Даже пуля, пронзившая навылет правое плечо, не смогла вернуть моррону болевые ощущения, хотя, честно говоря, Мартин не был опечален этим фактом. Только выбравшись из подвала больницы, маг заметил новые повреждения: сломанные ребра, раздробленную лодыжку левой ноги и правую кисть, замысловато выгнувшуюся гусиной шейкой.
Светало, нужно было срочно уходить с городских улиц, тем более что, кроме новых ран и усталости, имелись еще два отягчающих положение некроманта обстоятельства. Во-первых, маг где-то потерял простыню и теперь бродил по городу совершенно голый. Во-вторых, запас сил организма был на исходе. Запущенная Гентаром машина саморегенерации работала эффективно, но потребляла чрезвычайно много энергии. Маленькая округлость в нижней части живота, от которой маг упорно пытался избавиться на протяжении столетий, вдруг сама по себе куда-то исчезла. Жировая прослойка рассосалась, оставив после себя лишь нелепо отвисшую кожу. Режим восстановления нельзя было приостановить, его, наоборот, нужно было как можно сильнее ускорить, а для этого требовалось много топлива, проще говоря, обычной еды.
Маг остановился и обвел мутным взором пока еще пустынные улицы. Ночная жизнь города уже отшумела, утро только начиналось, оптимальное время, чтобы ковылять в таком плачевном виде по центральной улице и не бояться быть замеченным. С другой стороны, раздобыть еду не так-то уж и просто, если ты гол, слаб, не имеешь денег и выглядишь, как настоящий мертвец. Был бы Мартин бездомным котом, непременно побрел бы на помойку, но ни на одной из свалок города не найти столько еды, сколько ему сейчас было нужно. Вариант с налетом на магазин отпадал, продавцы уже давно спали. В ночных заведениях, гостиницах и прочих увеселительных центрах слишком много охраны, даже когда они уже закрыты. Оставалось лишь одно: вернуться в больницу и посетить кухню.
На самом деле вариант был не таким уж и плохим, как мог показаться на первый взгляд. Охотившиеся за ним убийцы позаботились об охране. Пищеблок был в том же здании, что и реанимация, но в противоположном крыле. Три года назад группа сотрудников ГАПС под личным руководством Мартина обезвреживала виверийского агента под прикрытием, работавшего поваром именно в третьей старгородской больнице. Всю планировку клинического комплекса Мартин, естественно, не запомнил, но местонахождение пищеблока знал наверняка. Он мог бы дойти до него с закрытыми глазами, что, в принципе, сейчас и делал, поскольку зрение с каждой минутой становилось все хуже и хуже.
Возвращаться было обидно и долго, но потеря четверти часа того стоила. Маг отсиделся в кустах, пока не заметившие его убийцы сели в энергомобиль и уехали, затем дошел до больничного забора, как-то просунул непослушное тело сквозь щель между досками и почти дополз до приоткрытого окна.
Повара тоже люди, и хоть они ко многому привыкли, но так и не научились переносить царившую внутри их полуподвальных владений духоту. Окна были крошечными, вентиляция не справлялась с десятой долей пищевых запахов и паров. Сотрудники пищецеха задохнулись бы на втором часу работы, если бы шеф-повар не пожалел подчиненных и не закрыл бы глаза нарушение правил безопасности. Вопреки всем инструкциям, окна на ночь оставались открытыми, помещение немного проветривалось к утру, и до полудня возле жаровни вполне можно было находиться и даже работать.
С трудом перевалившись через нижний край оконной рамы, находившийся чуть выше коленки среднего роста человека, Мартин смахнул на пол гору, по счастью, пустых кастрюль и устремился к цели, к застенчиво ютившемуся в углу кухни холодильнику. О деликатесах, типа сосисок и колбасы, можно было смело забыть. Лотки были забиты пучками пожухшей зелени, кажется, шпината, а в морозильной камере оставалось немного мороженого мяса.
Позабыв, что еще сутки назад он считал себя гурманом, Мартин рвал зубами куски твердой, холодной, как лед, говядины и, давясь, запихивал в рот противную, кислую зелень. Холодильник быстро опустел, настала очередь круп, гороха и макарон, чьи упаковки моррон безжалостно разрывал руками. Когда из запасов съестного в больнице остались лишь консервы, на Мартина наконец-то снизошло долгожданное чувство умиротворения и относительной сытости.
Вылезти из окна оказалось гораздо сложнее, чем проникнуть на кухню, но Гентар успешно справился и с этой задачей. Потом была неспешная прогулка ползком до ближайшей подворотни заброшенного дома, где маг свернулся калачиком в зарослях крыжовника и заснул с улыбкой блаженства на лице.
Впереди его ожидало множество проблем: найти одежду и деньги, добраться до Варканы и, конечно, избавиться по дороге от назойливых преследователей, но Мартин был счастлив, поскольку основной вопрос был уже решен. Он выжил, сумел раздобыть достаточное для полного выздоровления организма количество калорий и теперь мог спокойно уснуть. Остальное его мозг сделает сам, во сне восстановит поврежденные ткани и функции. Главное – не мешать ему и не натыкаться на новые неприятности по крайней мере до следующего утра.
Глава 6. Спаситель и плут
Водитель бронированного «офиса на колесах» был чрезвычайно удивлен, когда в подземном гараже ночного клуба появился грязный бродяга да еще с окровавленным вампиром на плече. Тучный эфиол в форменной фуражке и белых перчатках был обращен в вампирское братство недавно и за неполный десяток лет усердных трудов на поприще кровососания не успел многого повидать, но появление на стоянке Дарка с любимицей Донато переходило все границы разумного и объяснимого. Несмотря на природную полноту и кажущуюся неуклюжесть, водитель мгновенно выскочил из машины и, прикрывшись, как его учили, передней дверцей, взял на мушку прицела голову моррона.
– Хватит дурить, в машину, живо! – скомандовал Дарк, игнорируя зловещую черноту девятимиллиметрового дула и ослепляющую белизну обнаженных в оскале клыков.
– Ты кто?! – вопросил эфиол после того, как сделал предупредительный выстрел.
* * *
Пуля просвистела в каком-то миллиметре от мочки уха моррона. Ожиревший кровосос был хорошим стрелком, и телом девицы от его зоркого ока не удалость бы прикрыться.
– На нас напали, кретин, заводи свою таратайку! – рискуя получить пулю между глаз, Аламез не остановился, а наоборот, ускорил шаг.
– А где... – промямлил засомневавшийся тугодум, но замолк под строгим взглядом уже приблизившегося вплотную моррона.
– Легион разорвал мирный договор. Война началась, идиот! Хочешь к дохлым дружкам присоединиться?!
Дарк не вырвал из рук эфиола пистолет, хотя мог легко это сделать. Моррон прошествовал мимо и, открыв заднюю дверцу, сбросил на сиденье, словно куль с мукой, обмякшее тело худосочной девицы. Тот факт, что вечернее платье задралось и длинные ноги упырихи обнажились вплоть до талии, ничуть не смутил Аламеза, даже не устремил его мыслительные потоки в греховном направлении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
