быть ловким, и это заметно увеличит шансы. Но лоб в лоб… только с пистолетом, ну и в целом с огнестрелом.
— В смысле? — удивился я. — То есть…
— Против лома нет приёма, — улыбнулась Виктория. — Может быть, ты и не убьёшь мага пулей, тем более уж мутанта, но сбить с толку или навредить… сможешь. Тут же главное — сбить концентрацию.
Об обычном огнестрельном оружии я как-то никогда и не думал. А ведь и вправду… есть же пистолет, скорость пули и голова цели. Всё просто. Но слишком шумно и грязно. Но опять же, при должном старании можно и глушитель найти.
Что-то после того, что я видел, как-то слабо верилось в силу огнестрела, а тут мне говорят, что это вполне рабочий вариант. Надо привыкать, что я в реальном мире, а не в каком-то фантастическом рассказе — тут пуля вполне может убить и настолько могучее существо, как носитель симбионта. Остаётся лишь вопрос приложенных усилий.
— Мы на самом деле редко используем оружие. Есть, конечно, наёмники, которые активно всем этим пользуются, но они не учитывают особенностей организма. Цель может выжить, притворится и сожрать тебя, когда ты подойдёшь осмотреть хладный труп. Пройденный этап у многих гильдий, поверь мне. Поэтому мы им не увлекаемся, практически.
— Но в сражении со мной, — поддержала неожиданно разговор Елена, — оно бы тебе помогло.
— Кстати! — тут же оживился я, стукнув ладонью по столу. — А что ты вообще творила с моим телом?
Брюнетка тут же покраснела ещё больше обычного. Промямлила, мол, она умеет оказывать воздействие на нейронные сети мозга, создавая полный хаос в теле. То, что она проделала, больше подходило для боя. Ведь могло было быть ещё хуже.
— Например, я бы могла заставить тебя сильно захотеть в туалет, или там… что-то похуже, — невинно улыбнувшись развела Лена руками. А я как представил себе подобное, так жутко становится: проиграть — это одно, но проиграть подобным образом… Так действительно задумаешься на всякий случай носить с собой пистолет. — Я контролирую энергетические точки в организме. Убрать естественные, конечно, не могу, но сместить энергию из одной конечности в другую — запросто. Что я и делала, когда ты падал. Где-то воздействия касались головы, отчего твои удары об пол были более болезненными, где-то воздействовала на ноги и руки, ну и другие места.
Мне такая игра с моей энергией очень не понравилась. Но… однако, теперь я примерно понимаю, что такое маги и почему их нужно убивать или обезвреживать в тот момент, когда они этого совсем не ожидают. Можно было представить, что было бы, если бы я стоял один на один с подобным магом, но более сильным. Бой… ценою в жизнь. Причём в мою.
Но!
Кактус! Я прекрасно помнил сон… точнее, своего рода видение, как он бегал по крышам за магом. Он же кидался в него чем-то магическим, будучи девиантом. Значило ли это, что я так тоже смогу?
Возможно. А может, и нет, но именно это сравнение с котом меня и раззадорило где-то внутри. Я бы хотел научиться магии, понять, как я могу её использовать, если вообще смогу. Ведь симбионт у меня такой, какой был у него, «память» у него есть, хоть моё тело и не предназначено ещё для этих целей. А значит…
Всему своё время. И, разумеется, мне необходимо больше времени уделять тренировкам.
* * *
Ранним утром меня ждал весьма своеобразный разговор с котом. Он до последнего не мог понять, почему у нас в квартире стало на одну личность больше. И почему именно мы с ним спим на раскладушке на кухне, а маг-лекарь спит на нашей кровати в нашей комнате.
Я больше удивился тому, что он уже всё это считает нашим, то есть в том числе и своим. Как быстро у него появилась собственность, а ведь я за неё плачу, в отличие от Кактуса.
— Свинство! — разглагольствовал недовольный обладатель пышных усов. — Я на этом ковре все бока умял. К тебе в ноги суёшься, а ты пинаешься тут же. Где это слыхано, чтобы такого красавчика, как я, не пускали в собственные хоромы⁈
— В собственные хоромы? — улыбнулся я, складывая временную постель на полу в коридоре. И всё же не выдержал такого нахальства: — Я бы тут поспорил. Если вспомнить, ты вообще вероломно вломился сюда, прогрыз дверь, а затем устроил полный бардак в кладовке. Чтобы ты понимал, я до сих пор не могу найти свои беговые кроссовки.
— Не понимаю, — тут же ответил Кактус, сделав вид, что он совсем тут ни при чём. — О чём ты говоришь? Ничего подобного не видел.
— Белые такие… — заулыбался я, закрывая кладовку. — С чёрными…
— Шнурками? — зевнул Кактус, и, понимая, что только что сдал себя с потрохами, направился обратно на кухню. — Нет, не видел. Да и зачем мне это⁈
И вправду. Зачем ему всё это?
Лена проснулась ровно в тот момент, когда закипел чайник. Сначала послышался скрип двери моей «бывшей» комнаты, затем показалась первая ножка, затем вторая, с причудливым узором над коленом, а затем и сама волшебница.
Взъерошенные волосы и длинная, белая футболка придавали сонному лицу определённый шарм. Хотя моё внимание больше всего привлекла именно татуировка. Внаглую её рассматривать я не стал, и после короткого приветствия поставил на стол вторую чашку.
Лена с утра была не особо разговорчивой. Сложилось впечатление, словно она находится в каком-то ином пространстве. На вопросы почти не реагирует, разговор не поддерживает. Пялится в одну точку, с некоторой периодичностью зевая.
От завтрака девушка отказалась, поэтому я оставил мага в компании ненормального кота и пошёл в душ. А вот на выходе из него застал картину маслом.
Лена, сидя на коленях, натянув на эти самые колени футболку, вычесывала брюхо толстому коту. Мысли-то его я слышал и, боюсь, озвучивать при Лене, не рискнул бы. Но, как мне показалось, после подобного массажа он был готов простить ей абсолютно всё. Главное, чтобы его делали почаще.
Улыбнулся, зашёл в свою «временную» комнату и принялся одеваться. Первым делом попытался набрать Вадима, до которого я старался дозвониться со вчерашнего вечера, но, к моему сожалению, мой рыжий товарищ напрочь игнорировал звонки. А вопросов к нему было много.
Я не горел желанием прокатиться до дома его бабушки за городом, но, похоже, после пар
