обвинениями. Ян не виноват. Я обязательно обо всем им расскажу. — Ты безответственный, безалаберный…
— Ты прав, — перебивает Самсонов отца. — Я дебил, из-за которого она сегодня пострадала, но запретить общаться с Никой ты мне не можешь. Эта девочка моя. Моя! Понял?..
Глава 24
Ника
Лето близилось к концу. Я сдала экзамены, получив высокие баллы, могла подать документы в любой ВУЗ страны, но на семейном собрании было принято решение, что я иду учиться в «Прогресс». Не буду нахваливать себя и говорить, что попала туда из-за высоких оценок, мое обучение оплатил Эдуард Викторович.
Впереди учеба, новые друзья. Хотелось верить, что у меня все получится…
— Ника, ты готова? — раздается голос мамы, сопровождающийся громкими стуками в дверь. — Там уже гости собираются, спрашивают: «Где именинница?».
— Сейчас спущусь, — обреченно звучит мой голос.
Сложно изображать восторг, когда настроения нет. Я не планировала устраивать грандиозную вечеринку в свой день рождения. Хотела взять несколько школьных подруг и сходить в кафе, у меня были на это деньги, но мама, как всегда, влезла в мои планы и все сделала по-своему.
Получив поддержку мужа, подговорив Яна, она устроила настоящее торжество. Я поздно узнала обо всем, иначе ни за что не согласилась бы. Маме нужен был повод собрать друзей и соседей Эдуарда Викторовича в особняке, показать всем, какая она замечательная хозяйка. Легко себя превозносить, когда всю работу за тебя делает обслуживающий персонал. Мама гордилась своим статусом — «жена бизнесмена». Наверное, только я не понимала, в чем была ее заслуга. Хотя в мамином окружении полно женщин, которые считают удачное замужество достижением.
— Не забудь надеть колье и браслет, — доносится из-за двери строгий мамин голос.
Комплект драгоценностей, которые подарили «родители», лежал как раз передо мной.
— Вера, с днем рождения, — за завтраком поздравила мама. К ней присоединился Эдуард Викторович, Ян в это время еще спал. Она вручила мне комплект, когда мы остались одни, вместо добрых пожеланий я услышала: — Это твои первые драгоценности, пусть их становится все больше, ведь у каждой уважающей себя женщины должно быть свое собственное состояние, которое лучше всего хранить в украшениях, — посмеиваясь.
— Спасибо, — выдавила из себя. Бессмысленно было что-то объяснять маме. Она верила в свою правоту. После замужества мама сильно изменилась, стали прорезаться черты, на которые раньше я не обращала внимания. Правильно говорят: «Дай человеку деньги и власть — и ты увидишь его истинное лицо».
Взяв с трюмо коробку с комплектом, открыла ее, достала браслет. Попав под лучи солнечного света, бриллианты заискрились. Страшно представить, сколько стоят украшения, если мама решила устроить им демонстрацию. С браслетом легко справляюсь, ожерелье застегнуть не могу.
Может, ну его?
Я бы не надела, мне эта показуха ни к чему, но мама не отстанет, заставит подняться и надеть. Еще и выговаривать начнет, что я неблагодарная дочь. Как хорошо, что я скоро съеду. Последнее время она стала невыносима.
Промучившись еще несколько минут, тяжело вздыхаю, закрываю глаза, чтобы успокоиться. Это мой день рождения, почему я должна проводить его так, как хочет мама?
Забрав ожерелье, выхожу из комнаты. Если мама хочет, чтобы я его надела, пусть поможет застегнуть.
— Оху… — появляется у меня за спиной Ян, свой восторг он обрывает и заканчивает более приличными словами: — Офигенно выглядишь.
Оборачиваюсь, очень стараюсь не улыбаться, я вроде все еще обижена из-за того, что он не предупредил меня о готовящемся заговоре. Сложно оставаться холодной и равнодушной, когда твое сердце радостно скачет в груди. После аварии мы стали еще ближе. Ян сидел со мной, пока я была в больнице. Игнорировал врачей, которые напоминали, что у него самого множество гематом на теле, трещины в ребрах и в правой руке, а еще сотрясение, которое требует постельного режима. Вместо этого он ушел из больницы вместе со мной, сопровождал меня на каждый экзамен, помогал побороть страх, когда я отказывалась садиться в машину…
— Я думала, ты наденешь костюм, — не удержавшись, все-таки улыбаюсь.
Самсонов, словно бросая вызов маме, решил совершенно не соблюдать дресс-код. Ян в джинсах, по которым никогда не скажешь, что стоят они почти триста тысяч рублей. Футболка с укороченным рукавом подчеркивает красивое тренированное тело. Позер, мог бы и скромнее что-то найти в своем гардеробе. Надень он рубашку, никто не увидел бы его татуировки и накачанные бицепсы. Образ завершает стильная стрижка.
— Зачем? Я ведь не твоей маме хочу угодить, а тебе, — подходит вплотную, позволяет вдохнуть аромат его парфюма.
— Если бы ты хотел угодить мне, не позволил бы случиться этому безобразию. Хоть бы поинтересовался, как я хочу отпраздновать свое совершеннолетние.
— А может, я знаю, как ты хочешь его отметить, — усмехается самодовольный гад.
— Твоя самоуверенность не доведет до добра. Ты ошибся, это не то, что я хочу, — обвожу взглядом суетящихся на первом этаже официантов.
— Ты еще ничего не видела, — подмигивает Ян. Он не понимает, что мне и смотреть на все это не хочется. Что бы они там ни приготовили, я мечтаю оказаться в другой реальности, где всего этого нет. — Что у тебя в руках? — спрашивает Самсонов.
— Ожерелье, которое мама просила надеть, но у меня не получается, — поднимаю украшение к его глазам.
— Понятно. Давай помогу застегнуть.
Передаю Яну украшение, поворачиваюсь к нему спиной.
Он не спешит. Теплое дыхание ласкает кожу. Подушечки пальцев скользят по шее, посылая табун мурашек по телу. Горячие губы легким касанием обжигают ключицу, отодвинув в сторону бретельку платья, он проходится губами по коже, поднимается поцелуями к шее…
— Ника, — голос мамы врывается в опьяненное сознание. Возмущенно смотрю на Яна. Улыбается, гад.
— Иду, — хочу крикнуть в ответ, но голос подводит.
— Она сейчас спустится, — перевесившись через перила, сообщает Ян маме. В его руке нет ожерелья, прикасаюсь к шее, оно на мне. Когда успел надеть?
— Идем, провожу, а то, чего доброго, с лестницы скатишься, — посмеивается Самсонов.
— Смотри сам не скатись…
О боже! Гости только начали собираться?
Как по мне, так гостей уже слишком много. Стоя на крыльце, думаю, куда мне пойти. Ян берет меня за руку, ведет в сторону своих знакомых. Нужно со всеми поздороваться, познакомиться, принять поздравления…
Как же это утомительно!
Подарки складывают на специальный столик, который быстро заполнился, теперь букетами, коробками и подарочными пакетами заставлена часть лужайки.
Есть среди гостей знакомые лица. Некоторых ребят я видела в школе, но мы особо не общались. Возле бассейна в окружении незнакомых девушек стоит подруга Лены. Не помню, чтобы они подходили поздравлять. Зачем тогда
