Читаем без скачивания Профессионалы - Фридрих Незнанский

Помыкавшись на сравнительно мелкомасштабных проектах в кооперативную эпоху, Тюрин быстро смекнул, что времена скоро наступят судьбоносные и денег можно будет заработать вагон и маленькую тележку. В прошлой, советской жизни он был обыкновенным научным сотрудником, впрочем, довольно амбициозным и перспективным. Но, как только подули ветры перестройки, перспектива стать академиком на склоне лет перестала быть интересной. Смекнув, что сейчас империя рухнет, а хитрым и смелым людям может достаться немало из ее сокровищ, он начал действовать. Альянс с Кольцовым в начале девяностых ему был необходим, чтобы заручиться поддержкой номенклатуры. В «Межбанк» слили некоторое количество «золота партии», обеспечив солидный стартовый капитал. Кольцов занял место вице-президента банка, и многие его товарищи по ЦК размещали средства своих предприятий в «Межбанке» или, что стоило еще дороже, рекомендовали своим друзьям и приятелям обращаться именно к Тюрину для финансовых операций. Кольцов своей безупречной номенклатурной репутацией — не выскочка, но и себя в обиду не даст, — служил их банку респектабельной ширмой.

Антону был обеспечен крепкий тыл, и он с командой молодых энергичных сотрудников бросился наращивать капитал банка. Деньги просто пылились на дороге, не уставай поднимать. Никто их не считал и не проверял, кроме самого Тюрина, постоянно переправляющего часть средств в заграничные офшоры на личные счета. Мало ли что может случиться, Россия — страна малопредсказуемая.

Самостоятельные инициативы Тюрина заставляли его собой гордиться. Он, между прочим, придумал первую пирамиду. До сих пор ему обидно, что главным строителем пирамид в России считают Мавроди. Антон внедрил эту схему гораздо раньше. Хотя, надо признать, вряд ли ему по-настоящему хотелось повторить судьбу Мавроди, арестованного в однокомнатной московской квартирке, где он скрывался много лет. Сидел бы себе в Аргентине, что его понесло в Россию? Неужели без березок да русского мата во дворе нельзя прожить? Как эта схема здорово тогда работала! Запускаешь ролик на центральном телевидении, где на фоне нефтяных вышек диктор загробным голосом начитывает: «Ваши деньги будут работать! Ваши деньги будут работать! Купите наши акции!», и народ моментально ведется — люди выстраиваются в очереди, несут свои сбережения. Какие-то дурачки квартиры продали, кто-то вбухнул всю выручку от своего кооперативного кафе. Вместо процентов-дивидендов вкладчики получали акции, распечатанные на бумаге с водяными знаками — почему-то именно количество степеней защиты на бумажках, которые не имели никакой ценности, особенно убеждало людей в солидности и надежности предприятия. Ха-ха-ха! Многие, после того как подержат в руках акции, пощупают-потрогают, на просвет водные знаки разглядят, вынимали еще больше денег и вкладывали в несуществующие предприятия. Хотя нет, не совсем верно: существующие, но вовсе не приносящие прибыль. Ребята из команды Тюрина писали длиннющие отчеты о работе своего фонда, подробно объясняющие вкладчикам, где и как вложены их деньги — в новые производства, в чудо-самолеты, в космические технологии. На собраниях акционеров рассказывали сказки о том, что через несколько лет огромные дивиденды свалятся на головы частных инвесторов и те будут жить припеваючи.

Очень удачно они поработали с промышленными предприятиями. У Кольцова было много связей с «красными» директорами, которые ему доверяли. Уговорить их закачивать бюджет своего завода в «Межбанк» и держать там несколько месяцев было довольно легко, особенно когда на переговорах с одной стороны сидел Кольцов, внушавший совковым руководителям бесконечное доверие, а с другой —

Тюрин показывал пачки наличных денег. На взятки приходилось тратить до двадцати процентов прибыли, но оно того стоило. Конечно, время от времени у Валентина случались приступы угрызений совести — мол, люди без зарплат сидят годами, им детей не на что кормить, но Антону всегда удавалось его успокоить следующим аргументом:

— Они сами выбрали этот путь. Тебе кто важнее — своя дочь или чьи-то сопливые дети? Понимаешь, эти люди — отработанный материал. Как ты думаешь, нормальный человек будет на работе сидеть полгода, зная, что зарплаты нет и все равно не будет?

— Я не знаю, а если у них нет другого выхода…

— Как это нет? Можно поменять работу, заняться бизнесом, наконец, начать забастовку. Во Франции или в Италии начинают бастовать, когда требуют повышения зарплаты даже на два процента. А тут годами им ничего не платят, а они только иногда касками постучат, да и то, когда их специально для этого сорганизуют. Было бы у меня еще свободное время, я бы обязательно организовывал профсоюзы и шантажировал работодателей. Знаешь, как в Америке в начале двадцатого века. Махнул своим людям, и завод встал. Правда, у нас это пока не очень выгодно, потому что работа наших предприятий мало кому нужна.

— Тоша, мы и так с трудом справляемся со всеми нашими проектами. Какие еще профсоюзы?!

— Как какие? Обыкновенные. Независимые. Тут ты прав, конечно, нельзя на два фронта работать одновременно, но дело можно было бы поставить очень выгодно.

— Антон, мне иногда кажется, что даже из похорон родной матери ты мог бы состряпать выгодное дельце, — укоризненно покачал головой Кольцов.

— Так и состряпал. Мама умерла, когда я еще был студентом. Я ужасно обрадовался — квартира теперь была полностью в моем распоряжении, а то ни девушку пригласить, ни пьянку-гулянку устроить. Но я изобразил на лице мировую скорбь, и все родственники и мамины друзья по работе меня неплохо ссудили деньгами. Думали, что я бедный сирота.

— Как ты так можешь о матери?

— Да ты не думай, конечно, я переживал, но не всю же жизнь слезы лить! Надо и о будущем позаботиться.

— Антон, ты знаешь, что начальник валютного отдела ворует деньги?

— Конечно, знаю. Я внимательно слежу, и как только он планку, приемлемую для нас, перейдет, мы его выгоним. Кстати, ты проверил работу кредитного отдела?

— Там все в порядке. Но я одного не понимаю, кто соглашается на такие ставки кредитования? Это же самоубийство для любого бизнеса?

— А почему ты решил, что деньги кто-то собирается отдавать?

— Как же иначе?

— Валик, там другая схема работает. Я тебе потом объясню.

Тюрин вздохнул, отбросил воспоминания о чудесном времени — начале 90-х годов, когда стать богатым можно было в одночасье. Хватит сентиментальничать, нужно срочно решать сегодняшние проблемы. Год предвыборный, политические страсти накалились до упора, под шумок можно очень неплохо заработать. Пожалуй, снова, как в девяносто втором году. Он подошел к своему бронированному «мерседесу», охранник открыл дверцу автомобиля. Обидно, что сейчас приходится много времени проводить в Сибири, но надо держать руку на пульсе событий. Новый губернатор края пока не все еще взял под свой контроль, да и с полпредом президента у них какие-то трения возникли. Надо будет разрулить ситуацию.

— Послушай, — неожиданно обратился Тюрин к водителю, — тебе не кажется, что этот джип за нами уже с утра ехал?

— Антон Григорьевич, я бы заметил. Наверное, вам показалось.

— Ну-ка, покрутись по городу. Надо проверить. Мне еще только слежки не хватало. А ты, как домой приедем, проверь и машину, и офис на наличие жучков, — приказал он охраннику.

Водитель Тюрина был заслуженным виртуозом автовождения, и он припустил «мерс» по заснеженной Москве самыми запутанными маршрутами, проезжая по сквозным дворам, иногда резко сворачивая в неположенном месте, петляя вокруг одних и тех же кварталов… Оказалось, что хозяин был прав. За ними следил не только джип, но еще и вишневая девятка. Работали они явно в паре, потому оторваться удалось только на втором часу шпионских игр. Кто же это может быть? Тюрин серьезно задумался. Милиция на таких машинах, слава богу, пока что не ездит, во всяком случае, по служебной необходимости. Чекисты тоже предпочитают другую стилистику. Слежка за ними велась явно профессионалами, иначе им удалось бы оторваться намного раньше. Да и сейчас, вполне вероятно, их просто оставили в покое, заметив, что слежка обнаружена. Что же делать? Надо срочно разобраться, кто это решил заняться его, Антона Григорьевича Тюрина, делами. Надо будет разобраться с этой историей и на фиг уволить всю охрану. Что это, блин, за телохранители, которые банальную слежку обнаружить не могут?!

15

Варвара сладко потянулась. Шелковые простыни приятно скользили по телу. Она прильнула к сильному мускулистому телу своего возлюбленного и глубоко вздохнула. Никогда раньше она не была так счастлива. Размеренная благополучная жизнь с Кольцовым казалась ей теперь пресной и скучной. Случайная встреча в офисе детективного агентства «Глория» с отцом Машиной подружки перевернула налаженное существование с ног на голову. Евгений Мансуров всего на несколько лет моложе ее мужа, но секс с ним был восхитительным, захватывающим аттракционом. Ирония судьбы: Валентин работает в управлении делами президента, а Евгений — в администрации. Можно сказать, коллеги. Варвара никогда не спрашивала Евгения, знаком ли он с ее мужем, а он никогда в свою очередь не говорил о Валентине, из чего она сделала небесспорный, хотя и вполне логичный, вывод, что знаком.