Судя по многочисленным чёрным пятнам запёкшейся крови на полу и стенах, здесь далеко не одного человека жестоко умертвили в последние годы. Оставив Этану все запасы провизии и воды, которые имелись в сумках мотоцикла, мысленно позвал гулявшего в округе тигра и рванул прочь из города, резко набирая максимальную скорость. Ещё имелась некоторая возможность настигнуть недавно удравших отсюда злодеев.
Тигр уверенно обнаруживал свежий след беглецов, впрочем, пока они не сворачивали с дороги. Наша скорость заметно превосходила человеческий бег, потому‑то никаких сомнений в возможности их догнать не возникало. Но фору мы дали неизвестным врагам изрядную. Только через три часа их путь свернул в сторону леса на зарастающую кустами боковую дорогу. Если бы не каменные плиты, изрядно разошедшиеся на стыках, лес бы давно полностью поглотил человеческую тропу. Пробираться стало труднее, но теперь не приходилось искать след — старая дорога сама вела нас к очередному бандитскому логову. Далеко те забрались, прошел ещё час, прежде чем мой взгляд силы обнаружил остатки каких‑то строений впереди по курсу движения. Дальше мы с тигром разделились. Он выдвигался вперёд, и будет вести наблюдение, чтобы никто случайно не сбежал, а мне требовалось подкрасться незаметно, дабы попытаться застать тамошних обитателей врасплох. Однако все мои старания оказались совершенно напрасны, ещё на дальних подходах проскочил контур сигнальной сети силы, едва отметив его срабатывание. Дальше прятаться не имело никакого смысла, рванул со всей скорости, которую только позволяла выжать старая дорога. Как оказалось, меня ждали и не ждали одновременно. Отследил резкое колебание температуры воздуха по курсу своего движения, едва не влетев в вымороженный пузырь с космическим холодом, почему‑то остающийся совершенно стабильным весьма долгое время и быстро двигавшийся мне навстречу. Затем с большим трудом увернулся ещё от двух таких «подарков», двигавшихся заметно быстрее. Пришлось бросать мотоцикл и прыжком взлетать в воздух, дабы упасть сверху невидимкой на головы атакующих магов. Их было всего двое, но они всё же успели адекватно среагировать на приближающуюся опасность, даже не видя её. Два мощнейших разрывающих разряда щит силы амулетной конструкции выдержал с большим трудом, мгновенно высосав весь заряд из шести почти полных накопителей. Потеряв точку опоры, резко рухнул вниз, успевая всадить два парализующих удара в головы своих противников. Вот только они на них почти не подействовали, разве только чуть–чуть притормозили. Но и этих мгновений хватило для того, чтобы вскочить на ноги и стремительно бросится к ним, выхватывая одновременно меч и амулет воздушного кулака. Воздушный таран сносит груду камней, откуда опять вылетает «пузырь холода», стремительно раздуваясь прямо на глазах. Бросок вбок, левую руку, зацепившую пузырь, резко обжигает и мгновенно сковывает лёд, накопленная жизненная сила через секунду восстанавливает повреждения, но амулет выпадает из ослабевших на краткое мгновение пальцев, а ко мне летит очередная морозилка. Подныриваю под неё, пока она не успевает полностью раздуться, врываюсь внутрь хлипкого строения. Врагов сразу не видно, но они тут, меч древних дарует своё призрачное видение, внутри всё на секунду успокаивается, уступая место боевой концентрации всех чувств. Тут же сигнал смертельной опасности заставляет вложить все собранные силы в один единственный бросок прямо сквозь каменную стену, проламывая собственной головой старую кладку. Опять сзади быстро надувается холодный пузырь, в который едва–едва не угодил. Собственный щит силы не позволил пораскинуть мозгами при пробитии оказавшейся весьма прочной каменной стены, но повторить подобный подвиг удастся теперь нескоро, запас везения и жизненной силы, похоже, подошел к концу. Однако и врагов рядом больше нет, своим последним действием маги превратили самих себя в замороженные сосульки. Надо же, какая мощь, ещё чуть–чуть и им вполне бы удалось завалить меня, пусть и ценой собственной жизни. И это несмотря на всю мою сверхскорость движений. Крепкие ребятки оказались.
Подождав, пока полностью промороженное помещение чуть–чуть проветрится, заполнившись тёплым воздухом, пошел смотреть, у кого так нелепо выиграл жизнь. Одеты как обычные искатели, на шеях сосулек с виду самые обычные искательские медальоны. На руках ничего нет, ни перстней, ни браслетов, карманы пустые, рядом валяется пара каких‑то неизвестных вытянутых амулетов совершенно непонятной конструкции. Изделья древних — это можно сказать совершенно точно. Только откуда взялась такая мощь — совершенно непонятно, своих же накопителей в них нет. Ага, нашел, где секрет прячется! На поясах замёрзших магов тоже имеется некие амулетные конструкции сразу с дюжиной накопителей от ловушек алхимиков на каждой, и переплетением толстых золотых проводов общим весом килограмма в два, подходящих к одному плоскому круглому центральному амулету со всех сторон. Если немного подумать головой — выходит кто‑то придумал прямой преобразователь электричества в форму энергии, доступную для использования магами, как обычное тепло. Придётся и с этой бедой теперь разбираться. Всего один такой «холодный пузырь» может целый отряд опытных бойцов заморозить. Да и магам никакая защита из щитов силы не поможет.
Порывшись в мёрзлых руинах, нашел и пару маленьких заплечных мешков, показавшихся неожиданно тяжелыми. Фляжки с эликсирами, кожаные кошели с деньгами, ого, да тут почти пара тысяч золотых, если судить по общему весу. Ещё мешки с серебром. Сублимированная еда, фляги с водой, и на этом всё, никаких следов и особых выделяющихся предметов. Мерзляки тоже вряд ли теперь смогут заговорить. Остаются только искательские амулеты, да некоторые другие вещи, по которым можно попытаться опознать эту группу и выйти на её руководство. Присутствие огромной суммы денег и не менее ценных амулетов наглядно показывает всю её серьёзность, здесь такое мало кто может себе позволить даже из авторитетов.
— Отсюда кто‑то совсем недавно на большой хорошей еде ушел, — подал свой мысленный голос тигр, наконец‑то подобравшийся ближе к развалинам. — Нужно поспешить, иначе уйдут.
Уже и сам пару раз отметил вокруг развалин свежие следы подкованных конских копыт, мысль тигра только подтверждает собственные наблюдения. Подобрав всё ценное, и разбив человеческие сосульки на отдельные фрагменты, просто на всякий случай, отправился подбирать свой мотоцикл, валяющийся в кустах. Повезло — холодом его не зацепило в отличие от множества совершенно вымерзших кустов и покрытых инеем деревьев, которым не помогла вся их накопленная сила. Потревоженный лес ощутимо волновался, чётко читалось его сильное недовольство гибелью нескольких своих жителей. Хорошо хоть это недовольство сейчас в мою сторону не направлено, видимо, погибшие деревья не смогли вовремя понять, откуда пришел смертоносный удар, так резок он для них оказался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
