Большинство из них были одеты по сезону, но все равно изнывали от невыносимой жары. В маленьком городке палящее солнце не унималось почти круглый год, но середина августа выдалась самой душной.
Рэймонд не сказал Лин, зачем поехал в аэропорт. Он думал об этом почти две недели и, наконец, решился. Ему было нелегко пойти на этот шаг, но где-то в глубине его сердце подсказывало, что на этот раз он делает все правильно.
– Еле узнал тебя без косухи, – раздался сбоку мужской голос, и Рэймонд повернул голову.
К нему приближался высокий парень. На нем была растянутая черная майка и светлые шорты. Его глаза также скрывались за очками, а на темной кучерявой шевелюре сидела бейсболка козырьком назад.
– Привет, Алекс, – Рэймонд крепко пожал ладонь парню. – Как долетел?
– Как видишь, жив-здоров. Только в аэропорту намудрили с багажом, – Алекс стащил со спины объемный рюкзак и закинул его на заднее сиденье. – Не переживай. Все, что нам потребуется у меня с собой.
Рэймонд сел в машину и завел мотор. Алекс устроился на пассажирском сиденье, высунув руку в открытое окно. Она была полностью покрыта цветной татуировкой, рисунок которой заканчивался на середине шеи. Парень снял солнцезащитные очки и с интересом рассматривал полупустые улочки. Приехать из большого города в маленький всегда интересно, пускай и на пару дней.
«Шевроле» ехал по дороге, вдоль которой стояли одноэтажные миниатюрные домики. Казалось, время остановилось в этом месте. Старинные здания с закусочными на открытом воздухе, рыбный магазинчик с потрепанной вывеской, мастерская по пошиву одежды – на всем лежал отпечаток прошлого.
Самая длинная улица в этом городе закончилась, сменившись площадью с фонтаном. По ней прогуливались редкие туристы. Кто-то фотографировался, кто-то слушал уличных музыкантов, а кто-то пытался снизить цену на картину у местного художника – все вокруг было погружено в расслабленную атмосферу отдыха.
После площади тянулся сквер, заставленный жилыми одно- и двухэтажными домами. Все в разных цветах и стилях, здесь не было одинаковых. Дом, в котором жили Рэймонд и Лин, находился в конце улицы.
Рэймонд заметил, что их двор можно было отличить от других по фонарям с остроконечными верхушками. Они выглядывали из-за забора, выложенного из дикого камня. За ним стоял одноэтажный прямоугольный дом со стеклянными дверьми и окнами в пол, занимающими бóльшую часть стен.
Рэймонд заехал во двор, оставив машину на подъездной дороге. Выбравшись из автомобиля, он оглядел двор с раскладными лежаками, стоящими вдоль бассейна, и прошел по тропинке, выложенной из точно таких же диких камней, как и забор. Преодолев пару гладких ступенек крыльца, он раздвинул стеклянные двери и оказался внутри.
– Лин, я дома.
Его широкоплечая фигура в белой свободной футболке и темных джинсах прошлась по просторной гостиной, объединенной со столовой и кухней. Кроме гарнитура, столешницы с высокими стульями и бежевого дивана здесь больше ничего не было. На стене, отделанной светлым камнем, висела огромная плазма, но за полгода ее ни разу не включали. Практически все стены занимали окна, тянущиеся от потолка до пола, имевшего оттенок молочного шоколада.
Обычно, в дневное время Лин наглухо закрывала окна плотными портьерами. Но сейчас весь дом утопал в свете солнца. Из гостиной тянулся коридор, ведущий в несколько комнат и заканчивающийся выходом на задний двор.
Рэймонд стянул с себя темные очки и бросил ключи на столешницу. Он нахмурился. Почему Лин не вышла его встречать?
– Лин? – он повысил голос и, преодолев коридор, открыл дверь в спальню.
Здесь никого не было. Быстрым шагом Рэймонд обошел весь дом, но ни в одной из комнат не встретил Лин. Неприятный холод пробежал по его спине. Стараясь не обращать внимания на подступающую к горлу горечь, Рэймонд резко раздвинул стеклянные двери и вышел на задний двор.
Увидев Лин, он тут же облегченно выдохнул. Однако Лин не могла его видеть. Она стояла спиной к Рэймонду за вытянутым деревянным столом, за которым они иногда обедали.
– Черт, я уже не знал, что подумать, – проворчал Рэймонд, но Лин так и не обернулась на его голос.
Она слушала музыку в наушниках и тихо пела. На Лин была белая свободная футболка, низ которой завязан в узел, и короткие джинсовые шорты. Заметный загар начал проявляться на руках и ногах. Белые волосы были собраны в высокий хвост.
Судя по доносившимся звукам, она орудовала на столе чем-то тяжелым и металлическим.
«Готовит ужин на свежем воздухе», – решил Рэймонд и направился в ее сторону.
– Я так счастлив, ведь сегодня я нашел своих друзей. Они в моей голове2, – напевала Лин и топала в ритм босой ногой по газону.
Она подняла руку, и солнечный луч попал на запястье. На нем блеснул браслет, оставляя в воздухе яркую закорючку. Однако Рэймонд замер на середине пути, не рискуя подходить близко к Лин. На солнце помимо браслета сверкнул металл пистолета.
– Я такой дурной, но это нормально, ведь и ты такой… – пропела Лин и нажала на кнопку на корпусе ствола.
Пустой патронник выпал из рукоятки, и Лин ловко поймала его в воздухе. Она положила незаряженный пистолет на стол. Растягивая припев песни, Лин отработанным движением набила магазин пулями и вставила его в рукоятку. Рэймонд услышал щелчок. Патронник занял свое законное место.
– Я одинок, но не беда-а-а, побрил башку и сожаленья на-а-а.… – загорланила Лин и быстро спустила затвор. – Люблю тебя, но не сойду с ума-а-а. Убью тебя, но не сойду с ума-а-а.
Лин обхватила оружие двумя руками, прекратила петь и прицелилась. Задержала дыхание. Ее палец лег на курок.
Раздался выстрел. Еще один. И еще, пока в обойме не закончились пули. Все жестяные банки, кроме двух последних в ряду, разлетелись с бревна, лежащего в другом конце двора.
– Черт, – Лин недовольно фыркнула и вытащила из рукоятки магазин, начав вновь набивать его патронами.
Неодобрительная складка пролегла между бровями Рэймонда. Он подошел к Лин и вплотную прижался к ее спине. От его внезапного появления Лин вздрогнула. Одной рукой Рэймонд стянул наушник из ее уха, а другую положил на оголившуюся полоску живота.
– Тише, у тебя ошибка в технике, – мягко произнес он.
Щеки Линдси вспыхнули. Теплая ладонь Рэймонда медленно скользнула ниже ее живота. Жар мгновенно зародился в ее груди и разлился по телу приятной истомой от прикосновения сильных, немного мозолистых пальцев.
– Повернись вполоборота, ноги на ширину плеч, – сказал Рэймонд низким бархатным голосом. – Правую ногу выставляй к цели.
Рэймонд сжал бедро Лин, выставляя ее ногу вперед. Другой рукой он прошелся по линии позвоночника и коснулся плеча. Лин глубоко вздохнула через нос, пытаясь поймать воздух, которого становилось все меньше. Зато изысканный аромат Рэймонда настойчиво проникал в ее ноздри. К ее спине прикасалась его твердая грудь, и от близости его тела пульс Лин участился.
– Расслабься, –
