Медленно и неохотно Рейн оторвался от ее губ, и Тамара увидела, каким жгучим желанием горят его глаза. В ее взгляде читалась та же всесокрушающая страсть.
— Боже, ты такая красивая и желанная, — охрипшим голосом произнес он, сорвав с ее губ короткий поцелуй. — Но я не хочу делать ничего против твоей воли.
Тамара испытывала мучительную боль от неудовлетворенной страсти. Не смея признаться в этом, она притянула к себе лицо Рейна и приникла к его губам, полностью погрузившись в неистовый поцелуй. Ее горячая кровь забурлила сильнее, откликаясь на дрожь, охватившую мужчину. Тамара опомнилась, когда сильные руки Рейна подняли ее и понесли к кромке воды.
— Рейн? — в ее шепоте отразилась вся гамма чувств.
8
— Время охладиться. — таинственно заявил Рейн, сверля Тамару горящим взором.
Когда до нее дошел смысл его слов, она завопила:
— Не надо, Рейн!
Но похититель, не обращая внимания на ее мольбы, ступил в воду.
— Не так уж и страшно, — сообщил он, продолжая двигаться в глубь горного потока, пока не почувствовал, что его мышцы начали неметь от холода. Рейн прикрыл глаза и протяжно застонал, опуская ноги Тамары в воду.
— Холодно! — закричала она, став на ноги и оказавшись по пояс в ледяной воде. Тамара ухватилась за его плечи.
Рейн усмехнулся, чувствуя, как охлаждается его эротический пыл. К нему вернулось веселое настроение.
— Неженка.
— Эта неженка не приготовит тебе обед и не даст пирог на ужин, — пригрозила Тамара, когда он преградил ей путь на берег.
— Если уж ты такой нытик, то обхвати ногами мою талию, я вытащу тебя из воды.
Тамара метнула на него сердитый взгляд, но предложение приняла и, уцепившись ногами за его бедра, приподнялась над водой. Руками она крепко держалась за шею Рейна. Он пристально смотрел ей в глаза, поддерживая Тамару снизу.
— Ты спятил, — произнесла она обвинительным тоном. Интимность их необычного объятия смущала ее.
— Я всего-навсего совершенно потрясающий амбал, — напомнил Рейн усмехаясь и плотнее прижал Тамару к себе. — Я также совершенно расстроенный амбал, — протянул он, заметив вспыхнувший на ее щеках румянец. — У нас с тобой либо пламя, либо лед.
Женщина уткнулась лицом в его плечо, чтобы скрыться от дьявольских насмешливых огоньков в глазах Рейна. Тамара уже более спокойно реагировала на его поддразнивания, но, непривычная к эротическим откровениям, злилась, когда ему удавалось смутить ее, как школьницу.
Пора показать, на что она способна, и согнать с его лица самодовольную ухмылку. Недолго думая, Тамара ухватила зубками шею своего мучителя. Рейн моментально усилил объятия, его расслабившееся тело снова напряглось. Тамара поняла, что ей удалось вывести мужчину из равновесия. Его пылающие, нетерпеливые губы прошлись огнем по ее шее.
— Ты играешь в опасную игру, если таким образом хочешь отомстить мне, — прошептал Рейн, почти касаясь ее губ.
Глаза его сверкали, и Тамара пожалела о своей неуместной выходке: Рейн старается уберечь их обоих от неверного шага, а она только мешает ему.
— Кажется, мы пришли сюда порыбачить, — проговорила она, замерев от страха, что может снова разбудить в нем беса. — Нам, наверное, лучше выйти из воды, а то распугаем всю рыбу.
Рейн принял эту форму извинения и повернул к берегу, умудрившись поднять огромный фонтан ледяных брызг. Они сбросили кроссовки и, проверив удочки, опустились на нагретую солнцем землю. Тамара откинулась назад и подставила лицо под его горячие лучи. Однако они согревали слабо сквозь промокшую одежду.
— Разденься, — посоветовал Рейн.
Она внимательно посмотрела на него. Ей действительно хотелось скинуть с себя мокрую одежду и погреться на солнышке, но, пожалуй, сейчас это неразумно.
— Будь я здесь одна, позагорала бы вообще без одежды, — заметила она, как бы предлагая ему удалиться.
— Ты можешь делать все, что хочешь, независимо от того, здесь я или нет, — возразил Рейн, придвигаясь ближе. — Я тебя не побеспокою.
Он всегда меня беспокоит, подумала Тамара. Ее дыхание стало прерывистым, когда Рейн начал медленно расстегивать пуговицы на ее рубашке. Она боялась вдохнуть, пока он не снял с нее ковбойку. Рейн повесил рубашку на ветках ближайшего куста и снова повернулся к пленнице.
По его сузившимся зрачкам Тамара поняла, что Рейн не был готов к тому, что увидел. Ее упругие груди прикрывала узкая полоска легкого кружева. Он заскрежетал зубами, ощутив знакомую дрожь в теле, но решил дать Тамаре возможность чувствовать себя спокойно в его присутствии. Глубоко вздохнув, Рейн взялся за ее шорты.
— Я думаю, что этого не стоит делать. — Голос Тамары звучал низко, приглушенно, в ушах отдавался стук сердца.
— Тебе, должно быть, неудобно сидеть в мокрых шортах, — тихо промолвил Рейн. — Мои тоже насквозь промокли.
— Но ты же не снимаешь их, — мягко заметила Тамара, не отводя от него глаз.
— Для нас обоих будет лучше, если я останусь в джинсах. Тем более что твое белье очень похоже на бикини.
— Не совсем, — возразила Тамара. Ее белье, плотно облегавшее тело, было экстравагантным напоминанием о несостоявшемся романтическом медовом месяце.
Припекающее солнце и спокойный взгляд Рейна придали Тамаре смелости. Она расстегнула шорты и стащила их с себя. Кожа женщины была медового оттенка, ее так и хотелось потрогать. Пульс Рейна снова усиленно заработал, когда Тамара томно опустилась на травяной ковер. Он повернулся к ней, не в силах противостоять соблазну.
Тамара вздрогнула, ощутив на животе ладонь Рейна, и вопросительно посмотрела на него.
— Мне хочется дотрагиваться до тебя. — Голос его звучал мягко.
— Ты сам сказал, что не будешь меня беспокоить, — с трудом промолвила Тамара. Каждое прикосновение этого мужчины лишало ее способности нормально дышать.
— Я буду вести себя хорошо, если ты не станешь прикасаться ко мне.
— Ты не находишь, что это нечестно?
— Возможно, — согласился Рейн, следя за тем, как его пальцы протискиваются под кружево лифчика.
Дыхание Тамары участилось, и Рейн как зачарованный смотрел на ее груди. Его руки достигли твердых сосков. Тамара закрыла глаза и подавила готовый вырваться стон наслаждения. Легкое, дразнящее прикосновение пальцев Рейна вызывало в ней томительную негу и заставляло желать гораздо большего, чем то, что он давал ей в данную минуту.
— Рейн! — Она не знала, чего хочет или ожидает от него.
В ответ на эту мольбу он расстегнул лифчик и обхватил губами набухший сосок. От едва сдерживаемого желания Тамара сжала пальцы в кулаки, и Рейн, ощущая ее напряжение, продолжил ласки. Он понимал, что своими эротическими движениями причиняет ей — как и себе — неимоверные муки, но ему нравилось дотрагиваться до нее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
