Читаем без скачивания 13-й Легион - Гэв Торп

Когда «Правосудие Терры» становится не более чем еще одной искрой в отдаленной битве, мы начинаем терять интерес. Виднеются вспышки стрельбы, но на расстоянии в несколько тысяч километров, так что сложно разобрать, что там на самом деле происходит. Я уверен, что на орудийных палубах и на мостике были какие-нибудь зрительные сканеры и разное другое оборудование, которое позволяет им лучше все рассмотреть, но здесь внизу, это просто невероятно далекое и слабое световое шоу.

— Хорошо, — говорю я бойцам, когда они начинают разбредаться от иллюминатора, — давайте закончим погрузку «Химер».

МЫ ПОГРУЗИЛИ три «Химеры» на борт одного из десантных кораблей и готовы были загнать еще две на другой, когда мимо нас забегали матросы, внезапная паника побудила их к деятельности. Я хватаю уоррент-офицера за руку, когда он пытается промчаться мимо.

— Что происходит? — требую я ответа, глядя на флотских, как они сбегаются к оружейным шкафчикам в задней части ангара шаттлов.

— Мы получили приказ подготовиться к абордажу, — отвечает он мне, с рычанием выдергивая свою руку, — один из эльдарских пиратов кинулся назад и летит прямо к нам.

Они обманом отвели крейсер, и теперь мы сами по себе. Взгляни!

Он указывает на иллюминатор, и я вижу быстро приближающиеся вихрящиеся очертания. Я не могу ясно разглядеть корабль, он защищен тем, что мы называем «голополем», которое изменяет и отклоняет свет, так что вы не можете точно засечь его местоположение, это заставляет авгуров и сюрвейров сходить с ума. Еще один пример адского колдовства эльдар в их машинах и оружии.

Я уже хотел кого-нибудь попросить связаться с Полковником, когда вижу, как он проходит через противовзрывные двери в дальнем конце ангара шаттлов. Он смотрит в иллюминатор, и я спешу к нему.

— Нам нужно вооружиться, сэр — говорю я, — они ожидают абордаж.

— Я знаю, — отвечает он, обращая свое внимание на меня. Я вижу, что на поясе висит его силовой меч в ножнах, а на другом бедре болт-пистолет.

— Я проинформировал охрану. Они выдадут вам оружие, когда закончат формировать отряды флотских.

— Куда нам пойти, сэр? — спрашиваю я, пока мы идем обратно к взводу, — флотские, кажется, знают что делают. Чем мы можем помочь?

— Ты прав. Они управятся без нашего вмешательства, — соглашается он, доставая свой болт пистолет и отщелкивая предохранитель, — мы будем действовать в качестве резерва, за отрядами флота. Если будет похоже, что они дрогнули, мы выдвинемся и поддержим их.

Кажется, в этом есть смысл. Я не прочь стать за матросами и охраной. В конце концов, их готовили к такого рода вещам, к перестрелкам на короткой дистанции и рукопашной, и у них есть тяжелая броня для такого рода дерьма. Пока мы ждем охрану для раздачи оружия, я приказываю охранять десантные корабли, скорее, чтобы занять своих бойцов, чем из-за страха, что они в открытую поддержат эльдар.

Мы как раз заканчиваем, когда охрана выкатывает тележки с оружием. Они начинают раздавать дробовики и нагрудные патронташи каждому. Я хватаю один и вешаю на плечо, затем урываю связку электроострог, подзываю сержантов отделений и раздаю им по одной, оставляя одну и для себя. Оглянувшись в иллюминатор, я вижу выстрелы наших жалких батарей, шарахающих в сторону цветных миазмов, что представляют собой корабль эльдар. Кажется, они вообще не попадают в него; он изменяет курс, чтобы зайти с борта, замедляет скорость, дабы поравняться с нами.

Весь корабль дико дрожит, когда капитан приказывает исполнить маневр уклонения и реактивные двигатели оживают, внезапно прибавляя скорости и швыряя нас в сторону. Это дает нам всего лишь полминуты или около того, прежде чем ярко-пурпурный поток энергии вырывается из облака изменяющихся цветов, бьет нас куда-то около кормовой части, заставляя корабль задрожать от взрывов.

— Они отключили наши двигатели, — говорит стоящий рядом со мной Полковник, его лицо мрачное, как всегда, — теперь они пойдут на абордаж.

Небольшие очертания отделяются от разноцветного тумана и летят в нашу сторону. Должно быть, это штурмовые корветы, решаю я, и вижу около полудюжины, кажется, они летят прямо к нам. Я думаю, это, должно быть, иллюзия, но затем чувствую, что они действительно летят прямо к нам. Они становятся все больше и больше, и я слышу грохот ботинок по металлической палубе, когда еще больше матросов выскакивают в ангар для шаттлов из окружающих зон корабля. Я заталкиваю пять патронов в дробовик и досылаю один цевьем в патронник, подготовившись к выстрелу. Зажав левой рукой электроострогу, я отсылаю взвод назад, ближе к стене, подальше от иллюминатора и пусковых дверей.

— Ждать приказа Полковника и держаться меня! — ору я на них. Я вижу, как некоторые оглядываются, ища какой-нибудь возможности сбежать, но проследив за их взглядами, я понимаю, что все двери уже снова закрыты. Взглянув вверх, я замечаю трех офицеров флота в контрольной башне, наблюдающих за бойцами внизу через массивное стекло.

— Они здесь! — орет кто-то с передней части ангара. Я вижу гладкие, зловещие очертания штурмовых корветов пролетающих мимо иллюминаторов, каждый раскрашен в странные, плавные полосы черно-пурпурного и красного. Несколько секунд спустя, участки стен на каждой пусковой двери начинают светиться голубым, когда штурмовые корветы задействовали какое-то энергетическое поле, чтобы прожечь вход внутрь. Со взрывом света, разбрасывая искры и обломки на палубу, появляется первый разлом справа от меня.

Почти сразу же вспыхивают взрывы слева и справа, команды флота открывают огонь, наполняя огромный зал грохотом дробовиков. Вспышки выстрелов пляшут в поле зрения, дополненные странными лучами лазпушек или чего-то подобного.

С места, где я нахожусь, я не могу рассмотреть атакующих, но вижу, как бойцов отшвыривает на пол взрывами темной энергии, или разрывает на куски градом огня. Прямо передо мной я замечаю пульсирующий сгусток темноты, летящий в матросов, он разрывает группу людей, подбрасывает их обугленные тела в воздух и расшвыривает оторванные конечности и головы во всех направлениях. Казалось, разом заорали все, добавляя шума к какофонии стрельбы. Хриплые вопли агонии или паники эхом отражаются от стен, со звоном по палубе лязгают гильзы. Воздух наполняется запахом кордита от двух сотен дробовиков, гарью сгоревшей плоти и запахом скотобойни от расчлененных и обезглавленных тел. Пока я осматриваюсь, пытаясь понять, какого черта тут происходит, все погружается в анархию, вспышки выстрелов смешались с лаем дробовиков и пронзительным визгом осколковых ружей и пушек эльдар.

Невозможно разглядеть со сколькими мы столкнулись и сдерживаем мы их или нет. Я повсюду вижу насыпи из тел, бойцы отползают в стороны, держа свои искалеченные конечности или зажимая раны на теле и голове. Еще один взрыв раскалывает решетки палубы, вдалеке слева, где стоит генератор или что-то типа того, там расцветает огненный шар. Выстрелы и свист теперь оглушительны, случайные попадания в железные опоры контрольной башни шипят и пузырятся, плавя подпорки, держащие контрольный зал в десятке метров над палубой. Шаттл справа от меня разрывается огромным огненным шаром, град шрапнели сечет бойцов вокруг него, разрезая их тела облаком острых обломков.

— Время пришло, — говорит Полковник, выступая вперед, голубая пульсация силового меча освещает его лицо снизу. Он кивает головой вправо и среди поредевших матросов флота и охраны, я замечаю первых воинов-ксеносов. Их броня раскрашена в те же цвета что и штурмовые корабли. Панцири покрыты клинками и пиками, по кончикам которых пробегают беспорядочные разряды энергии. Они примерно на голову выше окружающих бойцов, но настолько худые, что кажутся почти истощенными. Они двигаются изящными, перетекающими движениями, кажется, совсем не затрачивая для этого усилий. Со скоростью, с которой не могут двигаться даже самые закаленные бойцы, они рубят влево и вправо оружием ближнего боя из экзотического набора клинков и зазубренных хлыстов. Возвратным движением меча, ксенос отсекает голову одному из бойцов, и она катится по полу, после чего тот разворачивается на каблуках и погружает клинок в живот еще одному флотскому. Вокруг них стоит аура злобы, странный пронзительный смех или экстравагантные жесты выдают их беспощадность.

Наступает момент, когда перед нами остаются одни чужаки, около двух десятков, мертвые и умирающие флотские разбросаны по палубе у их ног. Никому не понадобился приказ и все разом открывают огонь, жар от залпа окатывает меня, заставляя кожу покрыться потом. Я передергиваю цевье и снова стреляю, рукоятка моей остроги зажата между казенником и рукой, я вижу, как одного из эльдар отбрасывает выстрелом, яркая кровь брызгами взлетает в воздух. Слева еще больше ксеносов прыгает в нашу сторону, с легкостью разрезая нескольких человек на своем пути.