Тас, успешно отбив несколько атак, внезапно бросился наутек. Подбежав к Лето, мореец стащил его с лошади и ударом мощного кулака уложил на землю. Оглушенный Лето тщетно пытался подняться. Серый конь Веселика прянул с места в карьер, унося подлого разбойника прочь.
— Куда?! — заорал Гервант.
Главарь направил арбалет в спину Таса, но передумал — Ханлейт остался с легионерами один на один. Эльфа немедленно окружили, оттесняя обратно к воротам, откуда уже высыпало подкрепление. Судьба эрендольца была решена: еще несколько мгновений — и он будет убит или схвачен.
— Лиандра, ближе!
Гервант перебросил арбалет за спину и снова выхватил меч. Развернувшись, Лиандра направила лошадей прямо в центр сражения. Это было ужасно неудобно — управлять чужой лошадью, сидя на своей! Непривычная к обществу Севера и ее рукам, кобыла Хана упиралась и дергалась.
Они успели. Ворвавшись верхом в смертельное кольцо легионеров, окруживших Ханлейта, Гервант поразил двоих нападавших короткими рубящими ударами, Хан ранил еще нескольких и вскочил в седло.
— Вперед, у них могут быть еще лучники! — приказал Гервант Лиандре и рванул прочь от «Дырявого котла».
Хан поскакал следом. Лето оставили на произвол судьбы. Так нельзя было поступать! Или можно? Рискнув своей жизнью, Лиандра вернулась. Лето запрыгнул позади нее, вороной конь взметнул дерн перед самым носом легионеров и мощно прянул вперед, догоняя Хана и Герванта, силуэты которых почти скрылись из виду.
Со стороны постоялого двора разгоралось зарево, но верхом разбойников никто не преследовал.
* * *
Утро после побега выдалось ветреным и холодным. Под копытами коней хрустел иней, от дыхания поднимались облачка пара. В этом уголке Мореи обработанные поля было не встретить — до самого горизонта раскинулись пологие холмы, утыканные коричневыми соцветиями конского щавеля. Медленно, но верно местность понижалась. Все чаще на пути попадались небольшие распадки, на дне которых журчала вода. Лето прижимался к Лиандре сзади, но не мог согреть ни себя, ни ее: руки разбойника были так же холодны, как кожаная упряжь Севера. Но хуже всего были муки голода — спешно покидая постоялый двор, разбойники не взяли с собой провизию.
Их осталось девять из двенадцати. Ночная гонка утомила здоровых и обессилила больных. Чазбор был белее мела, а бедро Хана пропиталось кровью, стекающей из раны в боку. Гервант ехал во главе отряда молча, как воды в рот набрал. Лицо Таса, изуродованное широким порезом, потемнело от крови и едва сдерживаемой ярости.
— И долго нам ползти, как собакам недобитым? Я жрать хочу! Постель и бабу! — злобно заговорил разбойник, — ты куда нас ведешь, нелюдь? Неужто на болота?! Не разумеешь сам, меня спроси! А ну, встали все! Повернем, куда я скажу!
Гервант, не проронив ни слова, послушно направил коня в распадок с группой деревьев на дне. Отряд остановился на середине склона. Разбойники спешились, разминая затекшие ноги. Ханлейт бросил поводья кобылы и направился пешком вниз, к небольшому леску. Скоро он скрылся из вида.
— Поверить не могу, что Тинк увел Рыжика… — уныло проронил Лето.
Тема предательства до сих пор не поднималась, но о нем думали все разбойники.
— Жалко лошадь? — едко спросил Гервант, — Веселик мертв, Довбуша зарубили на моих глазах, как барана, у Хана в брюхе не хватает куска мяса, — а ему жаль лошадь!
— Какого хрена с нами едет эта крыса? — почувствовав, кто здесь претендует на роль козла отпущения, заорал Тас, — разве я не приложил своими руками у ворот эту смазливую гниду?
Не замечая Таса, Гервант обращался к Лето:
— Ты пролез в Готу, чтобы нажраться, оттянуться с бабами, проиграться до дыр в карманах, получить по роже за дело и без и испортить желудок, так? Но в этот раз было нечто очень, мать твою, важное сверх обычного плана! Чего я не знаю?
Лето мрачно молчал, с ненавистью поглядывая на бородатого разбойника. Тас и раньше вел себя по-свински, но такой подлости Лето от него не ожидал. И почему-то ушел Хан, — единственный в отряде, кого опасался мореец, не считая самого Герванта. Но сейчас главарь был на стороне обвинения.
— Мой аквилейский друг, сам рот раскроешь или тебе помочь? — вкрадчиво спросил Гервант.
— Когда он с девкой и мелким гаденышем с Проклятой дороги заявился, от него заразой уже несло! — сплюнул Тас, — говорят же люди, что оттуда без гнили не возвращаются! Чего тянуть-то? Я его сам порешу, ежели нелюдь ссыт!
Дважды презрительно обозвав Герванта «нелюдем» и оставшись без наказания, Тас взял на себя роль главаря. Разбойник с лязгом вытащил из ножен бурый от крови полуторник. Лицо Лето посерело. Парень имел шанс пожалеть, что Лиандра спасла его от легионеров у постоялого двора. Стараясь не смотреть на Таса, он ответил Герванту:
— В городе Тинк пропал на сутки и вернулся избитым. Сказал, что гулял и на конюшнях лошадей глядел. Я поверил, про синяки не спрашивал. Да я сам его и посылал: что такого коней пацану посмотреть? Днем, открыто? Запросто показали…
— Да уж, запросто… — откликнулся Гервант, — делов-то.
До Лето начал доходить смысл сарказма нелюдя. Тинк состоял в банде разведчиком. Находчивый, неприметный, ловкий на руку, Тинк неизменно всем улыбался, но держался отчужденно. Надо было следить за напарником внимательнее! Очевидно, что «Завидный котел» сдали: легионеры нагрянули ночью, когда вся банда была в сборе, перекрыли пути отступления. Как он, Лето, мог быть таким идиотом? Такого же мнения был и Гервант:
— Как мило — твой маленький напарник ночевал в крепости у своего друга наместника. У них так много общего! Каждый хотел урвать кусок побогаче: кому золото, а кому — наши головы на копьях. Где была Лиандра?
— Она не выходила из трактира.
Девушка поняла: узнай Гервант о том, что она была пленницей казематов — ее ждала бы расправа. Но Лето — не предатель! Как люди могут быть так глупы и злы?
— Вот, о чем я говорил! — торжествующе заключил Тас, — они втроем сдали нас с потрохами. Гаденышу повезло больше, но эти двое от меня не уйдут! Закончили языками трепать?
Гервант отвернулся и занялся упряжью, оставив решение за морейцем. Упиваясь неожиданно обретенной властью, Тас двинулся на Лето, подняв меч для удара. Парень попятился.
— Тебе лучше уйти, — шепнул Киндар, неслышно приблизившись к Лиандре сзади, — иди за Ханом.
Но девушка продолжала стоять, вцепившись в поводья Севера.
— Ты что несешь, свинья морейская? Причем тут я? Ты меня ударил, подло, как падаль последняя, и лошадь забрал! Гервант, ты же видел! — в отчаянии Лето призвал на помощь главаря.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
