— Нет, нет. Игра не закончена. Ни в коем случае, — настаивала Маргарет.
— О чем ты? — спросила Кристи. — Что же ей теперь делать?
— То же, что она делала до сих пор. Смущать его. Сводить с ума, заставлять сгорать от желания, забыв о своей гордости.
Маргарет положила руки Эмме на плечи и посмотрела ей прямо в глаза.
— Ты мне веришь?
— Не знаю. Особенно когда ты вот так на меня смотришь.
— Я говорю серьезно.
— О'кей, я тебе верю.
— Тогда поверь мне, что все бросить — это самое худшее, что ты сейчас можешь сделать.
Эмма вздохнула.
— Я постараюсь. Но это нелегко.
— Я никогда не говорила, что будет легко. Просто пообещай мне, что не отступишься, а продолжишь все, как было задумано.
— Маргарет, ты хочешь от меня слишком многого.
— Вовсе нет. Я просто знаю, что ты можешь это сделать. Ты сильная, Эмма. Сильнее, чем сама думаешь.
Эмме хотелось сказать «нет». Хотелось все забыть. Но, глядя в уверенные карие глаза Маргарет, она не могла это выговорить.
— Хорошо, — кивнула она.
Маргарет улыбнулась.
— Великолепно. Теперь поправь свой макияж.
Эмма посмотрела на себя в зеркало и засмеялась.
— Ну и вид!
— Кристи принесет тебе твою сумочку. Вперед, девочки! Пошли!
Джейн удивленно посмотрела на Маргарет.
— Что-то я ничего не понимаю.
Эмма услышала, как Маргарет прошептала ей в ответ:
— Я все объясню позже.
Но когда она повернулась, чтобы переспросить, что Маргарет имела в виду, подруг уже не было. Эмма осталась одна, наедине со своими мыслями. Да, она согласилась на этот фарс, понимая, что Майкл не любит ее и никогда не полюбит. И что бы ни произошло, боль в ее сердце будет жить еще очень и очень долго.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
— Майкл, с тобой все в порядке?
Майкл смотрел на Джима Коулинга, будто не слыша его вопроса. Но через секунду спохватился и кивнул.
Внимательно посмотрев на Джима, который сидел в кресле напротив него, Майкл спросил:
— Что тебе известно об Эмме Робертс?
Джим, по-видимому, удивился.
— Ну... Она совершенно не то, чего я ожидал.
— А чего ты ожидал?
— Не знаю, но не такого человека, как она. Мисс Робертс лучший специалист в своем деле. Рэнди считает, что она еще не полностью реализовала себя. Он говорит, что она немного застенчива, но мне так не показалось.
Интересно, подумал Майкл, заметил ли Джим, что Эмма проделывала во время совещания? Впрочем, конечно, нет. Он ведь не смотрел под стол. Может быть, Джим догадался? Нет, едва ли. Просто «новая» Эмма не отличалась застенчивостью, а Джим судил о ней по внешнему впечатлению.
— А почему ты спрашиваешь? Думаешь, она может уйти? Знаешь, я слышал, ею заинтересовались в компании «Шелл». И очень заинтересовались. Предлагают хорошие деньги.
Майклу это известие вовсе не понравилось.
— Узнай, сколько ей там собираются платить, хорошо?
— Конечно. Это все?
— Э-э... Пожалуй, да. У тебя есть ко мне еще какие-нибудь вопросы? Тебе что-нибудь нужно?
Джим нахмурился.
— Нет. Но... Может быть, тебе сходить к врачу? Ты отвратительно выглядишь.
— Спасибо.
— Послушай, я всего лишь говорю то, что есть. Ты выглядишь ужасно с самого понедельника. Не хочешь сказать, почему?
Майкл улыбнулся:
— Я забеременел.
— Очень смешно.
— Давай отсюда, ладно, Джим?
Джим поднялся с кресла и взял портфель.
— Послушай, дружище, нельзя допустить, чтобы ты вышел из строя. Сделай одолжение и себе, и компании. Не прячь голову в песок. Сходи к врачу. Обследуйся. Возьми отпуск, наконец.
Майкл тоже встал, вышел из-за стола, подошел к другу и положил руку ему на плечо.
— Не волнуйся. Сердечный приступ не входит в мои планы. По крайней мере, сегодня.
Джим взглянул на Майкла, покачал головой и вышел из кабинета. Майкл долго смотрел на дверь, вновь думая об Эмме.
Женитьба.
Он не ожидал такого поворота, хотя следовало предвидеть... В конце концов, Эмма — женщина. Но он совсем не думал о браке. Может быть, дело в том, как они встретились. А может быть, «новая» Эмма совсем не отвечала его представлению о жене и матери. Но теперь, когда Эмма заговорила об этом, Майкл поймал себя на том, что идея не выходит у него из головы.
Майкл не собирался жениться. Ни сейчас, ни потом. Ни на ком. Он был убежденным сторонником холостяцкой жизни, хотя никогда и никому не говорил почему. На самом деле он считал, что женщину привлекают только деньги мужчины и его власть. Майкл убедился, что это сочетание действует на женщин как магнит. Эту формулу он вывел для себя уже очень давно и сейчас не видел причины, чтобы пересматривать ее, изменяя своим принципам. Даже ради Эммы.
Женитьбу он всегда считал уделом слабых. Всю жизнь быть с одной женщиной? Разве можно всю жизнь есть только курицу? О'кей, в случае с Эммой можно предположить, что всю жизнь он будет есть только икру. И все же... Икра утром, днем и вечером? Каждый день?
Хотя...
Эмма не похожа ни на одну из тех женщин, которых ему доводилось встречать раньше. И дело здесь было вовсе не в ее сногсшибательной сексуальности. Она просто чертовски непредсказуема. И Майкл ни капли не сомневался, что такой она и останется.
Она слышала про Фрэнкла. Кто еще из его многочисленных подружек знал имя этого дизайнера? Да никто!
Она любит джаз. О'кей! Джаз нравился еще кое-кому из его знакомых. Но Эмма любит Чарли Паркера!
Эмма умна. Среди его знакомых немало умниц. Майкл вообще не терпел пустоголовых. Но Эмма умна по-особому, и Майкл чувствовал, что между ними много общего. Они оба были преданы своей работе. Она разбиралась в бизнесе, и говорить с ней о делах — одно удовольствие. Он вспомнил их беседу в Новом Орлеане, после которой понял, насколько Эмма ценный специалист. Он не допустит, чтобы «Шелл» или какая-нибудь другая компания переманила ее. Эмма нужна «Транско».
А главное, Эмма нужна ему.
Он поднялся так резко, что чуть не перевернул кресло. Нет. Он не собирается жениться на Эмме. Даже если она самая восхитительная красавица во всем мире. Она не заставит его сделать ей предложение. Ни за что. Еще не родилась та женщина, которая изменит мнение Майкла о браке. Он никогда не пойдет под венец. Никогда.
Эмма увидела Грейс Портер, секретаршу Майкла, в кафетерии. Взяв свой поднос, на котором стояли тарелочки с овощным салатом и банка диетической колы, она направилась к столику, за которым в одиночестве сидела эта на вид немного уставшая женщина. Эмма не знала, почему ей вдруг захотелось поговорить с Грейс.
— Не возражаете, если я присоединюсь к вам?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
