Читаем без скачивания Парадокс времени - Йон Колфер

Итак, помощи ждать неоткуда. Придется обойтись тем, что есть.

Артемис вернулся к распластанным на земле Элфи и Мульчу. Оба стонали.

— Кажется, у меня брюхо лопнуло, когда я избавлялся от газов, — пожаловался гном. — Слишком много страха в смеси.

Четырнадцатилетний Фаул поморщился.

— Ты поправишься?

— Еще минуту, и я как раз поднакоплю силенок, чтобы унести гору золота, которую ты мне обещал.

Элфи еще не очнулась. Веки ее трепетали в такт попыткам хозяйки вынырнуть из беспамятства, а ладони хлопали по земле, словно выброшенные на сушу рыбы. Артемис быстро проверил пульс и температуру. Небольшой жар, но пульс ровный. Элфи восстанавливалась, однако способность управлять разумом и телом вернется к ней не раньше чем минут через десять.

«Я все должен сделать сам. Без помощи Элфи или Дворецки».

Артемис против Артемиса.

«И возможно, против универсальной отмычки». Он тихонько сунул руку в карман эльфийки.

Со дня их установки опоры линии электропередач в Ратдауне несколько раз попадали в заголовки новостей. Сторонники защиты окружающей среды в своих бурных протестах упирали на то, что появление гигантских опор изуродовало прекрасную в остальном долину, не говоря уже о возможном отрицательном воздействии неизолированных проводов на здоровье живущих под ними людей и животных. Национальный совет по электричеству в ответ заявлял, что линии проложены слишком высоко, чтобы причинить кому-либо вред, и что строительство более низких опор в обход долины испортило бы в десять раз больше земли.

Короче, с полдюжины этих металлических гигантов пересекали долину Ратдаун, местами достигая стометровой высоты. Основания опор часто окружали демонстранты, поэтому техникам компании приходилось обслуживать линии с вертолета.

В ту ночь, когда Артемис бежал по озаренной лунной светом поляне, стряхивая с травинок сверкающие бриллианты росы, никаких демонстрантов не было. Правда, оставленные ими транспаранты торчали то там, то тут, будто флаги на Луне. Он петлял между препятствиями, задрав голову и стараясь не упускать из виду фигуры на опоре.

Лемур, ясно различимый на фоне луны, уже стремительно мчался по проводу, а младший Артемис и Дворецки застряли на небольшой площадке, не имея возможности последовать за ним.

«Наконец-то повезло», — подумал старший Артемис.

Во-первых, появился шанс изловить лемура. А во-вторых, пока младший противник преследовал шелковистую сифаку по той опоре, которой воспользовалась она сама, старший мог подняться по соседнему пилону, как раз предназначенному для техобслуживания.

Артемис подбежал к огражденному сеткой основанию. Тяжелый висячий замок мгновенно открылся, стоило только вставить в скважину щуп универсальной отмычки. Аналогичная судьба постигла запоры на стальном шкафу с оборудованием. Внутри обнаружились различные инструменты, портативные рации и экранирующий костюм. Артемис натянул на себя тяжелый комбинезон, вставил ладони в прикрепленные к нему перчатки и заправил длинные волосы под капюшон. Огнестойкий, пронизанный стальными нитями костюм должен закрывать тело полностью, чтобы действовать как защитная клетка Фарадея. В противном случае, от гениального преступника останется лишь горстка пепла.

И снова удача. Вдоль опоры перемещалась подъемная площадка. Ведущую на нее дверцу защищали два замка, кодовый и обычный. Но ни один запор не мог устоять перед универсальной отмычкой, а код не играет роли, если можно просто снять крышку с пульта управления и запустить лебедку вручную.

Артемис вцепился в поручни, и крошечный подъемник, скрипя и подрагивая, начал подниматься в ночное небо. Перед ним раскинулась долина, а подкравшийся из-за холмов западный ветер выбил из-под капюшона прядь волос.

Артемис посмотрел на север, и на мгновение ему показалось, что он видит огни поместья Фаулов.

«Мама там, — подумал он. — И сейчас она тоже больна. Может, стоило просто поговорить с самим собой, объяснить ситуацию…»

Эта мысль выглядела еще нелепее предыдущей. Артемис не питал иллюзий по поводу того, каким он был в десятилетнем возрасте. Он никому не доверял тогда, кроме себя самого. Ни родителям, ни даже Дворецки. При первом же упоминании о путешествиях во времени он прикажет телохранителю всадить в собеседника парализующий дротик, а вопросы начнет задавать потом. Много вопросов, в течение долгого времени. Сейчас не до объяснений и споров. Эту битву необходимо выиграть умом и коварством.

Подъемник остановился у площадки в верхней части опоры. На высоких защитных дверях красовалась приклепанная табличка с черепом и скрещенными костями. Не нужно быть гением, чтобы расшифровать такую пиктограмму. Но на случай, если полный идиот сумеет забраться на опору, была предусмотрена вторая табличка с условным изображением человека, пораженного электричеством из схематично обозначенной опоры. Скелет человека просматривался отчетливо, как на рентгеновском снимке.

«Видимо, электричество опасно», — заметил бы Артемис, случись поблизости Дворецки.

На защитной двери его ждал очередной замок, отнявший не больше времени, чем первые два. За дверью обнаружилась небольшая площадка с решетчатым полом, под которым гудели от напряжения две линии проводов.

«Напряжение в этих проводах — полмиллиона вольт, — подумал Артемис. — Надеюсь, комбинезон не дырявый».

Он припал к полу и бросил взгляд вдоль кабеля. Лемур остановился между двумя опорами и что-то стрекотал, как будто прикидывая дальнейшие варианты действий. К счастью, он касался только одного провода, поэтому ток не проходил по его телу. Если бы зверек коснулся второй линии хотя бы пальцем, электрический удар подбросил бы его вверх метров на тридцать и бедняга умер бы, не успев долететь до земли.

Младший Артемис сердито смотрел на лемура с соседней опоры и одновременно пытался приманить его пакетиком с пастой.

Придется самому лезть по проводам, чтобы поймать животное.

Защитный костюм был оснащен всем необходимым для подобного передвижения. На поясе висел страховочный трос, а в глубоком кармане на бедре лежал стержневой громоотвод. Чуть ниже площадки находились небольшие салазки на изолированных роликах, на которых инженеры перемещались между опорами.

«Сейчас умственные способности не имеют значения, — понял Артемис. — Здесь главное — равновесие».

Он застонал. Чувство равновесия не относилось к числу его сильных сторон.

Глубоко вздохнув, Артемис присел и достал из кармана громоотвод. Мгновенно возникшая дуга соединила силовой кабель с концом стержня. Поток искр гудел и шипел, будто неоновая змея.

«Ты просто уравниваешь потенциалы, вот и все. Электричество не может причинить тебе вреда».

Скорее всего, это соответствовало истине, но Артемис почувствовал, как волосы на загривке встали дыбом. Обычное волнение или пара вольт каким-то образом нашла брешь в его костюме?

«Какая чушь. Малейшая дырочка — и ты почувствовал бы все вольты, а не пару».

Артемис имел некое общее представление о том, как ходят по проводам: Национальная служба вещания сняла специальный репортаж о смельчаках-верхолазах, ежедневно рискующих жизнью, чтобы в Дублине всегда горел свет. Впрочем, они скорее не ходили, а ползали. Провода были натянуты исключительно туго. Специалисты по техническому обслуживанию пристегивались страховочными тросами, ложились на салазки и, вращая лебедку, добирались до нужного места.

Все просто. Теоретически. Для профессионала в безветренную погоду.

И отнюдь не легко для любителя, когда вокруг глубокая ночь, а в качестве ориентиров только звезды и далекий отблеск дублинских огней.

Артемис убрал громоотвод и осторожно пристегнул страховочный трос к одному из проводов.

Затаив дыхание, словно это имело значение, он коснулся салазок рукой в перчатке.

Пока жив. Хорошее начало.

Дюйм за дюймом перебирая неуклюжими из-за перчаток пальцами теплые металлические ячейки, юноша вытянулся на салазках, едва не уткнувшись лицом в лебедку с двумя рукоятками. Теперь предстоял весьма непростой маневр, и не будь отдельные жилы кабеля связаны между собой через равные промежутки, Артемису бы в жизни с места не сдвинуться. Он принялся вращать рукоятки и почти сразу же ощутил, как ужасно напряглись мышцы рук, перемещавшие всего-то собственный вес его тела.

«Спортзал. Дворецки, ты был прав. Буду поднимать гири, что угодно, только снимите меня с этих проводов с лемуром под мышкой».

Артемис медленно скользил вперед, чувствуя, как трутся катки о грубую поверхность проводов. От мерзкого скрипа у него заныли зубы, а по выгнутому дугой позвоночнику забегали мурашки. Ветер был слабый, но и он мог сковырнуть юношу с его заоблачного насеста, а земля казалась другой планетой. Далекой и совсем не дружелюбной.