диких птиц.
Самец мюллеровского амазона (Amazona farinoza) по кличке Скоби за два года научился «говорить»: Хелло, Чок чокс, что это, ха-ха-ха, хочу выйти. По экстерьеру и по «говорению» пятилетний Скоби три раза занимал призовые места на национальных выставках.
* * *
Способности к имитации человеческой речи и других антропогенных звуков у разных видов попугаев далеко не одинаковы. X. Дост в своей книге о попугаях (Dost, 1973) наряду с информацией по содержанию и разведению приводит сведения об имитационных способностях разных видов, вокализации и распространении. При этом автор использует литературные источники и собственный опыт общения с попугаями. Мы сообщаем здесь некоторые сведения, касающиеся потенциальных «говорящих» видов. Возможно, эта информация будет полезна любителям, собирающимся обзавестись «говорящим» попугаем. Однако следует заметить, что здесь, естественно, описаны только те виды, прецедент «говорения» которых был установлен. Нельзя полностью исключить из числа потенциальных «говорунов» виды, не указанные здесь.
