— Ну что же, пройдёмте, — предложил профессор указав на главный корпус станции, длинное белое строение находящееся неподалёку от аэродрома.
Оба руководителя пошли в центральный корпус базы, следом за ними проследовали прилетевшие специалисты и встречающие. Дроздов идя рядом со Скрипкой непроизвольно с тревогой поглядывал туда, где недавно висел светящийся тор. Благодаря врождённому богатому воображению профессора ему в голову лезли яркие по своей визуализации мысли рисуя страшный образ-картинку. И представлялось профессору то, что в начавшем проявляться на небе полыхающем кольце из его краёв вылетали огненные лучи уничтожающие базу раскалёнными яркими линиями. И Дмитрию Сергеевичу действительно начинало казаться, что круг появляется снова.
— Как полёт? — поинтересовался Дмитрий Сергеевич отгоняя навязчивую идею.
— Полёт нормальный. По пути, при изменении маршрута над оперативной группой войск, мы в иллюминаторы видели подготовку к применению вашей вакцины. Много танков, вертолётов, ракетных установок. Много самолётов облетающих место операции. Но и скопление на них идёт не маленькое, мы его кстати тоже видели. Где же военные там всех заражённых собрались разместить? Кругом тайга.
— Рядом с ними есть заброшенные мощные сооружения. Раньше они предназначались для хранения межконтинентальных ракет. Я думаю туда, — ответил Дмитрий Сергеевич шагая по скрипучему снегу рядом со следователем.
— И все войдут? — полюбопытствовал Скрипка.
— Я думаю ещё места останется, — улыбнулся Дмитрий Сергеевич.
— Вам известно начало операции по применению вакцины? — поинтересовался следователь.
— Известно, — кивнул профессор. — Хотят начать завтра с рассветом, сближение заражённых с войсками будет оптимальным.
Люди вошли в главный корпус базы, где их разу же повели к месту расселения. Дроздов пригласил Скрипку в свою комнату, в данный момент Виктор Громов отсутствовал, был на смене. Придя в жилище профессора они сели на кровати (стулья отдали лингвистам) между которых стояла тумбочка. Дроздов достал из неё термос и разлил душистый чай по чашкам, которые тоже извлёк из недр тумбы.
— Ну, за встречу, — сказал Дмитрий Сергеевич поднимая чашку.
— За неё, — с улыбкой ответил следователь стукнув своей о чашку Дроздова.
Они отпили по глотку ароматного горячего напитка.
— Интересный вкус, — сказал Скрипка ставя чашку на тумбочку. — Что это?
— Чай, — ответил профессор делая ещё один небольшой глоток. — Кроме него в отвар добавлены всевозможные таёжные травы содержащие эфирные масла. Их на базе хранят в специальных жестяных банках. И отвары из этих трав входят в рацион работников станции. Напиток содержит просто массу полезных веществ и витаминов. Профилактика простудных и других заболеваний, — сказал Дроздов ставя чашку на тумбу. — Ну что же. Рассказывайте что там у вас такого срочного?
— В двух словах мы прибыли сюда для установки оборудования на том месте, над которым висел светящийся тор. Этим феноменом сейчас занимаются сразу несколько институтов. Учёные пришли к очень интересным выводам, — следователь взял свою чашку, отхлебнул немного чая и продолжил. — Перед началом исследований учёные отсмотрели все видеоматериалы и снимки со спутников слежения начиная с апреля месяца текущего года. Военные даже дали доступ к шпионским каналам, — сказал Скрипка ставя чашку на место. — Первые два огненных круга зажглись около магнитных полюсов планеты, но очень быстро исчезли оставив гравитационный след, который до сих пор фиксируется. После этого исчезновения начали появляться другие кольца над поверхностью Земли. Сначала они выстраивались вдоль магнитного меридиана и некоторые из них возникали над водой. Через некоторое время те, которые были над водной, тоже исчезли. Сейчас над Землёй находятся двадцать активных колец по десять на каждое полушарие и пока их число не изменно. Если считать за всё время все исчезнувшие и появившиеся торы выходит их было постоянное количество, в разное время всегда было двадцать активных кругов. Напрашивается вывод что светящихся колец фиксированное число. Плюс потухшие над полюсами. И того двадцать два. Теперь, где находятся торы. В восточном полушарии над территорией России три вместе с вашим и можно так сказать четвёртое тоже, над Китаем четыре и над Индией тоже три. В западном над Канадой два, над США три, два над Мексикой, три над Южной Америкой и один над Антарктикой. Сейчас состояние торов относительно спокойное и учёные решили воспользоваться этим и изучить аппаратным способом три кольца находящиеся над нашей территорией. Одно висит в карантинной зоне возле Томска, там и обстановка относительно спокойная. Второе под Санкт-Петербургом. Под ними уже установлена аппаратура. Третье ваше, вот для этого мы здесь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Простите, а где же четвёртое? И как вас понять, что оно как бы тоже у нас? — полюбопытствовал Дроздов.
— Четвёртое находится прямо на границе с Украиной и Белоруссией. Да, да, та самая зона отчуждения. И, чтобы получить туда доступ нужна кипа документов. Плюс карантинный режим. Почему оно как бы тоже наше? Вы же знаете, когда ввели эпидемиологический режим, Белоруссия вошла в единое санитарное поле России и наши санитарные службы имеют полный доступ на территории сопредельного государства. Проблема с Украиной. Поэтому мы решили изучить те торы, которые находятся в прямом доступе.
— Понятно, — кивнул профессор. — Почему же круги начали образовываться вдоль магнитного меридиана? Ваше мнение.
— Есть версия связанная с первыми торами, — ответил следователь. — Они как бы запустили образование новых кругов. После исчезновения полярных колец начали появляться новые над материками в строгих направлениях магнитного поля планеты. Как бы по наглядней выразится, чтобы стало понятно… — Скрипка на мгновение задумался, потом продолжил. — По стрелке компаса, вдоль воображаемой линии. Но на их пути возникли природные водохранилища моря и океаны и торы стали менять свои местоположения в принципе не сильно отклоняясь от силовых осей земного геомагнитного поля.
— Это теория? Или подтверждённый факт? — поинтересовался Дмитрий Сергеевич.
— Пока всё теоретически, — ответил следователь.
— Что же в таком случае решили учёные о потухших над полюсами торах? — полюбопытствовал профессор.
— Они считают что торы перешли в другую спектральную частоту и не видимы в оптическом диапазоне. Здесь на месте мы проведём исследования с помощью видоискателей Гиборяна, и при обнаружении тора установим под ним измерительное и отслеживающее оборудование. Сейчас активность кругов минимальная и есть возможность изучить их непосредственно вблизи. Кстати, американцам мы отправили наши отчёты о наблюдениях за кольцами. Сейчас они могут произвести бомбардировку цитадели Аллентаун, так как нет негативного воздействия на приборы и двигатели самолётов, уничтожив таким образом группировку заражённых без воздействия вакцины. По другому очистить местность от заражённых у них не получится.
— Почему? — удивился профессор.
— Цитадель, это все же город с домами и улицами, находящийся за высокими стенами. Американцы нам передали, что из цитадели ни кто из заражённых не выходит и птицы далеко не отлетают. Скорее всего там в городе ещё остались живые прячущиеся в зданиях. С воздуха скидывать дротики нет ни какого смысла, большая часть не достигнет цели. Огромные затраты, плюс подвержение опасности прибывших групп, которые должны будут выводить бешеных.
— Если нет возможности применения Беллерофонта, то чем американцы будут бомбить цитадель? — поинтересовался Дмитрий Сергеевич.
— Специальным управляемым боеприпасом. Это тяжёлая авиационная бомба воздушного взрыва, так называемая, "мать всех бомб". Очень мощная и эффективная. Трёх штук хватит сровнять цитадель с землёй.
— И когда они будут бомбить? — спросил Дроздов беря чашку с чаем.
— На днях, — ответил следователь, допивая, чай и ставя бокал на тумбу.
Профессор остановил руку с чашкой у самого рта. — Они что, убьют живых вместе с заражёнными? — поразился Дмитрий Сергеевич ставя бокал на тумбочку так и не отхлебнув горячего напитка.
