висеть банджо?
— Ага. А напитки названы в честь песен Уэйлона Дженнингса[4].
Ноа провел ее ко входу, по-прежнему придерживая за поясницу.
— Первый, кто заметит фотографию Вилли Нельсона[5], выиграет.
Судя по тому, как расслабились мышцы под его рукой, этот короткий обмен шутками ее немного успокоил.
По залу с усталыми лицами сновали путешественники, волоча за собой большие чемоданы и сожаления о выпитом накануне. Хостес улыбнулась новым посетителям.
— Вам столик на двоих?
— Мы встречаемся кое с кем в баре, — сказал Ноа.
Их подвели к круглому бару в центре на небольшом помосте, окутанному холодным светом ламп. За стойкой почти никого не было, за исключением парочки парней, спокойно цедящих пиво перед экраном телевизора, по которому транслировали футбольный матч, и девушки, нетерпеливо поглядывающей на вход в ресторан.
— Это она, — сказала Алексис, замедляя шаг. Ладонь Ноа на ее спине поднялась выше и остановилась на напряженных плечах. Он сжал их и наклонился к ее уху.
— Все нормально?
Алексис лишь молча продолжила идти.
Кэнди заметила их приближение и нервно схватилась за свой стакан воды, при этом немного расплескав. Она вздрогнула и принялась извиняться перед барменом, который вежливо улыбнулся и вытер столешницу. Кэнди соскользнула с барного стула им навстречу.
— Привет, — напряженно пролепетала она.
— Привет, — ответила Алексис.
Кэнди повернулась к Ноа, и тот вдруг испытал странное ощущение, будто где-то ее уже встречал, — у них с Алексис действительно одинаковые глаза.
— Это мой друг Ноа, — представила Алексис. Она говорила мягким, успокаивающим голосом, каким обычно обращалась к недовольным посетителям кафе.
Кэнди громко сглотнула.
— Привет.
Алексис повернулась к Ноа и изогнула бровь — это выражение лица тоже было ему хорошо знакомо. Оно как бы говорило, что он забыл об элементарной вежливости и выставлял себя настоящим хамом. Ноа нервно сглотнул и протянул Кэнди руку. Та взглянула на нее неуверенно, но пожала.
— Рад встрече, — пробубнил Ноа.
Кэнди прикусила губу, словно хотела ответить взаимностью, но не желала лгать — ей явно было бы уютнее без посторонних. Она обернулась к Алексис.
— Ты голодна? Можно взять столик или…
— Лучше посидим в баре. Мы ненадолго.
— Э-э, хорошо. Тогда присаживайтесь, я заняла места.
Кэнди спешно убрала с двух соседних стульев свои вещи. Алексис тихо поблагодарила, и они все расселись.
— Что будете? — спросил бармен.
Ноа посмотрел на Алексис.
— Светлое пиво?
— Можно.
— Два светлых, пожалуйста, — заказал он и глянул на Кэнди. — А ты что будешь?
— П-просто воды.
Бармен отошел, и Кэнди вновь громко сглотнула.
— Ты… ты приняла решение?
Алексис положила сумочку на пол.
— Давай сперва поговорим.
На юном лице Кэнди отразилось разочарование, брови сошлись на переносице.
— Ох… хорошо. Э-э, у тебя есть вопросы?
Алексис глубоко вдохнула, набираясь смелости, и выпалила:
— Я нашла в интернете объявление о свадьбе твоих родителей. — Ее пальцы рассеянно почесывали ладонь. — Я родилась в том же месяце.
Кэнди удивленно распахнула глаза и напряглась. Либо она только сейчас осознала, что дорогой папочка изменял ее маме, либо лишь подозревала, а теперь получила подтверждение. Во всяком случае, Ноа стало ее немного жаль — всегда тяжело узнавать, что человек, которым ты восхищался и которому доверял, не такой уж хороший, каким ты его считал.
— Полагаю, — продолжила Алексис чуть мягче, — именно поэтому он не хотел, чтобы ты со мной связывалась.
Кэнди отвела взгляд.
— Не знаю. — Она внезапно стиснула челюсть. — Не надо было его слушать! Я хотела разыскать тебя, как только узнала правду.
Появился бармен с их напитками, благодаря этому Ноа не ляпнул того, о чем бы потом жалел. Кэнди принялась за воду, стараясь не смотреть на Алексис.
— С тех пор как я узнала о тебе, у нас с папой испортились отношения.
Ноа сжал пальцы на бутылке пива. Если она пыталась их разжалобить…
Алексис бросила на него предупреждающий взгляд, будто почувствовав закипающий в нем гнев. Ноа припал к пиву и уставился в телевизор. Однако его внимание было полностью приковано к разговору.
— Я почитала про донорство почки, — начала Алексис. — Везде пишут, что процесс занимает от полугода, но у Эллиотта нет столько времени.
Выражение лица Кэнди изменилось, она резко выпрямилась.
— Так ты согласна?
— Я лишь спрашиваю, что от меня потребуется.
Кэнди схватила сумку и достала потрепанную папку с логотипом центра трансплантологии в Хантсвилле.
— Вот, тут все подробно расписано, — сказала она, при этом в ее голосе появилось почти детское воодушевление, да она и была почти ребенком. — Необходимо пройти два этапа тестирования, на них обычно уходят месяцы, но поскольку папа… — У нее оборвался голос, она прочистила горло и продолжила: — Поскольку времени совсем мало, они могут ускорить процесс.
Она передала папку Алексис.
— У нас есть координатор, отвечающий за донора. Внутри ее визитка. Если ты ей позвонишь, она запишет тебя на первый анализ крови.
Алексис открыла папку. Ноа заглянул ей через плечо. С каждым словом, которое ему удалось выцепить из текста, кровь вскипала все больше. Кэнди потянулась к карману пальто.
— И еще я хотела дать тебе это.
Она положила на барную стойку сложенный лист бумаги. Алексис молча уставилась на него, словно боясь дотронуться.
— Что это?
— Копия ДНК-теста.
Алексис продолжала глазеть на бумажку. На самом деле в нем не было особой необходимости. Любой, взглянувший на двух девушек, сразу увидит их схожесть. Тем не менее Алексис взяла лист и развернула.
— Спасибо.
— Центр пересадки недалеко от нашего дома.
Алексис вскинула на нее недоуменный взгляд.
— Я подумала, может… — пробормотала Кэнди и замолчала.
— Может что? — требовательно спросил Ноа.
Кэнди натянула рукава свитера на ладони.
— Может, после визита в больницу ты заглянешь к нам и познакомишься со всеми? С папой,
