поступил, если бы я ему не позвонила? Пока драила стойку, разливала пиво и обслуживала посетителей за столиками, было некогда перезванивать, хотя Тимур к этому моменту уже раза четыре пытался меня набрать. Поэтому, выскочив с работы, первым делом схватилась за телефон, и вот какой сюрприз вышел.
Провал был так близок. А что если это был не провал. А шанс? Всё объяснить. Пусть узнает, что я абсолютно простая девчонка, без претензий и богатой родни. Но я боюсь, потому что прошло совсем немного времени, и я не уверена, что отношение Тима не изменится. Поначалу, вероятно, всё будет, как и прежде, но потом он может отдалиться, потому что я не из его круга. Вот и весь секрет. Ох уж эти социальные пропасти, так не хочется в них падать.
По факту, я уже в ней, в пропасти этой, и только карабкаюсь наверх.
А Тим… Ещё недавно мы просто спали вместе, теперь – встречаемся, и что дальше? Ждать признания в любви, а потом уже рассказывать ему всё… всё про себя?
«Нет, не всё», - внушает внутренний голос.
Есть поступки, которые с течением времени стираются из памяти, прошлое блекнет, меркнет, возможно, даже исчезает совсем. Очень надеюсь, что и у меня так будет. А пока… всё слишком свежо. Прошло чуть больше года, и я всё ещё не могу забыть. Да и как забыть, если напоминанием служит весьма кругленькая сумма на банковской карте, которую я навряд ли когда-то обналичу.
Это грязные деньги. И… если уж начистоту, не мои.
Тянусь к стаканчику за зубной щёткой, и понимаю, что не захватила с собой в ванну новую. Старую выкинула до этого. Приходится возвращаться в гостиную, на диван в которой я бросила рюкзак.
Замираю на пороге, и смотрю на Тима со спины. Он не понимает, что я в дверях. Мой рюкзак шлёпнулся на пол и из раскрытой молнии, которую я забыла застегнуть до конца, вытаскивая вещи, выпала скрученная в рулончик пачка перетянутых резинкой купюр.
Всё происходит, словно в замедленной перемотке. Тим приближается, поднимает деньги с пола, вертит их в руках. Один бог знает, о чём он думает в этот момент. Нервно сглатываю, наблюдая за его действиями. Тим берёт рюкзак за лямку, швыряет деньги в него, медлит, может, решает заглянуть внутрь, но в итоге… застёгивает молнию.
А я отшатываюсь обратно в коридор. Прижимаюсь спиной к прохладной стене и зажмуриваюсь.
Вот чёрт! Хуже не придумаешь!
Сегодня в «Голове Короля» был очень урожайный вечер. Завалилась какая-то группа богатеньких русских туристов, ищущих экзотики на окраинах Лондона. Мы неплохо поболтали, да и сидели они довольно долго. Отсыпали мне щедрых чаевых. И завсегдатаи не скупились, выходные же. Плюс владелец выдал зарплату, а поскольку я всегда прошу налом, сумма получилась немаленькой.
«Ладно, - решаю я, - если спросит, всё расскажу».
Но когда вхожу в комнату, Тим вопросов не задаёт, лишь смотрит. Молча.
Неловко ему улыбаюсь, лезу за щёткой в боковой карман и убегаю обратно в ванную. Остервенело чищу зубы до кристального блеска. До скрипа в эмали. Накидываю пижаму и иду на кухню, чтобы налить в подходящую ёмкость воды и пристроить шикарный букет, который вручил мне Тим.
Это второй раз, когда он покупает цветы.
Тим очень романтичный и внимательный. Без шуток, мне с ним повезло. Но останется ли он таким понимающим, когда узнает, что Тома в Лондоне и Тома в России – это две разные Томы?
Никто из девочек на нашем курсе не подрабатывает. Уж тем более, в баре. Допустим, если Тим узнает, наверное, попросит меня уйти, а я не могу. Это хороший заработок, плюс место такое, что есть возможность выбирать смены. Без этих денег мне придётся туговато.
Поэтому я лишь вздыхаю, не находя правильного решения. По крайней мере, сейчас. Мне нужно ещё немного времени. И уверенности. В нас. В нём.
Возвращаюсь в гостиную, Тимур так и сидит на диване. Вскидывает на меня взгляд, когда я захожу, но молчит. Что ж… я знаю, как снять с него это состояние. Есть один хорошо проверенный способ отвлечь.
Стаскиваю с себя топ и шортики и вижу, как вспыхивает желание в глубине зелёных глаз. Тимур полностью одет, а я обнажена. Но это мы быстро исправим.
Он съезжает чуть ниже по дивану, а я устраиваюсь у него на бёдрах.
- Хочешь меня?
- На моих коленях голая девушка, ты думаешь, скажу нет? Я похож на бесчувственного зомбака?
Еложу по выпуклости на его джинсах, и это трение о жесткую грубую ткань возбуждает.
- Определённо нет.
С тихим рычанием Тим хватает меня за бедра и перебрасывает спиной на диван. Лёгкие укусы в шею перемежаются невесомыми поцелуями. Кончики пальцев танцуют по рёбрам: и щекочут, и посылают возбуждающие мурашки, точно находя точки, где мне наиболее приятно.
- Ещё раз пропадёшь на уикэнд, и я не буду таким нежным, - предупреждает Тим, а я застываю от его слов. – Запру в квартире и буду трахать, когда захочу. Поняла? Так часто, что ноги сдвигаться перестанут. И проблема отпадёт сама собой. И не думай, что я шучу. Тебе не стоит меня недооценивать, милая. Поняла? Если поняла, кивни.
Он, вроде, как и подкалывает, а вроде, как и нет. Я делаю, как он просит, киваю.
Язык Тима порхает по моей груди, соски напряжены и ноют от его ласк.
- Что за фруктовый запах от твоей кожи. Просто хочется облизать тебя всю, как конфету, - Тимур делает глубокий вдох, потом снова ласкает сосок и, наконец, прикусывает его зубами.
Между ног всё резко набухает и ноет. Мне очень хочется, чтобы Тим уже коснулся меня, заполнил пустоту.
- Не фруктовый… клубничный, - произношу на выдохе, пальцами ныряя в его спутанные волосы, чтобы навести ещё больше шороху в причёске.
- А там, - он приподнимает голову, заламывает бровь и взглядом указывает ниже, - там тоже всё клубничное?
- Не знаю, наверное, - усмехаюсь.
-
