- Весьма, - принц криво улыбнулся, - Другими словами, вы тоже полагаете, что Зверь - это я?
Мер подавился чаем, и впервые за все время я увидела на его лице эмоции - чистейший шок. С остальными такой оказии не случилось, но удивлены были все - кроме, пожалуй, Лис. Та покосилась на высочество понимающе, будто не раз подобную дичь обдумывала на досуге. Или... так оно и было?
- Я полагаю, что Зверь - это метафора, - не смутился Бал, - Вот и все, что я хотел сказать.
Дан поморщился:
- Да бросьте, не вы ли настаивали на честности? Все знают, что пророки Светлой Империи наперебой кричат, что, дескать, меня надо убить во имя спасения мира. Эй, Лучик, я ведь прав? Чисто теоретически.
Лис дёрнулась, но потом, вздохнув, сказала:
- Все верно. По светлым верованиям, приход Зверя предсказал наш великий Неназываемый Пророк, и вы... в теории подходите под описание. Потому-то светлые проповедники думают, что вы и есть обещанный разрушитель мира. Но они ошибаются!
Я прищурилась - последнее Лис почти выкрикнула, будто пыталась убедить саму себя. Да ладно, только не говорите мне...
- Но как ты можешь быть Зверем? - разродился в итоге Мер, от шока даже о вежливости забыв. - Это же абсурд!
- Ну почему, - лениво улыбнулось высочество. - Пророчество Безумного Колдуна дословно звучит так: "И содрогнётся небо, и возрыдает оно, взирая на низость человеческую. И родится у Императора Запада младший сын, и будет он ужасен. Матерь его - великая блудница, ни мёртвая и живая, верхом на звере крылатом, и имя ей - тайна. Учитель его - лик Легиона, голос его - песня соблазна, корона его из костей, в руках чаша, полная боли, и тьма реет за спиной его. Придёт он от могущественнейшего из колдунов, и глазами его сама Тьма посмотрит на мир, дабы взвесить, как на весах, людские деяния. И будут они столь жалки, что обрушит Зверь на них свой гнев, свою ненависть, свою боль, и тяжесть её разрушит мир до основания. И только Избранный сумеет совладать с Ним"
- Вы уверены? - вдруг спросила Лис с каким-то странным, неестественным спокойствием. - Это действительно дословное пророчество Великого Колдуна?
- Да, - удивленно ответил Дан, - В книжках его обычно подают искаженно, но это выдержка из оригинала.
- Из оригинала, - глухо повторила она. - Из оригинала записей Неназываемого Пророка. Все слово в слово, только вместо "сама Тьма" - "сам Свет", а вместо "Избранного" - Ангел.
- Погодите, - брови Аны приподнялись. - Но как слова Неназываемого Пророка и Безумного Колдуна могут настолько совпадать? Я могу допустить, что они видели одно и то же событие в своих пророческих приходах. Но не могли же они записать увиденное одинаково, слово в слово! Это невозможно, если только...
- Если только им не надиктовал эти строки кто-то один, - сказал Сан едва слышно.
- Либо если и Пророка, и Колдуна изображало одно и то же существо, - сказал Мер, и глаза его как-то нехорошо посверкивали.
В комнате воцарилась тишина, притом единственный, кто был явственно доволен происходящим - профессор Бал. Все остальные открывшимися обстоятельствами были, мягко говоря, шокированы.
- Но почему никто не заметил этого раньше? - спросил Мер удивленно, - Неужели никто не сверял пророчества?
- Ты не поверишь, но у нас со Светлой Империей как-то не принято проводить международные консилиумы, - закатил глаза Императорский сынок. - Великое Разграничивающее Море, Запретная Стена и всякое такое. И вообще, ты бы почитал учебник по истории на досуге, потому что это я к таким вот вопросам хорошо отношусь, пока мы друзья. Папины дознаватели, знаешь ли, могут и не быть настолько милы.
- Я тоже могу быть не особенно мил, - улыбнулся Мер. - Но твой совет имеет смысл, благодарю. Однако, все же просвети меня: каким образом под пророчество можешь подходить ты?
Дан страдальчески вздохнул:
- Все просто на самом деле. Смотри сам, Тёмная Империя занимает весь Западный континет. Таким образом я в некотором роде...
- Сын Императора Запада, - пробормотала Ана потрясенно, - Ангелова мать, а ведь действительно...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Да, - кивнул принц, - Мать была из древнего рода, герб которого - крылатый лев. И она действительно ни жива ни мертва, потому что после второго покушения отец приказал превратить её в зомби и приставить ко мне служанкой. По его мнению, материнская забота - это важно; по крайней мере, так он аргументировал своё решение.
В комнате воцарилась тишина. Парень говорил нарочито небрежно, легко, насмешливо, но в голосе чувствовалась фальшь. Его история, при том при всем, рухнула нам на головы не хуже кувалды, даже невозмутимого Мера, кажется, проняло.
- Это конфиденциальная информация, если что, - добавил принц небрежно. - Если хоть один из вас откроет рот на эту тему, я убью его и уничтожу всех, кто ему дорог. Это понятно?
- Конечно, - тихо сказала Лис. Мы все просто таращились на принца. Видеть, как тебе прислуживает твоя мать, превращенная в зомби... Да он при таких обстоятельствах ещё на диво адекватным вырос!
- Почему тут нет ничего крепче чая? - спросил принц раздраженно, разбивая вязкое молчание. - Как вы тут вообще живёте? Ладно, не суть. Так вот, мой учитель, профессор Дибисиус, входит в Первый Круг, тот самый, что контролирует Легиона. Таким образом, по мнению светлых и этот пункт можно считать. Как там они утверждают? Единожды призвавший Легиона - и есть Легион. Что по сути бред, конечно, ибо запечатанный демон в круге беспомощен, но что они могут об этом знать? Они-то в жизни никого, кроме этих своих ангелов, не вызывали.
- Что? - переспросил Мер недоверчиво, - Прости, мне, наверное, показалось. Ты хочешь сказать, ваши колдуны контролируют Легиона?
- Прости, - вздохнула Ана. - Но ты опять в растерянности из-за незнания местных реалий. Легион - могущественнейшее оружие Императорской семьи с тех пор, как Великий Безумный Колдун, от которого наши правители ведут родословную, поработил его.
- Поработил? - повторил Мер неверяще, - Человек? Легиона?!?
Глаза у него были такие, будто мы все вдруг разделись и принялись возносить благодарственные молитвы пресвятому Тапочку и всеблагой Макаронине. Столько эмоций на лице остроухого я за все время нашего знакомства не видела. Ощутила некоторое злорадство: может, поумнеет, наконец, и перестанет всем окружающим намекать, кто он такой? А то пока они, конечно, не верят, но никакое везение длиться вечно не может. Рано или поздно кто-то узнает, что тут расхаживает высший демон, и вот тогда не миновать ему заточения в круге.
- Да, - сказал принц с некоторой гордостью. - Моя семья пленила Легиона, и на его могуществе стоит наша власть.
Мер потёр переносицу, будто учёный колдун, которому попытались объяснить, что магии не существует.
- Я понял, - сказал он. - Предлагаю вернуться к этому немного позже, когда я точно определюсь с тем, что именно по этому поводу сказать. Пока поясни мне другое: если все так, почему ты считаешься избранным?
- А, это, - принц фыркнул, - Видишь ли, существует вторая часть пророчества, которую наш Великий да Безумный выдал на смертном одре. Мол, придет Избранный колдун, сын Великого Императора, благословленный Легионом от рождения. Именно ему суждено остановить Зверя. Эй, Лучик, а в вашем варианте что?
- Вы не поверите, - хмыкнула Лис, - Но наш Неназываемый выдал на смертном одре ровно то же самое слово в слово, только вместо "Избранный колдун" - ангел, а благословлён он не Легионом, а самим творцом.
- Неплохо так, - фыркнуло высочество. - Позволь угадать: у светлых Избранным Ангелом считается сын Императора Света?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Да, - вздохнула Лис, - Все так.
- До чего же очевидно, - в голосе Сана прозвучало восхищение. - Тот, кто это придумал - гений, я хотел бы на него посмотреть.
- О, я тоже, - голос принца был холодён и зол. - Но очевидно, что сей талант уже мёртв, а жаль: не отказался бы прикончить юмориста лично. Однако, тут есть одна проблема: недавно колдуны проводили сеанс общения с Легионом, и тот признался, что у Императора Запада подрастает младший сын.
