сомнений, что Оля погибла. Нашли ее сережку, кроме того, были показания Лизы…
— Посмотрите. — Ватсон перебил директрису, протянул Холмсу планшет. — Пеший маршрут, расчетное время — один час.
— А если вот так? — Шерлок указал прямой путь через лесопарк. — Минут двадцать?
— Пожалуй, да.
— Из ротонды есть черный ход? — спросил Шерлок.
Директриса провела детективов через парадные двери ротонды к черному ходу, что был расположен под круглой лестницей. Открыв дверь, они оказались на заднем дворе пансионата. Всю территорию действительно защищал высокий забор.
— Где калитка, ведущая в лесопарк? — поинтересовался Холмс.
— Как вы… — Директриса поспешила за Шерлоком, который, не дожидаясь ответа, пошел вперед.
— Это кратчайший путь через двор. К тому же, судя по тропинке, им иногда пользуются. — Холмс осмотрел навесной замок и повернул дужку. Калитка оказалась незаперта.
Лесопарк был небольшим, сразу за ним начинались жилые дома. Шерлок не останавливался, пока не оказался у коттеджа № 23 по Заречной улице.
— Вы можете объяснить, что происходит? — Женщина с трудом переводила дыхание.
— Учитель отсюда никак не мог увидеть пожар. Посмотрите сами. — Он указал по высокие деревья.
— Вы совершенно правы, Холмс!
— Следуйте за мной. Не стоит терять ни минуты. — Холмс стремительно направился к коттеджу. — В этом доме находится Ольга Александрова. Два года назад ее похитил «дьявол», он же учитель биологии Иванов Степан Юрьевич, он же Дроздов Григорий Петрович. Могу назвать и мотивы, но, думаю, нам лучше не терять времени. Ватсон, позвоните нашему клиенту, пусть немедленно приезжает. А вы, — Холмс обратился к директрисе, — вызовите полицию.
В доме было душно. Окна с тройными стеклопакетами наглухо закрыты. В гостиной телевизор бубнил про пандемию и коронавирус, охвативший уже весь мир. Ватсон достал пистолет и заглянул в спальню — пусто. В кухне мухи облепили кастрюлю с супом. Шерлок брезгливо поморщился.
«Никого», — дал понять Ватсон, разводя руками.
— Девочка там, — одними губами произнес Холмс и указал на дверь в подвал.
Ватсон прислушался. Из подвала доносился разговор, но слов было не разобрать. Доктор вопросительно посмотрел на Холмса, тот поднес указательный палец к губам.
К счастью, ждать пришлось недолго. Минут через десять послышался шорох, дверь открылась и в комнату поднялся темноволосый мужчина. Дроздов не успел сделать и шагу, как Ватсон уже скрутил ему руки, — сноровка и сила позволили доктору сделать это без особого труда. Шерлок уже спускался в подвал.
Холмс с трудом удержался, чтобы не зажать нос. Воздух был спертым, наполненным запахами еды, мочи и крови. Пошарив рукой по стене, он включил свет. Оля, привязанная к стене, с грязным лицом и растрепанными волосами, опустившись на колени, ела из алюминиевой миски, привинченной к полу. Увидев незнакомца, она хрипло закричала.
— Пока не приехал ее отец, побудьте с ней, — попросил Ватсон директрису. — Оля, все закончилось. Скоро за тобой приедет папа.
Девушку трясло от страха.
— Как вы меня нашли? — Дроздов пытался вырваться.
Ватсон не без труда усадил его на стул.
— Вам будет предъявлено обвинение в похищении несовершеннолетней. Молитесь, чтобы экспертиза не обвинила вас в изнасиловании.
— Я ее не…
— Вы подделали документы на фамилию Иванова Степана Юрьевича, вклеив туда свою фотографию, устроились по ним на полставки учителем биологии… — Шерлок сел напротив Дроздова. — Вам помогал Бондырев?
— Он тут ни при чем, — огрызнулся Дроздов и попытался вырваться, но Ватсон вновь усадил его на стул. — Я знал, что пожалею… Надо было сразу довести все до конца.
— Но вы не убийца, — констатировал Холмс, и Дроздов замолчал. Его лицо сделалось печальным, глаза наполнились слезами. — Когда девочки попросили вас купить свечи для обряда, вы сделали их сами, видимо, добавив в воск белладонну и еще какие-то примеси, которые при нагревании испарялись и вызывали галлюцинации. В ту ночь вы вернулись в пансионат через пролесок незамеченным, проникли в ротонду через черный ход. Вы увидели зажженные свечи, надели заранее приготовленную маску и стали ждать, когда у девочек начнутся галлюцинации.
— Я ждал под лестницей, — продолжил Дроздов, — когда девчонки потеряют сознание. Хотел вколоть Оле наркотики, чтобы она умерла от передозировки.
— Поправьте меня, если я неправ. Вашему плану помешало загоревшееся дерево. В него попала молния, и она упало на крышу ротонды. Девочки уже видели галлюцинации и не могли адекватно реагировать на происходящее. Лизе вы не желали смерти. Девчонка была ни при чем. Поэтому вы вышли из укрытия. Причиной того, что вас она приняла за дьявола, стали белладонна и маска на вашем лице. Она убежала, а Олю вы вытащили из пожара и отнесли к себе домой в надежде, что убьете позже. Затем вернулись в пансионат и помогли эвакуировать детей, потому что не могли допустить, чтобы они погибли из-за вас. Единственное не пойму, это вы убили Иванова?
Дроздов вздохнул.
— Я его не убивал, бедолага умер сам, но очень вовремя. После случившегося притворяться учителем не было надобности. Я жалел, что вытащил девчонку из огня, нужно было избавиться от нее как можно скорее. Но я не смог. Она рассказала, что хотела заключить договор с дьяволом, чтобы воскресить моего сына. Во мне все перевернулось. Я понял, каким был дураком, но исправить было уже ничего нельзя. Пока я думал, что делать, эксперты нашли обгоревшие кости в ротонде и сочли Олю погибшей. Они даже не сделали нормальную экспертизу! Мой план мести рассыпался, и я сам оказался в ловушке.
— Почему же вы ее не отпустили? — спросил ошеломленный Ватсон.
— Чтобы меня обвинили в похищении?
Дверь с треском распахнулась, комната наполнилась полицейскими. Дроздову надели наручники.
— Как вы догадались, что она жива? — спросил он, перед тем как его увели.
— Вас выдали маки, — ответил Холмс.
— Про какие маки вы говорили? — спросила директриса, возвращаясь с Шерлоком Холмсом и Ватсоном в пансионат. — Зачем он вообще все это сделал?
Холмс вежливо открыл калитку и пропустил даму вперед.
— Он вел разработки препаратов для лечения онкологических заболеваний. Его сын был болен, поэтому Дроздов как никто был заинтересован в результатах. В две тысячи пятнадцатом году вышел закон, согласно которому ввоз лекарств, не зарегистрированных в России, пусть даже для личного применения, стал считаться контрабандой и преследоваться по закону. Дроздов не мог выехать в США: он был невыездным из-за уровня секретности его работы. Он хотел сам разработать это лекарство. Однако Александров отказал ему в выдаче гранта, сочтя его исследования не приоритетными. Ведь от этого орфанного заболевания[2] умирает только один из миллиона, а вирусные инфекции уносят тысячи жизней. Аналоги не облегчали страданий мальчика. После смерти сына Дроздов решил
