ушёл. Это было настолько наивно, что он и сам усмехнулся.
— «Куда-то спешишь, Хренус?»— раздался сзади голос Лиса.
Хренус развернулся и тут же отпрыгнул назад от двойного удара — ужаса и ненависти. В паре метров от него, рядом со стволом дерева, стоял Фигура — как всегда со своей улыбкой таящегося в темноте.
— «Сюда иди, клоун!»— Серый Пёс в ярости бросился на Лиса. Фигура ловко отпрыгнул один, другой раз, уворачиваясь от выпадов Хренуса. Тот, ещё больше разъяренный потусторонней уклончивостью оппонента, продолжал свои попытки.
Вдруг Фигура отпрыгнул настолько далеко, что Хренус, изумившись неестественности происходящего, остановил свои нападки. Лис изогнулся всем телом, приняв вид жуткого каркаса ночи.
— «Хренус, запомни, пока я не несу добычу, тебе меня не поймать»— Фигура злобно цедил слова сквозь зубы. Его глаза выражали ярость другого порядка — не серую, грубую, уличную, как у Хренуса, а лунную, перепончатую, вурдалачью.
Серый Пёс неприятно удивился — он впервые слышал такие интонации в голосе Лиса. Это ошеломление его несколько приструнило, и он злобно прорычал:
— «Ты какого хуя мне всё засрал, уёбище?!»-
Фигура резко перевернул свою морду, как песочные часы, и вновь перед Серым Псом возникла ехидная улыбка.
— «То, что тебя гложет, поэт, не имеет к Луне отношенья»— насмешливо, ёрнически пробурлил Лис.
— «Какой, блядь, поэт?!»-
— «Ну, ты же смог воспеть Блеска, значит ты поэт»— гаубичный снаряд от Фигуры.
— «Хм. гм. а…»— Хренус был контужен столь точным попаданием слов и завяз в образовавшейся воронке. Эту воронку тут же накрыл маскировочный полог сверхъестественного, и Серый Пёс, отрешившись от окружающего, снова взглянул внутрь: там боролись домыслы разных типов; как мелкие зверьки они грызлись, лезли друг на друга, и каждый пытался казаться больше и зловещее другого. Их объединяло то, что все они имели вопросительную форму. Откуда здесь внезапно появился Лис? Откуда он знает про Блеска? Он читает мои мысли? Что будет со мной? Кто такой Газовый Пёс? Выполнять ли мне его предписание? Почему я такое ничтожество, что даже мои мысли используются против меня? (Остаточные следы испарений).
— «Мне кажется, ты что-то хотел от меня?»— сухо и несколько раздраженно одёрнул Лис крутившегося в озадаченной спирали Хренуса.
Действительно, кто как не Фигура, с которого и начались злоключения Серого Пса, может дать ответы на тревожащие вопросы? Кого, как ни его, спрашивать о странных, немыслимых ранее вещах?
— «Ммм… слушай… Вот ты, вроде, знаешь вещи, которые не все другие знают…»— Хренус тяжело выходил из контуженного состояния.
Фигура заулыбался одними губами и кивнул. У него был заинтересованный вид.
— «В общем… у меня сны… ебанутые… не могу понять, что к чему там, что значит… может, ты подскажешь?»— После произнесения этой фразы Серый Пёс чувствовал себя измотанным, как от часа непрерывного бега. Ему, тем более в таком состоянии, было неприятно делиться с Фигурой проблемами личного характера (которые, впрочем, он мог уже и так знать). Он старался не смотреть на Лиса, сосредотачивая взгляд на кустике брусники.
— «Мммм… Хренус»— Фигура сел и по-женски обвил себя внезапно распушившимся хвостом, словно боа — «Ну, я надеюсь, что ты понимаешь — твой кредит несколько исчерпан. Я предложил тебе ценную информацию, не потребовав взамен ничего, вы достигли успеха и…»-
— «Запизделся ты! Мы договаривались на одного кролика! Пришёл бы и получил его!»— яростно перебил его Хренус, который кривил душой — он бы нашёл любой повод лишь бы не давать еду Лису.
— «Это не имеет отношения к нашей текущей беседе»— снисходительно-устало улыбнулся Фигура — «Так получилось. Тем не менее, ты опять призываешь меня и просишь о новой услуге»-
— «О первой я не просил, ты сам, блядь, пришёл, слышишь, Фигура!»— Хренус, несмотря на свой боевой запал, испытал внутренний спазм при произнесении имени Лиса.
— «Как я уже говорил, это неважно. Кредит добрых услуг исчерпан»— в голосе Фигуры под пошлой сладостью зазвенела искаженная жесть — «Ты понимаешь, что в этот раз мне придётся попросить что-нибудь взамен от тебя. Бесплатно тебе это не пройдёт»-
— «Слышь, деловой, я и за первый раз общения с тобой до сих пор огребаю! Давай, блядь, говори, что знаешь, а не то, пизда тебе!»— на примере Хренуса можно было явно наблюдать, насколько легко страх преобразуется в ярость. Теперь он снова едва ли не бросался на Лиса.
— «Угрозы тебе не помогут, Серый Пёс»— зашипел Фигура — «Я сказал, если хочешь моих услуг, то надо платить. И в какой-то момент я вспомню о твоём долге»-
— «Да мне похуй! Давай, блядь делай свою хуйню!»— распалённо загавкал Хренус.
— «Смотри, я тебя предупредил, никаких самоотводов»-
— «В очко себе засунь свой самоотвод»-
Фигура, до этого смотревший прямо на Хренуса, отвернулся в сторону, демонстрируя свой профиль. Спустя несколько секунд он сузил глаза и перевёл взгляд снова на Хренуса, отстранённо проговорив:
— «Неслышно кричит камень»-
— «Это к чему ещё?!»-
— «Просто было интересно, как ты отреагируешь»— Хренусу не повезло в этот момент взглянуть прямо в глаза улыбающемуся Фигуре. В левом глазу Лиса было два зрачка. Один по центру глаза, а другой у левого края. Второй описал полукруг вокруг первого.
Хренуса передёрнуло судорогой.
Лис оглушительно залился жутким визгливо-булькающим смехом. Деревья вокруг потемнели, как будто бы даже для них и громкость, и тон звука были болезненно-неприятными.
— «Ну так что, ты согласен?»-
Этот смех снёс всю боевитость Серого Пса. Хренус осознал, что оказался перед обоюдоострым клинком выбора — одно лезвие было гладким, прохладным страхом сделки, химерического пакта. Другое же — зазубренное, покрытое запёкшейся кровью, — выражение звериного ужаса перед силами сверхъестественного порядка.
Фигура мог быть связан с этими силами сам.
(Газовый шёпот по выветренным скалам… фигура в белых одеждах на багровых дюнах…)
Но вместе с тем ему нужен был ответ.
(Она приближается исчезновениями… исчезает и появляется всё ближе… ближе сквозь густой воздух)
А это был единственный известный ему способ узнать.
— «Я согласен»— практически проскулил Серый Пёс. Ему показалось, что в этот момент откуда-то, издалека, приглушенно раздались несколько ударов колокола. Ощущение повторяющейся ситуации конденсированной вуалью упало на Хренуса.
— «Замечательно»— игриво-удовлетворенное будуарное хихиканье — «Так ты хочешь знать»— Фигура высунул язык, неестественно-красный, тонкий, как провод, и облизнул губы.
— «Ммм»— Хренус замялся — «Блядь… нуууу»-
— «Не бойся, расскажи мне всё. Мы же с тобой уже хорошо знакомы»— Фигура в преувеличенно-театральном жесте интереса лёг, положил голову на передние лапы и замер, смотря широко раскрытыми глазами на Серого Пса. В них снова было нормальное количество зрачков.
Хренус сглотнул слюну и угловато, как можно более осторожно, будто не трогая замысел фразы, произнес:
— «Кто такой Газовый
